До базы они добрались без приключений. На них больше никто не пытался нападать. Двух пауков, встреченных по пути, Юрий Андреевич заметил издалека и быстро ликвидировал.

Невысокие приземистые ангары, наподобие уже виденных ранее, вызвали целую бурю эмоций у Лвара. Судя по его радостным крикам, это и была цель их путешествия.

— Чё, дошли? — обернулся Юрий Андреевич.

— Да. Теперь точно дойдём. Сколько тут осталось-то… — Лвар расплылся в довольной улыбке.

— А назад ты как теперь? — поинтересовался старик.

— Я тут останусь. Второй раз через эти болота, по-моему, чересчур…

— Тоже мне болота, только обувь вымазал, — пренебрежительно бросил Егор. — Я тут по пути себе нафантазировал ужасов…

— Тебе этого мало? — удивился Лвар.

— Ну, честно говоря, я ожидал чего-то посерьёзнее. А так и болото не болото, да и твари ваши не особо жуткими оказались…

Встретили их, надо признать, очень гостеприимно и даже собирались накормить, но Юрий Андреевич отказался, сказав, что они торопятся и хотели бы получить обещанную награду. Никто не возражал. Принесли небольшой металлический ящик, и Клочков, дождавшись утвердительного кивка Арацины, вежливо поблагодарил здешнего начальника. Потом он на удивление тепло попрощался с Лваром и даже обнял его напоследок. Егор обниматься не стал — ограничился улыбкой и помахал издали рукой. Колдуны взирали на всё это с философским спокойствием и ни с кем прощаться не стали.

Это был пятый перенос в их жизни, и Егор уже перестал удивляться мгновенной смене окружавшей его действительности. Секунду назад он находился в бетонном бункере, и вот уже вокруг пестреет жёлто-красный осенний лес, а под ногами перекатываются подгоняемые прохладным ветерком сморщенные пожухлые листья. По безразличной апатии, застывшей на лице Клочкова, было понятно, что тот тоже уже привык.

Коргин требовательно протянул руку, и Юрий Андреевич молча отдал ему небольшой металлический контейнер с кристаллом. Никита быстро справился с замками, откинул крышку и не смог сдержать радостного возгласа, но мгновенно совладал с охватившим его волнением — лишь глаза выдавали возбуждённое состояние.

— Я с самого начала в вас верил. С первой секунды, как только увидел… Ай, молодцы!

— Ты слово давал, — спокойно напомнил Егор.

— Что? Ах да… Конечно.

Он исчез буквально на какой-то неуловимый глазу миг, но, когда появился снова, то рядом с ним уже стояла Лена. В момент переноса она ела шоколадный батончик в яркой, знакомой, наверное, всему миру упаковке. Не успев остановиться, она всё ещё продолжала медленно поднимать к лицу маленькую жестяную баночку с не менее известным логотипом, намереваясь запить это райское наслаждение. Потом девушка вскрикнула и бросилась в объятия к Егору. Упавшую в траву баночку поднял Юрий Андреевич и, жадно осушив одним глотком, аккуратно пристроил в пустующий карман на разгрузке.

— Просветишь теперь, зачем он тебе нужен? — Клочков кивнул на кристалл. — Только без этих сказок про всеобщее равенство и братство. И свою чушь про паразитов и терминаторов тоже оставь для поколения пепси…

— Не поверил, значит, — расплылся в улыбке Коргин. — Да это теперь и неважно. Но если интересно, то пожалуйста — с помощью этого прибора я смогу создать космический корабль для межзвёздных перелётов. Технологии вашей реальности это позволяют.

— Во как… Понятно. А что ты тут вообще делаешь? Ну, в смысле, как здесь очутился? И почему один?

— А сам не догадываешься?

Юрий Андреевич задумался. Егор с Леной перестали целоваться и, не разрывая объятий, с интересом следили за этим диалогом.

— Так тут несколько вариантов, — Клочков потёр ладонью свою бритую голову, очевидно, ускоряя мыслительные процессы. — Хотя… ты говорил тогда о запретах… Это для тебя тюрьма?

— В точку. Пожизненная ссылка, — по благодушной улыбке Коргина было понятно, что пребывает он в отличном расположении духа.

— Ясно.

— И ты не спросишь, за что?

— Да похер мне, — безразлично сказал Юрий Андреевич.

— Ну да… — улыбнувшись, кивнул Коргин.

