– Что происходит?

– Тебя освобождают. – Симонов перешел на шепот: – Распоряжением сверху. Пойдем!

– А как же побег? – Князева не верила своему счастью.

– Сделают вид, что его не было. Правда, и тебе придется на кое-что закрыть глаза. – Денис взглядом указал на искалеченный мизинец и синяки на запястьях.

– По рукам. – Яна улыбнулась и хромой походкой выбралась из своей темницы.

У входа в режимный объект толкался знакомый здоровяк – Лёва, правая рука Кристины. Ее охранник, помощник, водитель и личный похититель людей. Остановившись на безопасном от него расстоянии, Яна вопросительно взглянула и подбоченилась.

– Яна Дмитриевна, вам не составит труда кое-куда проехать со мной?

– Держи карман шире, – усмехнулась она, но тут же ощутила прикосновение Дениса на своем плече.

– Все в порядке. Он не обидит.

В полном замешательстве Князева села в машину, на то же самое место, где ехала со связанными руками, но теперь в ином статусе. Не добычи, а ценного трофея. Бугай отвез ее в больницу и провел через все коридоры до особо охраняемой частной палаты, в которой находился Савва. Там Яна увидела сгорбленную неряшливую женщину. Узнать в ней Кристину Елецкую было почти невозможно. От эффектной шатенки не осталось и следа… Так, лишь бледная тень, что, казалось, вот-вот исчезнет.

– Ты пыталась. Спасибо, – отрывисто произнесла Елецкая.

– Он все-таки добрался до Олега? – Князева искренне сопереживала той, кого ненавидела большую часть жизни.

– Да. А теперь я хочу, чтобы ты поймала его. Задействуй для этого любые ресурсы. Люди, деньги, вертолеты… Все, что понадобится. С Руденко я обо всем договорилась.

– Кристина Анатольевна, вы же понимаете, что в таком случае история Кости Гордеева непременно всплывет и вы потеряете все, чем дорожите…

– Я уже. Нестрашно, – отмахнулась резко состарившаяся госпожа мэр. – Справедливость должна восторжествовать. Это все, что имеет значение.

– Мои соболезнования. – Яна, неожиданно для самой себя, нежно обняла Кристину и не встретила сопротивления.

– Спасибо. – Елецкая выдыхала последние силы. – Я на тебя очень надеюсь. Весь город надеется.

– Здоровья Савве. – Князева уже шагала к выходу. – Крепитесь, все наладится, – бросила она, исчезая за поворотом.

* * *

Новый день ознаменовался важным событием. В отдел по повестке доставили главного подозреваемого и его возможную подельницу. Максим и Оксана не выглядели испуганными. Они уверенно зашли в кабинет, где их дожидалась капитанская парочка.

– Чаю? – предложила Яна.

– Давайте сразу к делу, – жестом отказался Максим. – В чем нас обвиняют?

– Пока ни в чем, – вмешался Денис. – Просто хотим…

– Задать пару вопросов. – Явно раздраженный, Лукин еле сдерживался.

– Итак, ваша стычка с Иртеньевым. В чем была причина? – перехватила инициативу Князева.

– История яйца выеденного не стоит. Встретились в пивной, разговорились. Когда я понял, что это тот самый мужик, который Костика прошляпил, схватил его за грудки, думал потащить к Оксане, чтобы извинился… А он меня послал. В сад, так сказать. Ну и получил по морде. Несчастных три удара! И вообще, сто лет прошло. Чего это вы опомнились?

– Суть в другом, Максим. Все куда серьезнее, – без лишнего пафоса произнесла Яна. – Мы расследуем серию убийств, а вы основной подозреваемый. Если дело будет запущено, первое, что произойдет, – вас ограничат в родительских правах, а детей заберут в приют. Вы же не хотите для них такой судьбы?

Оксана заплакала, а Максим помотал головой.

– Тогда давайте начнем заново, – подхватил Денис. – Где вы повстречали Иртеньева и как все было на самом деле?

Лукин взглянул на супругу, а та лишь кивнула в ответ, словно благословляя его на честный разговор.

– Ладно. Говорю как есть. Иртеньев сам к нам заявился. И рассказал, как погиб Костик. Говорил, что вина заела, что видит его, когда на собственного сына смотрит, и что больше так не может.

