Несмотря на успех, призрак, фактически преследовавший Габриэль всю жизнь, не исчезал. Напротив, он приближался вплотную, окутывая ее плотной дымкой, отдаляя от тех, кто был когда-то дорог, навсегда. У призрака было имя: «одиночество». Дорогая ее сердцу Адриенна ушла из жизни 22 ноября 1956 года. Последняя ниточка, связывавшая Коко с прошлым, оборвалась. Они редко общались в последние годы, но привязанность, которую они испытывали друг к другу с детства, не исчезла. Порой Габриэль жалела, что не сделала выбора в пользу семьи. «На самом деле, права ты, — говорила она своей внучатой племяннице, дочери Андре Паласса, — у тебя есть муж, дети, настоящая жизнь, а я одинока». Когда-то подобный выбор даже не стоял перед Адриенной. Она никогда не испытывала на эту тему колебаний, терпеливо дожидаясь заключения брака с любимым человеком. Габриэль это выводило из себя — Адриенна не желала помогать ей строить империю моды, постоянно делая выбор в пользу любимого мужчины. Но прошлые обиды потеряли всякий смысл: Адриенна ушла навсегда.

Пьер Реверди умер 17 июня 1960 года в Солемском аббатстве, где уже много лет жил в доме рядом с монастырем. Он строго наказал жене и монахам аббатства: никому не сообщать, не превращать всё в анекдот. Когда новость о его смерти дошла до Парижа, его уже похоронили. Жена и два монаха проводили его в последний путь. Вместе с его друзьями Габриэль узнала обо всем из газет. Когда о нем заходила речь, она говорила, что из всех молчаний тяжелее всего было перенести молчание Реверди. И она добавляла: «Кстати, он не умер. Вы знаете, поэты — не то что мы: они вовсе не умирают».

Одиночество окутало Габриэль, и единственной семьей, с которой она поддерживала контакты, была семья внучатой племянницы. Больше идти было некуда. Андре Паласс, заменивший ей сына (или все-таки им являвшийся на самом деле), женился второй раз, но Шанель с его новой супругой общаться не хотела. Постепенно все свои реликвии Габриэль начала дарить племяннице — оставшиеся из довоенного прошлого предметы мебели, документы, письма, драгоценности. Когда американские журналисты брали у нее интервью, они считали Габриэль веселой и забавной. Ее ответы их порой удивляли, но им нравились ехидство и колкость Мадмуазель. За кулисами оставались горечь потерь, отсутствие личной жизни — теперь существовала только работа. Конечно, успех придавал ей сил. На несколько лет их хватило.

В конце пятидесятых еще два события подтвердили тот факт, что триумфальное возвращение Шанель состоялось. В сентябре 1957 года в США ей вручили премию Неймана-Маркуса, считавшуюся своеобразным «Оскаром» в мире моды, и этот факт лишний раз подтвердил степень популярности Шанель в Америке. «Нейман-Маркус» — это сеть американских универмагов; штаб-квартира компании всегда располагалась в Далласе^[46]. Ее основали три человека: Герберт Маркус, его сестра Керри Маркус-Нейман и ее муж. Они скопили небольшой стартовый капитал и, отвергнув предложение молодой и быстро растущей компании «Кока-Кола», открыли собственный розничный магазин. Учредители богато его обставили, а товар Керри привезла из Нью-Йорка. В те годы такого Техас не видывал, и в первые же дни все было распродано подчистую. В 1927 году компания «Нейман-Маркус» впервые в США организовала еженедельный показ мод в универмаге. В последующие годы в связи с Великой депрессией компания начала продавать и более дешевый товар, что позволило избежать убытков. А за годы Второй мировой войны выручка в магазине выросла почти в два раза. В начале пятидесятых Герберт Маркус и его сестра умерли один за другим. Во главе компании встал Стэнли Маркус — сын Герберта.

