Арабам только и удалось выяснить, что предлагаемые им танки — старых образцов и находятся на консервации на стратегических складах стран бывшего Варшавского Договора. Казус вышел настолько серьезный, что в ОАЭ по этому случаю проводились даже парламентские слушания.
И все же надо отдать должное Павлу Сергеевичу: во время «оружейных» международных переговоров он демонстрировал блистательное искусство рекламировать отечественное оружие, его профессиональный военный азарт иной раз подкупал собеседников настолько, что многие военные министры, короли и шейхи невольно тянулись за проектом контракта и кошельком… Положительные результаты переговоров Грачева с министрами обороны ЮАР, Кувейта, Объединенных Арабских Эмиратов, Китая, Южной Кореи, Турции, Израиля и многих других стран говорили об очень многом.
Самоуверенные и навороченные, надувающие щеки и сверкающие плутоватыми глазами иные наши «гиганты оружейного бизнеса» не могли воздействовать на покупателей так, как влиял на них Грачев своим азартом, прямодушием и напором.
Когда долго служишь на Арбате, то незаметно привыкаешь к тому, что постоянно живешь в мире сенсационных слухов, большинство из которых в конце концов подтверждается. Например, в качестве слуха долгое время существовала информация о том, что сват Грачева — начальник Главного управления международного военного сотрудничества генерал-полковник Дмитрий Харченко оказался каким-то образом причастным к почти детективной истории, связанной с передачей крупной партии бронетанковой техники болгарам. Прошло время, и слух стал явью. Более того, первый заместитель министра обороны РФ Андрей Кокошин лично вылетал в Болгарию на церемонию передачи танков братушкам.
Потом у нас в МО стали ходить усиленные слухи о том, что хотя наше руководство и говорит, что мы технику болгарам якобы бесплатно отдали, а на самом деле…
Когда по обмену визитами к нам прилетела группа старших болгарских офицеров, за чашкой крепкого чая в посольстве я попросил братушку по-славянски врезать мне правду-матку. Братушка хотя и был уже хорошо разогретый, но службу знал крепко, даже за дружеским столом. Он хитровато блеснул глазами и сказал:
— Болгары никогда не бывают неблагодарными…
Я это с детства знал. Я руками и ногами за то, чтобы братьям-славянам не сто, а тысячу танков безвозвмездно отдать, — если это на пользу России. Но у меня не было никакой уверенности, что некоторые наши проворные дельцы с Арбата по старой привычке не погрели руки.
Ведь был же случай, когда они 20 млн долларов, полученных за сделку с болгарами, умышленно заслали на счет зарубежного банка — так их легче было «крутить». После этого надо быть инопланетянином, чтобы поверить в то, что боевая техника, переправленная в Болгарию, оказалась там за «спасибо». Сейчас, когда братушки «ложатся под НАТО» и даже предоставили блоку свои военные аэродромы, с которых взлетали самолеты на бомбежку сербов, и уже обсуждают план создания американской военной базы, «безвозмездная» передача Болгарии наших танков выглядит нелепо: получается, что мы позаботились об укреплении боевой мощи Североатлантического альянса…
По Минобороны и Генштабу частенько ходили разговоры, что к некоторым сомнительным коммерческим сделкам, связанным с продажей российской военной техники за рубеж, были причастны даже первые заместители министра обороны. В 1995 году органы контрразведки с помощью одного из сотрудников военной приемки (проверка качества вооружений) пресекли попытку российских дельцов загнать одной из дальневосточных стран уникальную радиотелеметрическую аппаратуру, которая не подлежала продаже за рубеж. А в ходе следствия выяснилось, что разрешение на контракт давал один из первых замов министра. Только идиот поверит, что человек пошел на такой риск «по ошибке».
Еще один такой слишком рисковый служил в свое время у нас в Генштабе. Этого бравого контр-адмирала у нас называли «непотопляемым крейсером». Особенно после того, как еще во время работы в «Росвооружении» он влип в одно очень скандальное дело и сумел выйти из воды сухим.
