— Ты пойми, что наша с тобой цель не деньги заработать, а предоставить людям современные технологии — сказал я. — И еще немаловажный момент, для легализации принадлежности нам этой технологии придется собрать опытный образец в гараже, иначе могут не поверить, что это мы придумали. То есть требуется опытное производство до десяти комплектов в месяц, в гараже больше не соберешь.
— Ну ладно, давай делать гаражное производство — согласился Погодин.
— А какую легенду вы придумали, чтобы обосновать открытие сверхпроводников? — спросил Айк. — Надо же будет описать последовательность ваших действий, которые привели к открытию сверхпроводников. А там закалка идет в среде жидкого азота, такое в гараже редко встретишь. Да и печь для выплавки стеклокерамики из окислов редкоземельных металлов тоже нужна. А еще и установка по изготовлению нитей из этой стеклокерамики требуется.
— Блин! Айк! Ты всю нашу идею разрушил! — завопил я, быстро переварив сказанное им.
— Точно Айк! — поддержал меня Погодин. — Давай свое предложение!
— У меня нет разумного предложения, все они, как у вас принято выражаться, «белыми нитками шиты» — ответил Айк.
— Блин, да что же за дела! За что не возьмемся, без легализации корабля ничего сделать нельзя — вздохнул я. — А что, если мы займемся опытами со сверхпроводимостью? В жидком азоте уже работают сверхпроводники, я где-то читал*!
(*- Автору известно, что в реальной истории ВСП была открыта в 1986 году Карлом Мюллером и Георгом Беднорцем — напоминаю, что в книге альтернативная история)
— Ну что же — это уже реальнее, но на это придется потратить как минимум год, а лучше три, иначе не будет достоверности — оценил идею Айк.
— Тогда на фиг нам такая идея? — спросил Погодин. — Мы через год легализуем корабль и будем делать эти сверхпроводники в товарных количествах, не заботясь о прикрытии.
— Значит наш самолет пока зависает… — вздохнул я.
— Да с чего это? От проекта до рабочего образца обычно проходит лет пять, пока все косяки выловишь — читал об этом — выдал Погодин. — Будем делать опытные образцы самолетов и испытывать их на острове Мохо-Тани, отрабатывая конструкцию и систему управления. А как легализуемся — начнем производить.
— Ну ладно, мы же не из-за денег ими заниматься будем. Денег мы и на золоте заработаем. Но, с другой стороны, нам не помешает запасной вариант, начнем отрабатывать трехлетнюю легенду открытия сверхпроводников в гараже — предложил я.
— Идет! — обрадовался Погодин. — Надо купить дом с большой мастерской, установить там установку по сжижению газов, чтобы был в достатке жидкий азот. Ну что там еще требуется — стеклодувная печь, установка по вытяжке нитей из стеклокерамики. И будем делать свои опыты, регулярно сообщая о них соседям, демонстрируя свои достижения в производстве нитей, и опытов по сверхпроводимости.
— Ну вот и нашли решение. А пока будем богатеть на золоте — улыбнулся я.
Золото Нексикана
Мы закончили обсуждение нашей производственной программы с Погодиным, и он спросил меня про заработки.
— Костя, надо бы мне деньжат подзаработать в СССР за лето. Я же могу золото мыть? Ну найти самородок — попросил Погодин. — Да и девчонкам — Зое и Ларисе деньги не помешает заработать — все не на твоей шее висеть. На нашу зарплату не сильно разгуляешься, хотя она вполне нормальная.
— Ну ладно, у нас есть свой участок, можно там золото мыть лотком — согласился я. — Ну и поискать в других местах ямы с золотом. Я нахожу — вы копаете, золото пополам.
— Отлично! Полетели в Сусуман! — загорелся Погодин.
Мы вернулись в Сусуман в начале июля — лето в разгаре, самый жаркий месяц начался. У нас даже купаются в озерах — на дне лед, а сверху вода прогревается до плюс десяти-пятнадцати градусов тепла. Окунулся и тут же выскочил греться на жарком солнце.
