Существует ряд исследований, посвященных влиянию этих нововведений на условия труда в Северной Америке, поэтому можно сопоставить их с работами о российской системе фермерских хозяйств и получить полноценную картину воздействия технологических изменений на труд человека (табл. 4.5). Согласно анализу, приведенному уполномоченным по трудовым вопросам США (1899), сравнение результатов применения ручного и механизированного труда показывает, что сельскохозяйственные технологии 1830-х гг. требовали 64 часов работы на каждый акр земли или 20 человеко-дней работы на гектар (при условии, что рабочий день длился 8 часов). В 1920-х гг. к аналогичным результатам пришли экономисты Госплана в ходе исследований текущей ситуации в советском аграрном секторе (Каган. 1959, 452, примеч. 6). Их данные показывают, что для анализа был взят средний показатель, равный 20,8 человеко-дней работы на гектар земли (в данном случае «человек» означает трудозатраты взрослого работника мужского пола). Чаянов в своей работе (1966, 183–190) приводит похожие выводы нескольких российских исследователей.

Конечно, внедрение механического оборудования позволяло существенно снизить трудозатраты на обработку полей. К началу XX в. количество часов работы на каждую единицу площади уменьшилось почти на 90 % (табл. 4.5). Это сокращение затронуло большинство сельскохозяйственных операций. Кроме того, требовалось гораздо меньше плужной обработки и боронования — более крупные гужевые механизмы возделывали почву на большую глубину и давали более тщательное рыхление. Для Северной Америки экономия трудовых затрат (табл. 4.5), которую давала механизация, имела огромное значение, позволяя обрабатывать огромные сельскохозяйственные площади и расширять хозяйственные объекты.

Однако нехватка современного оборудования вовсе не была единственной причиной столь небольшого размера хозяйств российского крестьянства, поскольку они были довольно мелкими, даже если рассматривать этот аспект с точки зрения общего опыта использования ручных орудий труда. Если по методу Прокоповича экстраполировать нормы Госплана (20,8 человеко-дней на гектар) на российское сельское хозяйство, то итогом станет потребность в 17,8 миллионах лет работы в 50 областях европейской части России^[46].

С учетом того, что в данном регионе проживало около 16 миллионов крестьянских семей, можно предположить наличие порядка 39,7 миллионов эквивалентных лет работы взрослого мужчины^[47]. Таким образом, очевидно, что даже при условии, если в расчет не берется уровень организации или механизации труда, население региона в 2,2 раза превышало потребность сельского хозяйства в труде.

^{Таблица. 4.5. Потребность в трудовых ресурсах на «зерновой гектар» (в человеко-днях на операцию)}

^{Источники и примечания:}

^{Традиционные орудия труда}

^{Периоды распашки, приведенные в данной таблице, соответствуют расчетам Чаянова (1966, 183, 190), который предполагал, что на распашку каждой десятины требуется два дня, а также результатам исследований уполномоченного по трудовым вопросам США (1899, 81) — по его данным, при использовании примитивных орудий труда на распашку каждого акра затрачивалось от 5 до 8 часов. Если предположить, что на каждый акр уходило 8 часов работы, то можно подсчитать, что при 10-часовом рабочем дне на каждый гектар требовалось 2 человеко-дня.}

^{Боронование — согласно данным Чаянова (1966, 183), на десятину уходила треть дня. По данным уполномоченного по трудовым вопросам США (1899, 82, 85), на боронование каждого акра требовалось 2,5 часа.}

^{Посев — затраты времени, приведенные здесь для операций посева и боронования, взяты из данных уполномоченного по трудовым вопросам США (1899, 85). Чаянов отводит 2 дня на десятину для посева и для одной распашки.}

^{Сбор урожая — данные Чаянова противоречивы. Сначала он говорит о 6 днях на десятину (1966, 183), что соответствует 5,5 дням на гектар, затем — на с. 189 упоминает о 4,3 днях на десятину. Последняя цифра предполагает, что в этом случае на каждый гектар требовалось 4 дня, что соответствует данным уполномоченного по трудовым вопросам США (1899, 85) — 16 часов на акр при 10-часовом рабочем дне.}

