К счастью для семьи жертвы, апелляция была отклонена.
К декабрю 1974 года у Джерри Брудоса сложилась новая теория насчет причин его преступлений – отчасти под влиянием психолога, которого он посещал в тюрьме.
Брудос всегда избегал ответственности за совершенные им убийства; теперь же у него появилось для них объяснение. Психолог предположил, что Брудос страдал от гипогликемии. Иными словами, у него мог падать сахар крови, а этим состоянием объясняют – справедливо или нет, – многие физические и эмоциональные проблемы.
Не все тюремные психологи, однако, соглашались с диагнозом гипогликемии. В медицинском заключении от 11 декабря 1972 года один из докторов писал про Брудоса:
Я вижу в мистере Брудосе параноидную личность, но без каких-либо симптомов расстройства мышления или психотических процессов. Он способен адаптировать свое поведение к условиям среды и функционирует эффективно и без затруднений. Он достаточно умен, а в сочетании с паранойей у него имеются проблемы контроля. У него сложились в ходе терапии отличные отношения с доктором Б., но в результате этого доктор Б. начал приписывать его проблемы физическому заболеванию – гипогликемии. Благодаря этому мистер Брудос пытается избежать ответственности за свои преступления.
С учетом текущего психического статуса мистера Брудоса я считаю его потенциально опасным для общества в случае выхода на свободу. Так будет продолжаться и дальше, если он не пройдет интенсивную и длительную психотерапию – личную, а не групповую, – что в настоящий момент невозможно ввиду отсутствия достаточного количества обученного персонала. Я убедительно рекомендую никак не менять условий отбытия наказания мистером Брудосом.
Брудос не собирался отказываться от своего диагноза, считая гипогликемию билетом на волю и отмщением несправедливому обществу. На слушаниях в октябре 1976-го он изложил свою теорию суду. Он «уволил» целую череду адвокатов, назначенных судом, и его новый защитник обратился к широко известному тогда доктору Лэндону Смиту, «Детскому доктору» из популярной телепередачи, с просьбой оценить состояние Джерри Брудоса.
Смит, опытный педиатр, был человеком не только широко образованным, но и с прекрасным чувством юмора. К вящему изумлению тех, кто смотрел его по телевизору, у него оказался большой опыт в работе с заключенными и солдатами в качестве психиатра в конце сороковых годов. Он тоже продвигал теорию о том, что плохое питание часто способствует антисоциальному поведению.
1 ноября 1976 года Смит писал:
…склонность к насилию, головные боли, сонливость, аллергии, гиперактивность, иррациональное и даже психотическое поведение могут быть спровоцированы низким сахаром крови; думающая часть мозга просто не может рационально реагировать на среду, будучи лишена энергии.
Нет никаких сомнений, что в 1973 году у мистера Брудоса была гипогликемия. Точно так же можно предположить, что она была у него и в июне 1969-го. Склонность к развитию гипогликемии возникает у людей, когда их диета богата углеводами. Я прекрасно знаю об обилии углеводов в тюремном питании.
Я уверен, что его гипогликемия была спровоцирована питанием, которое он начал получать в тюрьме в июне 1969-го.
Так что теперь Джерри Брудос валил все свои преступления, – а также признания в них, сделанные в июне 1969-го, – на питание с избытком углеводов и сахара!
Апелляционный суд скептически отнесся к его «теории шоколадных батончиков и картофельного пюре». Джерри Брудос остался в тюрьме.
Вообще 1976 год выдался для Брудоса неудачным. Дарси добилась судебного предписания, запрещающего ее детям навещать отца в тюрьме. Она сама отказывалась даже с ним переписываться. Дарси по-прежнему его боялась, а еще опасалась за психологическое благополучие сына и дочери.
После очередного судебного заседания Джерри лишился возможности звонить по телефону. Женщина, работавшая в офисе начальника тюрьмы, заявила, что Брудос звонил ей и говорил, «что она милашка», требуя подойти к окну, чтобы он лучше ее видел. Когда ее слова подтвердились, доступ к телефону ему был закрыт.