Некая российская компания «Бонекс», которая выдавала себя за официального посредника «Росвооружения», подписала контракт с Йеменом на поставку трех старых штурмовиков Су-17. Предоплату, 3,95 млн долларов, фирма получила, а самолеты не пригнала.
Тогда йеменские власти отобрали у представителя фирмы паспорт, из-за чего он долгое время был вынужден жить на территоии российского посольства.
Посредническую доверенность «Росвооружения» гендиректору фирмы пробивал наш коммерсант-генштабист. Он же содействовал, чтобы «Бонексу» были выданы гарантии на 7,4 млн долларов. Под них фирма успела получить в банке еще 6,4 млн долларов.
Казалось, если были вскрыты такие факты, то контр-адмиралу место не в Генштабе, а на Колыме… Но эта логика не для России. После выдворения из «РВ» адмирал получил статус «специального уполномоченного по военно-техническому сотрудничеству между Россией и Туркменией».
Многих таких шустрых у нас на Арбате называли «баксонасосами». Все они имели холеный вид, и у всех были одинаковые глаза — плутоватые и настороженные одновременно. У этих людей был взгляд вокзальных наперсточников, привыкших дурачить простофиль. В то время когда сотни тысяч их сослуживцев упирались на службе, пытаясь спасти быстро дистрофирующую армию, эти люди выискивали себе должностенки, на которых можно было успешно «доить» государство к собственной выгоде. А таких теплых местечек в МО и ГШ было немало.
Большой отряд военных заседал в Главном управлении по сотрудничеству и кооперации Министерства внешних экономических связей (ГУСК). Все они были подведомственны Минобороны РФ. И тоже были причастны к военно-техническому бизнесу. И не только…
Передо мной документ — своеобразная визитная карточка ГУСК, которую его сотрудники вручали тем, кто имел отношение к военно-техническим сделкам (мне он достался года два назад, во время встречи с военным министром Бразилии, когда тот давал пресс-конференцию в посольстве своей страны в Москве). Вот как рекламировал ГУСК свои права и возможности. Читаем: «В настоящее время ГУСК имеет право: осуществления поставок вооружения и военной техники как производимых предприятиями оборонных отраслей промышленности Российской Федерации, так и из наличия Министерства обороны и Министерства внутренних дел Российской Федерации; экспорта и импорта продукции двойного (военного и гражданского) назначения; стратегических товаров, таких как: нефтепродукты, каменный уголь, прокат черных металлов, минеральные удобрения, аммиак, менатол, неорганические кислоты и других товаров».
Наверное, нормальному человеку невозможно понять, как могли люди с погонами на плечах выступать в роли торговцев минеральными удобрениями или органическими кислотами.
Государство, поместив военных людей в среду бизнеса, превращало их в банальных торгашей. Искушение велико. Преступные комбинации неизбежны. Формирование мафиозной структуры объективно…
В 1996 году Президент РФ издал указ, в соответствии с которым все военнослужащие, которые числились прикомандированными к различным гражданским ведомствам, должны были возвратиться в структуры МО или уволиться, если позволяла выслуга лет. Этот указ президента не выполнялся. Многие старшие офицеры МО и Генштаба (а с ними — и десятка два генералов) по-прежнему заседают в «хлебных местах», в том числе и связанных с вооружен-ческим бизнесом.
Если вам на улицах Москвы встретится внушительная вывеска типа «Спецтех» или «Спецпроект», будьте уверенны — это еще одна кормушка, где обязательно можно найти «партизана» в чине генерала или полковника, подвизающегося на ниве военно-технической коммерции…
Помню командировку на Тихоокеанский флот. В составе нашей минобороновской комиссии находился старший офицер, представлявший какую-то вооруженческую торговую организацию.
У причальной стенки Камчатской военно-морской базы уныло покачивалась на воде ржавеющая подводная лодка. Командир базы жаловался министру обороны Игорю Родионову на то, что катастрофически не хватает денег на ремонт субмарины, что рабочие местного судоремонтного завода из-за невыплаты денег грозят приостановить работы даже на тех военных кораблях, которые стоят в доках. Стоявший рядом со мной вооруженец по-хозяйски оглядывал подлодку и что-то прикидывал. Потом спросил:
