— И, наконец — та, при виде которой умолкают даже самые дерзкие! Икона стиля и вкуса! Хозяйка сети ресторанов «Объект» и сети бутиков оборудования для профессиональной готовки — Лейла Тич!

Трибуны загрохотали так, что сковорода на моей конфорке начала дрожать, как во время землетрясения. Члены клуба исследователей красоток уже фотографировали не на коннекторы, а огромные зеркальные фотоаппараты.

Во-первых — Лейла была орком. Огромной, статной, на две головы выше любого мужчины в этом зале, с кожей нежно-оливкового оттенка и длинными платиновыми волосами. Одета она была, как самая настоящая модель. Блестящее рубиновое платье и огромное количество различных украшений. Настоящая красотка, которая очень дико напоминала мне… Гиру. Ту любвеобильную модницу с практического урока. Может быть, они родственники?

Не хочу показаться грубым, и сказать, что все орки на одно лицо… Но явные сходства присутствовали. Такой же надменный и слегка скучающий взгляд. Такие же идеальные черты лица. Мускулы и фигура… Этот моднявый стиль.

Просто девочки-орки зачастую выглядели, как типичные пацанки с района. И проблема была вовсе не в отсутствии чувства стиля и вкуса. Увы, далеко не у всех были деньги, чтобы шить одежду под заказ или покупать в специализированных бутиках. Поэтому брали, что дешевле. А что дешевле — это под мужиков.

И нет, в большинстве своём девочки-орки были очень красивые. Но несмотря на это, если встретить их в тёмном переулке, то рука обычного человека автоматом потянется к карману, где лежит коннектор и кошелёк.

— Итак! — Энтони обвёл взглядом зрителей: — Судьи объявлены. С дуэлянтами и их помощниками мы познакомились. Осталось одно… Тема нашего сегодняшнего поединка! — на всех табло появилась картинка с нашим блюдом: — ХАЧАПУРИ ПО-АДЖАРСКИ!!!

Трибуны снова взвыли. И только сейчас я заметил среди зрителей несколько плакатов. Некоторые были поделены на две части. С одной стороны моя фотография, а с другой — Коляна. На оставшихся же просто красовалось большими буквами: «ДЕРЕК И КОЛЯ!!! МЫ БОЛЕЕМ ЗА ВАС!!!».

Никаких интриг и драматического выбора стороны. Никаких отворотов от одного из нас и прочих неловкостей. «Полярная сова» продолжала стрелять лучами дружбы, добра и уюта.

В стеклянный кабинет суетливо забежали Амелия и Мила. Госпожа Симонова очень пыталась поддерживать вид Снежной Королевы, но пока получалось очень так себе.

Зато Волгин, как и в прошлый раз — материализовавшийся в одном из проходов между трибунами — торжествовал. Он даже не пытался скрыть радостную улыбку.

Ох, мы ещё обязательно встретимся с тобой, «Номер один». Обязательно встретимся…

— Повара-а-а! — торжественно прогремел Энтони: — К плитам! Всех сопровождающих прошу покинуть арену! На приготовление у вас РОВНО два часа.

— Удачи. — Венчик кивнул, и поспешно удалился в сторону коридора. Эдик поднял кулак вверх, безмолвно говоря, что болеет и за Коляна с Валероном, и за нас, а затем тоже ушел к ближайшей трибуне.

Софиты и прожектора устремили свет на наши станции. Напряжение в зале было колоссальным!

— Три… — начал отсчёт Энтони.

Мы с Коляном посмотрели друг на друга. Он улыбался. Честно говоря, я тоже.

Жанна взволнованно схватила нож.

— Два…

«Сияй, друг.» — мысленно произнёс я.

Колян кивнул, как будто услышал.

— Один! НАЧАЛИ!!!

Глава 6

— Жанна, муку! — скомандовал я, и моя помощница молниеносно подскочила к столу.

Напряжение мгновенно исчезло. Трибуны, арбитры и даже суетившийся Колян со спокойным Валероном отошли назад. Можно сказать, что сейчас весь мир сконцентрировался лишь на моей небольшой кулинарной станции.

— Готово!

— Отлично… Едем дальше!

Хачапури по-аджарски — блюдо обманчивое. На первый взгляд — что там такого? Лодочка из теста, сыр да яйцо. Тут даже ребёнок справится. Но именно в этой кажущейся простоте и кроется вся дьявольщина. Здесь любая, даже самая малейшая ошибка может привести к катастрофе!

