Тем временем опасная перспектива занятия трона лидером протестантов совершенно не входила в планы Гизов. Лига получила финансовую и военную помощь от Филиппа II, а также и моральную — от папы Сикста V, который проклял Генриха Бурбона. В 1585 году вспыхнула очередная война, названная войной трёх Генрихов (короля, Бурбона и Гиза). Генрих Наваррский одерживал уверенные победы. Его поддерживала английская королева Елизавета и немецкие протестанты. Король Генрих III всеми силами пытался прекратить войну, но осуществить это было очень трудно…

12 мая 1588 года Париж взбунтовался против короля, который вынужден был в спешном порядке покинуть столицу и перенести свою резиденцию в Блуа. В Париж торжественно вступил Генрих Гиз. Лотарингский герцог уже ощущал себя королём. Да, собственно, он и находился в двух шагах от престола. Его восторженно приветствовали жители столицы. Всё чаще в обращении к герцогу звучало «Сир». Несколько месяцев, проведённые в Париже, стали самыми счастливыми в жизни Генриха Гиза. В этой ситуации Генриха III могли спасти лишь самые решительные меры. Король созвал Генеральные Штаты, на которые прибыл и его противник. 23 декабря 1588 года Генрих Гиз отправился на заседание Штатов. Неожиданно на его пути оказались гвардейцы короля, которые сначала несколькими кинжальными ударами убили Гиза, а затем уничтожили и всю охрану герцога.

На следующий день по приказу короля был также схвачен, а затем и убит брат Генриха Гиза — Людовик, кардинал Лотарингский. Теперь король сжёг все мосты — обратного пути у него уже не было. Большинство католиков отвернулось от Генриха. А последний заключил союз с недавним своим врагом — Генрихом Бурбоном. Узнав об этом, папа Сикст V проклял также и короля. Тем временем, общими силами оба Генриха осадили Париж.

Убийство братьев Гизов всколыхнуло умы многих католиков. Среди них был и 22-летний монах-доминиканец Жак Клеман. Жак был ярым католиком и врагом гугенотов. После проклятия папы (которое на него особенно подействовало) Клеман принял твёрдое решение убить короля Генриха III. Его замысел получил одобрение некоторых руководителей Лиги. Монаха снабдили частично подлинными, частично фальшивыми письмами от заключенных роялистов, адресованными королю. А затем, 31 июля, он покинул Париж и отправился в Сен-Клу — имение герцога Реца, где король обосновался на время осады столицы. Попросив аудиенцию, он был принят королём на следующий день. Жак передал ему бумаги, сообщив, что в них содержатся важные сведения, предназначенные исключительно для прочтения лично королём. При этих словах охрана отступила от Генриха на несколько шагов…

Король углубился в чтение. Неожиданно Клеман выхватил из-за пазухи стилет, бросился к королю и вонзил стилет ему в подбрюшье. Всё произошло настолько внезапно, что гвардейцы не успели даже понять, в чём дело. Генрих зашатался и вдруг начал оседать с криком: «Он убил меня, подлый монах! Убейте его!». Король сумел вытащить стилет и даже нанести им растерявшемуся от содеянного Жаку удар в голову в район брови. Монах попытался выскочить из зала, но не смог. Здесь же, на месте, он был заколот королевскими телохранителями Сент-Малином и Пенкорнэ и выброшен в окно (позднее его тело четвертовали и сожгли)

