Рэнди вышел из тюрьмы штата Орегон в Салеме через два дня после праздника, 4 июля. Штат Орегон выделил ему 86,35 доллара наличными, а на его тюремном трастовом счете лежало еще 13,65 доллара. Финансовый вопрос Рэнди не беспокоил; его ждала работа.

Возвращаться за решетку он не собирался.

В официальной программе встречи выпускников Ньюпортской школы 1969 года Рэнди Вудфилд значился председателем организационного комитета.

Дневная программа предусматривала пикник и волейбол на пляже; вечерняя предполагала банкет в гостинице «Оттер Крест». Только что вышедший из тюрьмы Рэнди Вудфилд был активным участником всех мероприятий 6 июля. Прохаживаясь под руку с симпатичной девушкой, он щеголял своей отросшей в тюрьме бородкой и шутил с Майком Шеффером, на которого, похоже, ничуть не обижался за последние годы молчания.

Одноклассники Рэнди вели себя тактично и не приставали с расспросами, как он попал в тюрьму. На деле многие из них, возможно, и не знали, что он там побывал. Рэнди рассказывал об играх за «Грин-Бэй Пэкерс» и держался скромно, но уверенно. В частном порядке он объяснил Алексу Картеру, что попал в тюрьму за ограбление нескольких киосков «Фотомат» и что полиция поймала его после того, как установила за ними наблюдение.

Половина этой истории была правдой – та часть, где говорилось о группах наблюдения. Другую часть, с некоторыми неприятными деталями своего столкновения с полицией, Рэнди опустил.

Приехав в Ньюпорт на встречу с бывшими одноклассниками, он остановился у родителей, а по возвращении в Портленд временно – пока не встал на ноги в финансовом отношении – поселился у сестры.

Работа в «Тектроникс» оплачивалась хорошо и приносила ему шестьсот долларов в месяц, не считая платы за сверхурочные. Рэнди получил возможность взять ссуду в кредитном союзе компании, чем не преминул воспользоваться.

По выходе из тюрьмы Рэнди был приписан к офису по УДО округа Клакамас. Его надзорным офицером стала Джуди Пуллиам. Он снова попал в зависимость от женщины, должен был отчитываться перед ней и получать ее одобрение, чтобы оставаться на свободе. Тем не менее Рэнди получил хороший шанс, и все, что от него требовалось, – это выполнять правила условно-досрочного освобождения.

Шеф Пуллиам, Терри Гассауэй, признает, что поначалу Рэнди регулярно отчитывался перед своим надзорным офицером.

– Он вообще к властям был настроен враждебно. Конечно, приходил и отчитывался, но при этом изображал из себя этакого мачо. Очевидно, был когда-то футболистом и считал себя настоящим мужиком.

Уследить за Рэнди было трудно из-за его частых переездов с места на место. Указания и советы со стороны – будь то сотрудники коррекционного центра округа Клакамас или его семья – он не принимал, но и серьезных нарушений правил УДО не допускал. Никаких происшествий, которые выдавали бы его неприязнь к женщинам, между Рэнди и Джуди Пуллиам отмечено не было.

– Многие из этих парней относятся к своим надзорным враждебно, – отмечал Гассауэй, – но с его стороны ничего такого не наблюдалось.

У Рэнди было много подружек; его редко видели дважды с одной и той же женщиной. Вскоре в его маленькой черной книжечке было 255 имен и телефонных номеров – и все, кроме нескольких, женские.

По прошествии некоторого времени Рэнди бросил работу в «Тектроникс» и стал барменом. Теперь перед ним открылся целый мир женщин. Он был хорош собой, отзывчив, любезен с девушками и не требовал удостоверения личности у тех, кто не дотягивал до нужного возраста, а таких бывало немало.

Он так спешил компенсировать упущенное за четыре года вынужденного безбрачия, что допустил несколько ошибок.

– Я облажался, – признавался позже Рэнди. – Слишком торопился и подхватил у кого-то герпес.

