Нурксе разделял точку зрения Преображенского и Бухарина в том, что в отсталой стране существует «скрытая безработица больших масштабов». Иными словами, «тот же уровень производительности сельского хозяйства мог быть достигнут с использованием меньшей рабочей силы… без всякого усовершенствования технических методов», то есть без «технологического прогресса, большего количества оборудования, механизации, лучших семян, улучшений в осушении, ирригации и прочих подобных условий». Однако он предполагал, что перемещение избытков рабочей силы приведет к организационным изменениям. Как позже станет очевидно, в Советском Союзе в период оттока рабочей силы не только началась радикальная реорганизации аграрного производства, но и наблюдалось фактическое снижение масштабов эксплуатации дополнительных ресурсов (в частности, это касалось лошадей).

Нурксе увязывал сельскую безработицу с фактором накоплений: «Государство скрытой безработицы предполагает скрытый потенциал накопления, по крайней мере в определенной степени». Он проводил границу между «“непродуктивным” избытком работников в деревне» и содержащими их «“продуктивными” работниками». Ключевая догадка Нурксе заключалась в том, что «продуктивные работники делают “виртуальные” накопления; они создают больше продукта, чем потребляют». Однако, эти «накопления тратятся впустую», поскольку существует категория не создающих ценностей избыточных работников, которых нужно содержать. «Если бы продуктивные крестьяне своих бесполезных родственников — проживающих с ними кузенов, братьев, племянников — посылали работать на проектах капитального строительства и продолжали бы их кормить, тогда их виртуальные накопления стали бы накоплениями эффективными». Ключ к накоплению капитала, по его мнению, в том, чтобы «изъять излишек людей из деревни и направить их на работу на крупные проекты — ирригацию, осушение, дороги, железные дороги, дома, заводы, образовательные программы и так далее».

Нурксе пришел к пониманию того, что перераспределение излишнего предложения рабочей силы повышает возможность увеличения инвестиций без уменьшения потребления. «Существует возможность повышения накопления капитала без необходимости сокращения уровня потребления». Хитрость заключается в создании рабочих мест для тех людей, которые в противном случае вошли бы в категорию «непродуктивных». Данный вывод совпадает с теорией Фельдмана, однако предполагает более реалистичные условия.

В интерпретации Нурксе, сбыт сельскохозяйственной продукции суть дополнение к инвестициям. Если инвестиции производятся работниками, которые в ином случае оставались бы незанятыми, то «нет необходимости предлагать крестьянам, которые остаются в деревне, есть меньше, чем прежде; нужно только не допустить увеличения потребления». Они должны «продолжать кормить своих иждивенцев, которые уходили работать на капитальных проектах, оставляя хозяйство, и которые, в сущности, продолжают быть зависимыми в средствах к существованию от “продуктивных” крестьян, оставшихся в деревне». При этом он выражал сомнения в том, что доброй воли оставшихся крестьян будет достаточно: «Маловероятно, что крестьяне добровольно сохранят излишки, ведь они живут на грани существования». Следовательно, «какая-либо форма коллективного сбора, навязанная государством, может оказаться необходимой для мобилизации потенциала накопления, скрытого в латентной безработице».

Предположив, что «крестьян будет непросто обложить налогом», Нурксе обозначил три подхода к решению этой проблемы. Первый заключался в «непрямом взимании налога с предметов, приобретаемых ими». Это фактически повторяет идею Преображенского. Второй подход описывался им следующим образом: «Япония поддерживала высокий уровень налога на землю, который был весьма эффективен». Идею земельного налога Преображенский отклонял, как неприемлемую по политическим соображениям. Третий подход нашел отражение в политике Сталина: «Кажется, что эта ключевая проблема сбора продовольствия в советской России решена с помощью системы коллективных хозяйств. Слово “коллективный” в данном случае имеет двойное значение. Коллективное хозяйство — не только форма коллективной организации; это прежде всего инструмент сбора» продукции сельского хозяйства.

Графическое изображение развития Советского Союза

Исследования Фельдмана, Преображенского, Бухарина и Нурксе можно экстраполировать на развитие Советского Союза посредством графической модели, которая демонстрирует, каким образом мобилизация избыточных трудовых ресурсов может способствовать параллельному росту инвестиций, потребления и производства.

^{График 3.2. Граница производственных возможностей (ГПВ)}

Рассмотрим кривую границы производственных возможностей (ГПВ) на графике 3.2. На осях отражены объемы производства потребительских и инвестиционных товаров, при этом кривая ГПВ связывает те варианты сочетаний производства обоих секторов, которые экономика может производить при условии перемещения ресурсов между секторами. Так, если все ресурсы отнесены на баланс сектора потребительских товаров, объем производства в этой категории будет находиться на уровне С, а если предположить, что ситуация с размещением ресурсов обратная, то есть все ресурсы задействованы в производстве инвестиционных товаров, объем производства в данном секторе будет находиться на уровне Р. Такие точки кривой ГПВ, например точка Е, обозначают такой способ распределения ресурсов, при котором производство идет в обоих секторах, тогда С_Е и Р_Е будут обозначать уровень производства потребительских и инвестиционных товаров соответственно. При этом точки кривой ГПВ, подобные Е, обозначают максимальный производственный потенциал. Все варианты производства, располагающиеся внутри кривой, например D, также являются возможными, однако в этом случае они отражают ситуацию недостаточно эффективного использования ресурсного потенциала, поскольку уровень производства в обоих секторах достигает только значений C_D и Р₀ соответственно.

Экономическое развитие в этой ситуации может быть представлено в виде двухступенчатого процесса (график 3.3). В 1920-х гг. российские показатели находились примерно на уровне D во внутреннем пространстве кривой ГПВ, поскольку большой объем рабочей силы был неэффективно занят в сельском хозяйстве. Поэтому первым шагом к достижению экономического роста был перевод трудовых ресурсов в сферу промышленного производства. Эта мера позволяла обеспечить одновременное увеличение производства и потребительских и инвестиционных товаров — экономика продвинулась от уровня D к уровню производства Е. Второй шаг, который предполагался после достижения полной занятости, — размещение более значительной доли добавочных средств производства в качестве источника прироста капитала в этом секторе. Подобный способ инвестирования позволял сместить кривую ГПВ к уровню ГПВ’ по мере того, как в эксплуатацию вводились новые заводы и оборудование. То есть чем больше была доля средств производства, реинвестированных в данный сектор, тем выше становилось отношение Р к Р и тем меньше было соответствующее соотношение С к С. Таким образом, существовал способ увеличения инвестиций и потребления посредством смещения Е к F.

^{График 3.3. Граница производственных возможностей развития экономики Советского Союза}

Если учесть фактор труда в модели Фельдмана, то можно получить более полную и реалистичную картину, которая позволяет обосновать важный вывод: стратегия реинвестирования средств производства в тяжелую промышленность способствует одновременному увеличению инвестиций и потребления. Именно эта идея легла в основу советской модели экономического развития.