^{Гужевая транспортировка — Чаянов (1966, 183).}

^{Обмолот — Чаянов в своей работе (1966, 183) отводит 9 дней на операции обмолота, веяния и сортировки, а на с. 190 на те же операции предполагается 5,5 дней. Уполномоченный по трудовым вопросам США (1899, 86–87) приводит целый ряд оценок, из которого 32 часа на акр (8 дней на гектар при 10-часовом рабочем дне) представляется целесообразным для анализа.}

^{Современное оборудование}

^{Распашка — Уорд (1990) полагает, что в день работник мог обработать 4,8 акра (приблизительно по 2 часа на акр), что соответствует данным по затратам на обработку земли многолемешным плугом, приведенным в анализе уполномоченного по трудовым вопросам СШ А (1899, 81). При затратах 2 часа на каждый акр требовалось 0,5 человекодней на гектар при 10-часовом рабочем дне, если каждый работник управлял одним плугом. На территории Великих равнин земля требовала только одной распашки.}

^{Боронование — по данным Уорда (1990, 85), ежедневная норма обработки составляла 20 акров, а по данным уполномоченного по трудовым вопросам США (1899, 82), требовалось около 30 минут на каждый акр.}

^{Посев — по данным Уорда (1990, 83), ежедневно засевалось 18 акров земли, в то время как анализ уполномоченного по трудовым вопросам США (1899, 85) предполагает лишь 15–20 минут на акр.}

^{Сбор урожая — по данным уполномоченного по трудовым вопросам США (1899, 85), скорость обработки составляла по акру каждый час (0,25 человеко-дней на гектар). Уорд в своей работе (1990, 94) говорит о 17,5 акрах в день (0,14 дня на гектар).}

^{Обмолот — анализ уполномоченного по трудовым вопросам США (1899, 86–87) предполагает 1,5 часа на акр земли (0,375 человеко-дней на гектар), что намного превосходит результат расчетов Уорда (1900, 103), который для работы ограничил затраты времени до периода работы молотилки и не учитывал при этом время на загрузку.}

Данные по ежегодному балансу в данном аспекте требуют корректировки с учетом сезонных колебаний в численности работников. В период сбора урожая потребность в рабочей силе достигала своего максимума, снижаясь до минимальных значений в зимнее время. В обычные годы, когда не было чрезмерно высоких урожаев, численность населения деревни превышала потребность в рабочей силе, что вело к перераспределению незанятых, свободных, трудовых ресурсов в сферу заготовки древесины, промысловой деятельности и кустарных ремесел.

Какова же была ситуация с занятостью в пиковые периоды? По оценке Чаянова (1966, 189), «на сбор урожая пшеницы или ржи с одной десятины требовалось 4,3 рабочих дня», что приблизительно составляет 4 дня на гектар. Если предположить, что «период сбора урожая составляет 10 дней», то каждый работник мог выкосить 2,5 га, связать сено и уложить в снопы. При такой скорости жатвы, которая соответствует практике использования серпов в Северной Америке в начале XIX в., в 1913 г. для сбора урожая пшеницы и ржи в европейской части России требовалось 18,6 млн жнецов^[48]. Данная цифра более чем наполовину ниже доступного объема рабочей силы (который, как уже упоминалось, составлял 39,7 млн рабочих). Конечно, данный расчет описывает идеальную ситуацию. Крестьяне всегда стремились собрать урожай менее чем за 10 дней, поскольку плохая погода могла в любой момент лишить их возможности работать в поле. Таким образом, несмотря на всю неоднозначность ситуации, очевидно, что даже в период пикового спроса на трудовые ресурсы, который приходился обычно на август, предложение рабочей силы было избыточным. Последовавшие за революцией 1917 г. уравниловка владений и деурбанизация только усугубили ситуацию, способствуя притоку рабочей силы в сельское хозяйство и, соответственно, дополнительному вливанию предложения в период жатвы.