Трейси Коннорс впервые за много лет увидела Рэнди в сентябре 1980 года. Она была в больнице в Роли-Хиллз под Портлендом, позвонила Рэнди и попросила его приехать навестить ее.

– Он приехал в больницу четвертого или пятого сентября и принес мне котенка. Он был все тем же, прежним стариной Рэнди – по крайней мере, казался таким же. Он работал в баре рядом с больницей и выглядел вполне счастливым. Сказал, что хочет стать менеджером. Ездил на золотистом «Фольксвагене» своей матери.

Как всегда, Рэнди проявил искренний интерес к ее жизни и рассказал о своей. Признался, что живет с семнадцатилетней девушкой по имени Люси и что Люси работает официанткой в коктейль-баре, пользуясь удостоверением личности, где указано, что ей двадцать один год. Он также объяснил основные правила своих отношений с Люси.

– Я люблю ее, а она любит меня, и мы не спим ни с кем другим, но у каждого есть свои друзья. Единственное, что меня беспокоит, – это то, что когда я прихожу домой с работы и хочу лечь спать, к Люси приходят ее друзья-парни и они веселятся в гостиной.

Трейси увидела Рэнди Вудфилда еще раз, 7 сентября 1980 года, когда пришла в бар, где он работал. Они поговорили полчаса, а потом она поднялась и собралась уходить.

– Я сказала ему, что доберусь домой автостопом, Рэнди очень расстроился и предложил оплатить для меня такси. Сказал, что я просто не знаю, каких людей за рулем можно встретить, и спросил, что я буду делать, если попаду на какого-нибудь психа. В конце концов я поехала домой на автобусе, чтобы он не волновался.

Двадцать второго января 1981 года Бет Уилмот еще оставалась в больнице, залечивая раны и оправляясь от шока после нападения, которое унесло жизнь ее лучшей подруги. Она все еще находилась под охраной. До позднего вечера 18 января жизнь Бет была богата событиями. Она родилась 30 мая 1960 года в Калифорнии и там же пошла в начальную школу в Кастровилле. Среднюю школу Бет закончила уже в Салинасе. К короткому резюме, которое она отправила по трем адресам в Салеме, прилагался список с перечнем ее предыдущих мест работы. К своим двадцати годам Бет побывала кассиром в ресторане «Гигантский артишок» в Кастровилле, а также хостес и официанткой в ресторане «Яблоня» в Спокане. Кроме того, за спиной у нее был семестр изучения машинописи и два года домоводства. О себе она написала следующее: рост – 165 сантиметров, вес – 52 килограмма, вождению автомобиля не обучалась.

После смерти Шери Халл девушка осталась в Салеме практически одна, и Дэйв Коминек и его жена Гейл взяли ее под свою опеку, дав понять, что в Салеме есть люди, которые заботятся о ней.

Едва поправившись, Бет получила еще один удар. Врачи в больнице «Мемориал» обнаружили, что она заразилась герпесом. Убийца-насильник «наградил» ее заболеванием, от которого нельзя вылечиться.

Между тем Дэйв Коминек разослал первый информационный бюллетень по розыску убийцы. Используя идентификационный комплект, техники-криминалисты составили первый композитный портрет подозреваемого. Позже выяснилось, что он невероятно похож на настоящего убийцу. С листа бумаги на зрителя смотрят холодные глаза на довольно симпатичном усатом лице. Волосы скрыты капюшоном.

Когда вышел этот первый бюллетень, Дэйв Коминек никак не ожидал последовавшего за ним шквала звонков. Десятки отделов работали над нераскрытыми делами о нападениях на молодых женщин. На тот момент никаких связей еще не просматривались, но когда детали головоломки наконец сложатся воедино, сотня детективов поймет, что все они ищут одного и того же человека. В те же первые дни февраля 1981 года они искали призрака, который, казалось, бродил туда-сюда по автостраде I-5.