— А мне, например, очень даже интересно… — подал голос Егор.

— И мне! — поддержала мужа Лена.

— Ну, если очень интересно, — улыбнулся Никита. — Скажем так: я стал виновником гибели одной разумной расы. Да и всей планеты тоже…

— И за это пожизненное? — удивился Егор.

— У нас, знаешь ли, довольно мягкие законы. Даже эту планету под меня перестроили. Хотя и наставили кучу ограничений…

— А ничего, что здесь люди живут? — не выдержала Лена.

— Тогда здесь вообще никого не было… По крайней мере, в той первой реальности точно.

— Это ж получается… Ни хрена себе вы живёте! — удивился Юрий Андреевич.

— Скажу больше — я ещё довольно молод! По вашим меркам меня осудили ещё подростком.

— Так, а как же вы… — Лена не закончила, но все её прекрасно поняли.

— Да случайно получилось. Как говорится, без злого умысла…

— Ну это дело прошлое, чего теперь жевать… — Юрий Андреевич внимательно посмотрел на Коргина. — Мы свою работу выполнили. Расход?

— В общем и целом — да. У меня к вам нет претензий, — Коргин нежно погладил металлический футляр с кристаллом.

— Тогда возвращай нас домой — и сказке конец… — отрезал Клочков.

— Вынужден разочаровать: домой не получится. Тут не всё так просто. Вернуть-то вас можно, только смысла в этом никакого. Скорее всего, когда я покину эту звёздную систему, все эти реальности схлопнутся за ненадобностью — этот мир ведь под меня создавали.

— Ну ты и сука! — не выдержал Клочков. — А как же твоё слово? Или у вас там раса фуфлыжников-долгожителей?

— Я сдержу данное обещание. Я ведь хотел вас вознаградить — вот, пожалуй, и отправлю в одно хорошее место. Надеюсь, вам там понравится. Ну а если нет, то там, по крайней мере, у вас будет возможность сделать свой выбор… Но пока не будем спешить с планами — у вас тут ещё один должок остался. Думаю, вы сумеете выжить после уплаты, не зря ведь аптечку воровали… — ухмыльнулся Коргин и, повернувшись к принцу, добавил, — Oмаран Кеджор Даэсандорал, они мне больше не нужны…

Коргин исчез, а принц, подойдя ближе, встал напротив Юрия Андреевича и торжественно произнёс:

— Оскорбление, нанесённое наследнику великого Кеаксалима, будет смыто кровью! Согласно дуэльного кодекса Наурии…

Клочков плавным кошачьим движением опрокинулся на спину, и в его руке появился пистолет, но принц с непостижимой человеческому глазу скоростью внезапно оказался рядом с ним и вывернул ствол из руки Юрия Андреевича. Запнувшись буквально на мгновенье, он отшвырнул пистолет в сторону и продолжил:

— … я, принц царствующего дома Oмаран Кеджор Даэсандорал, выбираю оружием кинжал.

При этих словах принц извлёк из-под своей одежды два абсолютно одинаковых длинных клинка с костяной рукоятью в простеньких, изрядно потёртых кожаных ножнах, и протянул один из них уже поднявшемуся на ноги Клочкову. Юрий Андреевич, судя по лицу, несколько обескураженный подобным развитием событий, молча принял кинжал, извлёк его из ножен и повертел в руке, не столько рассматривая, сколько примеряясь к рукояти и оценивая баланс оружия. Солнце ярко вспыхивало на причудливо изогнутом лезвии, густо покрытом узорами из затейливо переплетённых символов. Принц, отойдя на пару шагов, терпеливо ждал…

Судя по тому, как Юрий Андреевич обращался с кинжалом, он был явно не новичком в ножевом бое, но до скорости принца Клочкову было очень далеко. Бой закончился, даже не успев толком начаться. Они шагнули навстречу друг другу, клинки пару раз звонко лязгнули, встретившись, и принц сразу же сделал пару быстрых шагов назад, разрывая дистанцию.

На правой скуле старика кровоточили два коротких тонких пореза, образовавших идеальный крест. Принц вложил свой кинжал в ножны и не менее торжественно произнёс:

— Оскорбление смыто кровью! Никто из царствующей династии не сможет этого оспорить, — затем он внезапно улыбнулся Клочкову и совсем другим тоном продолжил: — Всё, придурок, меня ждёт Учитель. Если соскучишься, зови меня кратким именем — может, я и откликнусь.