Брейбину пришлось проанализировать 800 000 слов свидетельских показаний и еще 800 000 слов документов. «Я пытаюсь рассмотреть дело со всех сторон, – заметил он в какой-то момент, – но, похоже, этим сторонам нет конца»¹². С момента совершения преступлений прошло столько времени, что многим свидетелям было уже не под силу вспомнить, что именно они делали и видели. Документов было так много, что адвокаты путались в них. Свидетели и адвокаты извинялись перед судьей за свои ошибки. «Все чувствуют себя виноватыми, понимаете ли», – пошутил он.

В конце 1966 года Брейбин опубликовал свои выводы. Он не согласился с тем, что Эванс был простым как ребенок: психиатры, которые опрашивали его, отметили, что низкий коэффициент его интеллекта объяснялся скорее плохим школьным образованием, чем умственной отсталостью. Он также не нашел никаких доказательств того, что над ним издевались или запугивали в полиции.

К удивлению многих участников расследования, Брейбин пришел к выводу: «представляется наиболее вероятным, чем обратное», что Тим Эванс избил и задушил Берил 8 ноября 1949 года, а Кристи помог ему спрятать труп – возможно, потому, что не хотел, чтобы полицейское расследование обнаружило тела в саду, – и что Кристи затем убил ребенка. По сути, Брейбин заявлял, что Тим Эванс был повешен не за то убийство, которое совершил. Поскольку Эванс был осужден за убийство Джеральдины, в октябре 1966 года королева даровала ему посмертное вольное помилование.

В течение следующих нескольких лет лейбористское правительство провело несколько социальных реформ: в 1967 году была отменена уголовная ответственность за аборты, а также за секс по обоюдному согласию между мужчинами старше двадцати одного года; в 1968 году была запрещена расовая дискриминация в сфере занятости и жилья; а в 1969 году была окончательно отменена смертная казнь за убийство. Убийства на Риллингтон-плейс стали одними из тех событий, которые положили конец смертной казни в Британии, а Редж Кристи в результате стал последним серийным убийцей, которого британское государство приговорило к смерти.

В мае 1970 года на улицу Растон-клоуз приехала съемочная группа, чтобы снять художественный фильм об этих убийствах¹³. Ее члены договорились снимать уличные сцены возле дома семь, так как жильцы дома десять беспокоились, что им не разрешат вернуться, если они переедут в гостиницу. Актер Ричард Аттенборо, исполнивший роль Кристи, а также Джон Херт и Джуди Гисон, игравшие Тима и Берил Эванс, подъехали на двух темно-зеленых «Роллс-Ройсах». Когда Аттенборо вышел из машины, то огляделся вокруг со «зловещей, закрытой улыбкой, – написал Оливер Притчетт в газете “Гардиан”. – Его очки были круглыми, а лысая голова напоминала монумент». Он был одет в серый двубортный костюм, похожий на тот, что был на Кристи, когда тот пустился в бега. Одна из жительниц улицы Растон-клоуз была поражена сходством актера с Реджем Кристи: «От этого у меня даже мурашки по коже пробежали», – заметила она. Другая женщина не так впечатлилась. «Вполне неплохо, – сказала она, – но Кристи был гораздо выше и стройнее, и лицо у него было более худым».

В октябре того же года, согласно программе по расчистке трущоб, на улице Растон-клоуз начались работы по сносу¹⁴. Мужчины в рубашках поло и кепках забрались на крышу левого террасного дома и с размаху начали бить кирками по дому десять и соседним зданиям, разбивая штукатурку и кирпичи в пыль и щебень. Команда разрушителей подожгла парадные комнаты и подкидывала в пламя дрова.

Мод Аллен из дома девятнадцать смотрела, как рушатся здания напротив¹⁵. Она сказала репортеру газеты «Кенсингтон пост», что не хотела покидать свое жилище, несмотря на то что дом был в ужасном состоянии. «Мне нравится эта улица, – сказала она. – Переезд вдаль от всех моих друзей и родственников будет для меня довольно сильным потрясением, и я не хочу, чтобы меня поселили в одном из этих высоких многоквартирных домов». Фред и Дженни Граймс по-прежнему жили над семьей Мод в доме девятнадцать, а Фред и Бесси Стайлз – в доме два.