С 1957 года в течение двадцати девяти последующих лет компания проводила так называемые «двухнедельники» — ежегодный фестиваль моды и культуры какой-то определенной страны, на который приглашались ведущие модельеры, высокопоставленные лица, звезды, кулинары. Коко Шанель стала первой, кто был удостоен золотой награды «Премия Неймана-Маркуса за выдающие заслуги в области моды». Несмотря на ряд едких комментариев по поводу этого события, которые Габриэль сделала в свойственной ей манере, она была обрадована приемом, устроенным в ее честь в Далласе. Компания «Роллс-Ройс» прислала своих представителей из офисов Великобритании и США, а также целую кавалькаду машин, из которых белая предназначалась для Шанель. Специальную тематическую вечеринку в стиле американского Запада организовали на открытом воздухе, совместив ее с шуточным показом мод: в свадебный наряд нарядили быка и корову — на «невесте» красовалось белое платье от Шанель. На эту вечеринку представители «Роллс-Ройса» прибыли на тракторе. Более того, в качестве еды на столах стояли тарелки с мясом-барбекю и фасолью — самое нелюбимое блюдо Габриэль. Элизабет Арден сидела рядом с француженкой и вспоминала позже, как та свалила все с тарелки под стол прямо на туфли Арден.

Состоялось возвращение Шанель и в кинематограф. «Она была в такой моде, что к ней — старой даме! — стали обращаться с заказами представители „новой волны“ в кинематографе. Так, в 1958 году Луи Малль поручает ей создание платьев для Жанны Моро в кинофильме „Любовники“. Три месяца спустя Габриэль сотворила для Дельфины Сейриг туалеты для фильма-сновидения „В прошлом году в Мариенбаде“, поставленного Аленом Рене. В том же году Висконти поручает ей двойную задачу: не только одеть Роми Шнайдер, которая снималась в картине „Боккаччо-70“, но и поделиться с ней секретами элегантности. Она сделала это с тем большей охотой, что питала большую симпатию к юной талантливой актрисе, в свои двадцать три года уже снискавшей известность благодаря сериалу „Сисси“. Коко, не колеблясь, давала ей советы и в сердечных делах — впрочем, та отнюдь не всегда к ним прислушивалась»^[47]. В фильме «Боккаччо-70» Роми Шнайдер появляется с сигаретой и в элегантном твидовом костюме: не провести ассоциаций с Шанель невозможно. Габриэль называла Роми идеальной женщиной, а сама Шнайдер однажды сказала: «Существуют три человека, которые решительно изменили мою жизнь: Ален, Висконти и Шанель».

Фильмы того времени изобилуют нарядами, которые создавались для актрис известными модельерами. Довоенная история повторялась: экраны кинотеатров стали самым большим подиумом в мире. Одежда, в основном, показывалась гламурная, не совсем подходящая для обычной женщины. Но копии дорогих нарядов распродавались мгновенно — никого не смущали отклонения от эталонного, аутентичного первоисточника. Шестидесятые уже сложно представить без костюмов и аксессуаров от Шанель. Звезды тех лет появлялись в одежде знаменитой марки не только в кино, но и на мероприятиях, и в повседневной жизни, активно рекламируя создаваемое Габриэль. Слава Шанель приобретает новые масштабы, самые яркие знаменитости того времени — Элизабет Тейлор, Джейн Фонда, Жаклин Кеннеди, Грейс Келли, Жанна Моро и многие другие появляются на публике в последних новинках от Шанель. 1962 год, Париж — Роми Шнайдер в костюме из твида и двухцветных туфлях, с сумкой 2.55; 1962 год, премьера фильма «Парижанки» в «Олимпии», Париж — исполнительница одной из главных ролей Катрин Денев раздает автографы, перед ней лежит сумка 2.55, 1963 год, Лондон — Брижит Бардо выходит на улицы города с сумкой 2.55.

Печальную славу снискал розовый костюм, который надела в день убийства ее мужа Жаклин Кеннеди. Как и многие королевские особы и первые леди, Джеки Кеннеди предпочитала поддерживать местных дизайнеров, поэтому нередко заказывала аналоги культовых вещей европейских домов моды в американских ателье. Так произошло и с нарядом, в котором она появилась 22 ноября 1963 года — в злополучный день убийства ее супруга. Тогда первая леди сопровождала мужа в поездке и предстала перед публикой в печально известном двубортном твидовом костюме розового цвета. Некоторые приняли его за модель от Шанель, но на самом деле костюм был заказан у нью-йоркского ателье Chez Ninon. Именно этому костюму было суждено стать одним из самых известных нарядов XX века, символом утраты и боли жены, потерявшей своего супруга. Первая леди продолжала носить окровавленный костюм в течение нескольких часов после трагедии, потому что хотела, чтобы «они увидели, что они сделали с Джоном». Сейчас культовая вещь хранится в Американском национальном архиве.