Ну мы купаться с Погодиным не пошли, мы в океане накупались. Связались с девчонками, предложили мыть золото, чтобы заработать денег. Они обрадовались, спросили только, когда едем. Я ответил, что сообщу, надо купить палатки, где жить, лотки и прочее необходимое снаряжение. В итого пошли вместе по магазинам в Спокане, всего что нужно накупили — в Сусумане ничего не нашли подходящего. Ну хорошо, что для нас что США, что СССР стали своим домом. Встал вопрос с транспортом — как легально добраться до нашего участка с таким багажом. Но Манишев помог — на их участок регулярно ходили машины, захватили нас с багажом.
Прибыв на свой участок, выбрали место для палаток — в распадке недалеко от пещеры с челноком. Там же на реке был наш участок для золотодобычи. Первый день ушел на обустройство базы, поставили палатки, надули матрацы, для маскировки одна палатка была девочек, другая мальчиков, иначе нас бы не поняли. Погодин так и ковылял со своей клюкой, ну точнее тросточкой, когда появлялись посторонние. Несколько раз останавливались проходящие машины, любопытствовали, особенной молодые мужики, на девочек наших глаз положили. Но один раз Погодин так врезал кулаком по печени особо ретивому ухажеру, что того на руках унесли. Больше не пытались нас оттеснить оттуда, от таких симпатичных девушек. Через неделю мы взвыли от дискомфорта — несмотря на мази нас жрали комары, у нас и у девчонок опухли лица от комариных укусов. Но не у меня — мою шкуру они не прокусывали, все-таки она была раз в десять прочнее обычной. Поскольку любопытных практически не осталось, решили ночевать в челноке, хоть там можно было отдохнуть от комаров и бытового дискомфорта. У каждого там была своя каюта — так было комфортнее и не надоедали друг другу, я имею ввиду своим любовницам. Ну и пищевой автомат там работал безотказно — любую пищу выдавал, мы его зарядили разным мясом и овощами.
Привыкнув к устоявшемуся быту, сосредоточились на добыче золота. На участке раскопали большой участок, начали мыть золото. За неделю намыли двадцать граммов, слезы, это на двадцать рублей всего. Но зато набили руку, нам нейросети, конечно, в этом помогали. После этого я стал исследовать прилегающую площадь на предмет наличия ям с золотом. Мне помогали мои дроны-кедровки. Нашел на северном берегу в десяти километрах от нас небольшую бочажину с тремя килограммами песка и самородков.
— Народ, я нашел яму с тремя килограммами золота в десяти километрах отсюда. До ручья там один километр, там промывать грунт придется. Готовы потрудиться? — спросил я.
— Готовы! — с энтузиазмом воскликнула компания.
Народ с радостью обсуждал новость о моей находки ямы с тремя килограммами золота и горел энтузиазмом добыть это золото.
— Мы тут за неделю двадцать граммов добыли всего! Проще в столовой работать посудомойкой — больше заработаешь! — эмоционально воскликнула Зоя. — Конечно будем эту яму промывать!
— Но нам там придется мыть золото нелегально — напомнил я.
— Костя, какое там содержание золота в грунте — спросил Погодин.
— Два с половиной кубометра грунта надо будет промыть. Это день работы всего — ответил я. — Но вынуть придется девять кубометров породы. Это тоже день работы. Итого два дня работы.
— Ура! — закричали мои компаньоны.
— Берем одну палатку, не даром я купил про запас — похвалился Погодин. — Вместе в одной палатке переночуем одну ночь, типа пикник у нас будет.
— Годиться — согласился я. Мы быстро собрались и выдвинулись в распадок, где дроны обнаружили яму с золотом. Через четыре часа мы прибыли на место. Наши усиленные нанитами тела усталости не ощутили, поэтому мы быстро поставили палатку и соорудив небольшой костер с котелком для чая, начали снимать грунт и аккуратно его раскладывать вокруг шурфа, чтобы потом в этом же порядке его уложить обратно. Через час мы попили чаю — нейросети подсчитали, что мы сняли четыре кубометра грунта. С энтузиазмом мы продолжили работать и через час работа была завершена — пустая порода была вынута из шурфа. Мы с собой прихватили двухколесную тачку, на ней мы на нашем участке возили грунт в воде для промывки. Это конечно несколько рушило нашу легенду насчет пикника, но мы же на ней везли сюда свои вещи! Но нас никто не беспокоил — было около десяти вечера, хотя ночи у нас светлые, мало чем от дня отличаются.