В ноябре 1970 года сорок туристов заплатили по пять шиллингов, чтобы увидеть дом убийц на Растон-клоуз¹⁶. Здание Кристи было разрушено, поэтому гид повесил на дверь дома два табличку с надписью «№ 10». Он провел гостей по дому и открыл дверцу шкафа, чтобы показать три тела, завернутые в одеяла (он нанял помощников, чтобы те изобразили жертв), а также указал на контур, нарисованный мелом на полу в гостиной.

Мод Аллен была разгневана, обнаружив, что эти экскурсанты снова появились на улице. Она наклеила на дом девятнадцать яростные объявления: «Хотите жить здесь? Тут произошло убийство!»; «Пять шиллингов, чтобы увидеть эту дыру»; «Четыре человеческих тела живут на Аллее убийств». К концу 1971 года вся эта улица была стерта с лица земли, и в обновленном районе начались строительные работы.

Фильм Ричарда Флейшера «Риллингтон-плейс, дом 10», где была экранизирована теория Людовика Кеннеди о том, что Кристи подставил Тима Эванса, вышел в 1971 году и получил признание критиков. Большинство произведений, вдохновленных этим делом, придерживались того же сюжета, начиная с пьесы Ховарда Брентона «Влюбленный Кристи», опубликованной в 1969 году и заканчивая сериалом Би-би-си «Риллингтон-плейс», выпущенном в 2016 году. Эта версия убийств на Риллингтон-плейс стала общепринятой. Несправедливый приговор Эвансу стал поучительным примером того, как система правосудия может дать сбой и как в условиях смертной казни она может обречь на смерть невиновного. История Реджа Кристи вошла в современный фольклор, став мрачной басней о мужчине, которому нравилось убивать женщин, а сами серийные убийцы стали популярными фигурами в культуре – начиная от обходительного социопата Тома Рипли¹⁷, о котором Патриция Хайсмит написала книгу в 1955 году, до шепчущего каннибала Ганнибала Лектера, которого придумал Томас Харрис.

Мать и сестры Тима продолжали вести кампанию в его защиту. В 2004 году Комиссия по пересмотру уголовных дел признала, что Эванс был невиновен¹⁸ в убийстве как жены, так и дочери, хотя и не стала рекомендовать дело к повторному рассмотрению.

Однако несколько авторов утверждали, что Эванс все-таки мог быть виновен, – среди них Молли Лефевр в книге «Необычные убийства», Джон Ньютон Ченс в книге «Преступления на Риллингтон-плейс: реконструкция романиста», Джон Эддоус (сын Майкла) в книге «Два убийцы с Риллингтон-плейс», Джонатан Оутс в книге «Джон Кристи с Риллингтон-плейс: биография серийного убийцы» и Джон Курноу в книге «Убийства, мифы и реальность дома десять на Риллингтон-плейс». Питер Торли, младший брат Берил Эванс, также считал, что Тим виновен. В своих мемуарах «В доме 10 на Риллингтон-плейс: Джон Кристи и я, нераскрытая правда» Питер вспоминает, как несчастна была его сестра осенью 1949 года. Берил показала своему пятнадцатилетнему брату синяки, которые ей нанес Тим. «Каждый раз, когда я навещал ее и мою милую племянницу, – писал Питер, – я чувствовал, что дом наполнен ненавистью».

В первую неделю ноября 1949 года отец Питера отправил его в Новую Зеландию по программе детской эмиграции. В январе 1950 года Питер узнал, что его сестра и племянница умерли всего через несколько дней после его отъезда. У него не было доказательств, но он был убежден, что Тим убил и Берил, и дочь.

В огромном хранилище материалов по делам Эванса и Кристи в Национальном архиве Лондона я наткнулась на документ, который предлагал иное решение загадки убийства Берил и Джеральдины. В архиве я также нашла пачку других бумаг – переписку между генеральным прокурором и высокопоставленным государственным служащим, – она показывала, как этот документ был замят.

В воскресенье 28 июня 1953 года сэру Лайонелу Хилду, который как раз на прошлой неделе с успехом добился обвинительного приговора для Кристи, позвонил его старый друг Стэнли Бишоп, вместе с которым Хилд служил в Королевских ВВС во время войны¹⁹. Бишоп был опытным криминальным репортером, которого отозвали с пенсии для освещения дела Кристи в газете «Ньюс кроникл».