…Короля сразу же положили на кровать. Вызванные врачи вложили его вывалившиеся внутренности обратно и зашили. Вскоре наступило некоторое улучшение, и Генрих воспрянул духом. Но уже через несколько часов он почувствовал приближение смерти. В присутствии свидетелей он объявил Генриха Бурбона своим преемником. Ночью Генрих III попросился на последнюю исповедь. Король простил всех своих врагов, включая Жака Клемана. В три часа ночи король Франции Генрих III Валуа скончался. Его тело забальзамировали и похоронили в Компьене, в аббатстве Сен-Корнилль. Урна с сердцем короля была захоронена в главном алтаре собора Сен-Клод. После окончания войны Генрих III так и остался в Компьене. Новый король Генрих IV не стал переносить тело своего предшественника в усыпальницу французских королей — базилику Сен-Дени, поскольку ему напророчили, что он там сам ляжет через неделю после Генриха III. Лишь в 1610 году останки Генриха III всё-таки перенесли в Сен-Дени. А через несколько недель Генрих IV погиб от руки другого убийцы — Франсуа Равальяка.

Mentre che la gran dota provenzale

al sangue mio non tolse la vergogna,

poco valea, ma pur non facea male. [63]

Lì cominciò con forza e con menzogna

la sua rapina; e poscia, per ammenda,

Pontì e Normandia prese e Guascogna. [66]

Пока мой род в прованском пышном вене

Не схоронил стыда, он мог сойти

Ничтожным, но безвредным тем не мене. [63]

А тут он начал хитрости плести

И грабить; и забрал, во искупленье,

Нормандию, Гасконью и Понти. [66]

Пока Генрих IV не женился на Марии Медичи (не схоронил стыда в вене), он был ничтожным, но безвредным. Только родив наследника, он смог приступить к собиранию Франции. Данте перечисляет далеко не все его приобретения.

Из академической статьи:

Мария Медичи (26 апреля 1575 года (15750426), Флоренция—3 июля 1642 года, Кёльн) — королева Франции, дочь великого герцога Франческо I Тосканского и Иоанны Австрийской.

Своим дядей Фердинандом Медичи, герцогом Тосканским, рано осиротевшая Мария в 1600 году выдана замуж за Генриха IV Французского, который развелся с бесплодной Маргаритой Наваррской. Мария обладала красотой, но отвратила от себя супруга слишком властным характером и постоянными, хотя и вполне заслуженными, сценами ревности. Особенно ненавистно было Генриху IV влияние на неё её прислужницы Леоноры Галлигаи и мужа последней, Кончини.

Когда Генрих в 1610 году хотел отправиться с войском в Германию для поддержки протестантов, она уговорила его короновать её в Сен-Дени. На следующий день, 14 мая, король был убит Равальяком. Подозрение, что Мария была соучастницей этого заговора, так и не было с неё снято.

Она приняла регентство за несовершеннолетнего своего сына, Людовика XIII, при затруднительных обстоятельствах. Высшая аристократия была ею недовольна, и Мария стала опираться на клерикальную и испанскую партию. Главными её советниками сделались испанский и римский посланники, а также Кончини, которого она в 1614 году пожаловала в маркизы д’Анкр. Принцы крови и знать неоднократно поднимали восстания, подавлять которые Марии удавалось лишь ценой больших усилий и жертв.

После провозглашения молодого короля совершеннолетним в 1614 году, Мария смогла удерживать в своих руках бразды правления, пока Людовик, подстрекаемый своим любимцем Альбером де Люинь, не велел убить Кончини (1617 год) и удалить мать в Блуа, что было осуществлено.

В феврале 1619 года Мария бежала в Ангулем, помирилась с сыном и после смерти Люиня (1621 год) вернулась в Париж, где снова встала во главе государственного совета. Чтобы упрочить своё влияние, она предоставила своему приближённому, кардиналу Ришелье, место в министерстве, но вскоре была им отстранена от дел. Напрасно она приводила в движение все рычаги, чтобы удалить ненавистного министра от двора; в так называемый «день обманутых» (11 ноября 1630 года) она окончательно должна была признать себя побежденной своим противником и в июле 1631 года бежала в Брюссель. Удаленная оттуда по требованию Ришелье (1638 год), она переселилась в Англию, потом в Кельн, где и умерла в одиночестве и бедности в доме Рубенса в Цветочном переулке.