Джерри одновременно и злился, и боялся. Ему постоянно казалось, что за ним следят, что его преследует кто-то прямо в тюрьме. Другие заключенные так и не смягчились к нему. Он набрал вес, который изначально сбросил, но ощущал вокруг себя сплошную ненависть. Он жаловался:
– Иногда кажется, что вся тюрьма только и думает меня прикончить.
Но уж точно не тюремный персонал. Какие бы чувства эти люди ни испытывали к Брудосу, их главной задачей было не выпустить его на свободу. Сами заключенные? Ну, это их личное дело.
В последний раз его заявление в Верховный суд штата Орегон было принято 25 мая 1977 года. К 1977-му другие серийные убийцы сменили Брудоса в заголовках газет. Тед Банди, убивавший девушек в Вашингтоне, Орегоне, Юте и Колорадо, находился в штате Юта в тюрьме. В той же тюрьме был расстрелян Гэри Гилмор, но лишь после того, как завоевал такую славу, что статьями, посвященными ему, можно было оцепить земной экватор. В Калифорнии гремел Хуан Корона. Преступления стали главной новостью, и в телешоу шли бурные дискуссии об эффективности смертной казни.
Джерри Брудос основывал свою последнюю апелляцию на довольно причудливой теории. Поскольку его предполагаемые преступления были столь ужасными и поскольку его собственные адвокаты сравнивали его убийства с убийствами Джека-потрошителя и Душителя из Бостона, он настаивал на том, что в прессе его слишком часто упоминают в связи с нынешними серийными преступниками. Его паранойя росла и ширилась. Если раньше ему казалось, что против него злоумышляют персонал тюрьмы и другие заключенные, то теперь это был весь штат Орегон. Брудос настаивал, что его жизнь в опасности. И тут же опровергал собственное утверждение, заявляя: «Экстраординарные меры безопасности, предпринимаемые для моей защиты в тюрьме, не позволяют суду объективно относиться к моим апелляциям…»
Он снова вспоминал про гипогликемию, якобы помутившую его рассудок в 1969-м, когда он сделал признания.
И снова Брудосу отказали в пересмотре дела.
Мир тем временем продолжал существовать без него. Его мать, Эйлин Брудос, которую он так ненавидел, скончалась в 1971-м. Дарси Брудос получила новое имя и новую жизнь. Спринкеры, Сейли, Слоусон и Уитни кое-как собирали осколки старой. Лейтенант Джин Доэрти был повышен до заместителя начальника полиции штата Орегон, а в 1980 году вышел на пенсию. Джим Стовал возглавил патрульную службу департамента полиции Салема. Ужас, пережитый штатом, с течением времени потерял остроту, но не был забыт.
Послесловие
1 марта 1988 года
Выйдет ли Джером Генри Брудос когда-нибудь из тюрьмы? Казалось бы, не должен. Однако если посмотреть на общее число осужденных на пожизненный срок, которые были освобождены после десяти, или двенадцати, или четырнадцати лет, их число вызывает опасения. В большинстве штатов Америки пожизненный приговор означает примерно десять – четырнадцать лет. «Хорошее поведение» обычно сокращает срок на треть. В Орегоне осужденный за убийство технически может подавать прошение об условно-досрочном освобождении спустя полгода. Хотя так скоро еще никого не выпускали, большинство осужденных убийц в штате Орегон возвращаются на свободу в течение десяти лет.
Один мужчина из Портленда, приговоренный к пожизненному заключению за убийство и расчленение женщины, отсидел чуть больше двенадцати лет в тюрьме штата Орегон в Салеме. Во время своего «пожизненного» заключения он выучился на водопроводчика. Он был образцовым заключенным – как большинство садистических психопатов. Через месяц после освобождения он совершил точно такое же преступление с тем же М.О. («модус операнди»). Его арестовали за убийство и расчленение женщины, с которой он познакомился в баре, хотя детективы считали, что в действительности на его счету три жертвы, а не одна.