Степанида, как-то рассказывала мне о трёх главных ошибках любой несладкой выпечки. Она, почему-то, всегда называла таковую: «серьёзной».

Так вот, к «серьёзной» выпечке относились пироги, пиццы, хачапури всех видов, чебуреки, беляши, янтыки и ещё куча всего.

А что же касалось ошибок… Ты мог пересолить, не додержать или сделать тесто резиновым. Это как непростительные заклятия в мире Гарри Поттера. Тут негде спрятаться. Тебе не сможет помочь соус или гарнир. Ты попросту безоружный перед судьями, если что-то пойдёт не так.

К тому же, мы с Маро решили идти ва-банк. Три сыра. Пятьдесят процентов молодого сулугуни. Он выступал в роли фундамента и той самой тягучести. Красиво, когда нить сыра тянется за оторванным куском на добрых полметра.

Сорок процентов имеретинского. Он был в роли основы вкуса. Придавал начинке необходимую солёность и сливочность. Тот самый герой, что вносит краски в сюжет.

И десять процентов пармезана. Наша с Аркадием маленькая наглость. Как говорила Жанна: «изюминка»! Настоящий итальянец в грузинской лодке.

Именно пармезан давал немного умами. А ещё той самой ореховой глубины. И совсем чуть-чуть благородной остроты, которая превращала деревенское блюдо в ресторанное.

— Дерек, тесто? — Жанна уже отмеряла воду.

— Времени у нас в обрез! Поэтому, начнём с опары. Дрожжи, сахар, тёплое молоко. Ни в коем случае не кипяток! — предупредил я, глядя на то, как она тянется к сотейнику: — Тридцать шесть градусов. Как температура тела.

Кошка кивнула, а её ушки дрогнули от сосредоточенности.

Тесто я замешивал руками. Никаких миксеров! В таком деле жизненно необходимо чувствовать.

Затем я добавил ложку растительного масла и мацони.

«Стоп! Дерек, а что такое мацони⁈» — спросили бы меня самые любопытные зрители данной трансляции. А я отвечу — это один из самых важных грузинских ингредиентов для любой «серьёзной» выпечки! По сути — это кисломолочный продукт, который очень напоминает кефир, но имеет свой уникальный вкус. И добавляют его в тесто для той самой кислинки и мягкости, которая взбудоражит любого гурмана и любителя грузинской выпечки. Маленький секрет, который мне подсказала моя ушасто-хвостатая помощница.

Тесто я вымешивал ровно до тех пор, пока оно не перестало липнуть к рукам.

— Под плёнку и в тепло. Час.

— Погоди… А тепло тут где? — слегка растерянно спросила Жанна.

— Печку видишь? — я указал на дровяную печь для пиццы: — Там сбоку есть небольшой отвод. Оттуда дует очень теплый воздух. Поставь туда.

— Поняла!

Краем глаза я поглядывал на соседнюю станцию. Колян с Валероном работали, как слаженная команда! Как идеальный механизм, где детали были чётко подогнаны друг к другу. И очень не хотелось никого обижать, но… с Хуаном бы такой рабочей гармонии у Коляна явно не получилось бы.

Однако… Немного присмотревшись, я заметил, что в отточенных движениях парочки было что-то не так. Как эффект от фильма, который ты уже выучил наизусть, но вдруг всё пошло совершенно по другому сценарию.

Проблема в том, что Колян не тёр сыр. Он резал идеальные помидоры из теплиц Настюши. А Валерон уже пассеровал на сковороде лук. Но больше всего вопросов вызывали нарезанные полосками болгарские перцы. Красный, жёлтый и оранжевый. Прям целая радуга!

На кой-чёрт в хачапури по-аджарски овощи? Да, я слышал, что некоторые предпочитают замешивать в начинку шпинат. А кто-то даже безбожно посыпал хачапури кинзой… Но никак не помидоры с перцами!

И тут до меня дошло. Вернее, я вспомнил наш с Коляном разговор. Ну, конечно… Мой друг был очень упёртым и храбрым. Он никогда не боялся модернизировать классику и уносить вкус далеко за горизонт.

Всё, что было на столе у Коляна — ингредиенты для вкуснейшей шакшуки! Я невольно усмехнулся.

— Что такое? — тихо спросила Жанна.

— Колян не стал соревноваться со мной в классике. Он пошёл своей дорогой. Взял грузинскую лодку и посадил в неё ближневосточную душу. Помидоры, перец, специи, а сверху — то самое яйцо, что роднит хачапури и шакшуку. Гениально!