– Значит, вы с Оксаной узнали, кто виновен в смерти Кости, и решили мстить? – с надеждой спросил Денис.

– Нет. При всей моей любви к Оксане я не знал мальца. Конечно, меня разрывало изнутри от того, как плакала супруга, когда открылась правда, но, чтобы выпустить пар, хватило пары размашистых пощечин. Больше я никого не трогал, клянусь.

– Да и потом, – неожиданно заговорила Оксана. – Мы ведь все знаем, кто в этом замешан. У Елецкой руки длинные, а у нас трое детей. Мы не только о себе думаем.

– Насколько нам стало понятно, это был несчастный случай, который Иртеньев, Елецкая и Лихачева скрыли. Омерзительный поступок, но не причина убивать. Я человек служивый, был в горячих точках. Знаю, что такое смерть и как дорого она обходится убийце, – голос Максима охрип. – Поэтому вам придется искать новых подозреваемых, ребят.

Яна с Денисом переглянулись. В ход пошла финальная проверка. На стол перед Лукиным опустился лист бумаги с датами, в которые происходили убийства. Главный интерес – ночь, когда случилось зверство в доме Васильевых.

– Вы помните, где были тогда? – Симонов напряженно следил за лицом Максима, стараясь уловить даже малейшее сомнение.

– Конечно. С женой в Турции.

– Отдыхали в городе Кемере, – закивала Оксана, листая фотографии в телефоне. – Вот, смотрите.

– Кто-то сможет подтвердить эту информацию? – Яна сделала пометку в своем блокноте.

– Штампы. Лучшие свидетели, – ухмыльнулся Максим. – Говорю вам, это ложный след. Ищите человека из государственных служб. Скорее всего, это бывший мент. Другой бы просто не справился.

Князева удивленно хмыкнула, но спорить не стала. Она кивнула Денису и сообщила бывшим подозреваемым, что они свободны. Максим и Оксана ушли с чистой совестью, но оставили при этом следствие в полном недоумении.

– Что, если у них есть подельники? – закуривая, предположил Денис.

– Не думаю, – махнула рукой Яна. – Взгляни на них. Какие это убийцы? Простые деревенщины. Убить они могут только курицу на ужин. Нам с тобой, похоже, слишком сильно хотелось найти виновного.

– Кажется, я с ума скоро сойду. – Симонов неслабо приложился головой об стол.

– Эта версия вообще не терпит критики, если уж так посудить. Мужчина на видео… Тот, который вышел из машины Олега, – высокий, но тощий, как вчерашний студент. А Максим в проем дверной бочком проходит. Зря мы их вообще позвали.

– Следствие обязано проверять догадки, даже если они совсем не похожи на правду.

– Знаю-знаю, – вздохнула Яна. – Пойду поем.

– Только сильно не наедайся, – внезапно оживился Денис. – Мы с Ритой ждем тебя сегодня на ужин. Приходи обязательно. И захватывай своего Ромео! Будет двойное свидание.

Князева замерла на пороге в растерянности.

– С каких пор вы дружите?

– С тех самых, когда он тут турникеты ломал, пытаясь ко мне в кабинет прорваться. Все искал пути тебя защитить… Хороший все-таки парень.

– И мне так кажется. – Князева с трудом сдержала улыбку, покидая кабинет Дениса.

* * *

Решение вновь посетить дом Симоновых далось нелегко. Целый вечер Князева торговалась сама с собой, поочередно склоняясь то в одну, то в другую сторону. Конечно, Рита навсегда останется одним из ключевых персонажей личной истории Яны, но тот разговор в коридоре больницы тоже невозможно исключить из памяти. Грустно, ведь именно тогда Рита была предельно честна. И в своей грусти, и в своей злости, и особенно в просьбах. Оставить их в покое и больше никогда не появляться… Да, именно этого хотела будущая мать от лучшей подруги детства. Так что же поменялось? Если отбросить в сторону сантименты – ничего. Совершенно ничего.

Однако Яна пошла. В этом решении не было надежды вернуть все как было или хоть сколько-нибудь сблизиться. Скорее, так проявлялась забота и ответственность Князевой. Она и впрямь нехило потревожила тихую семейную жизнь этой пары. Демонстративно отказываться от приглашения на ужин и оставлять горькое послевкусие навсегда – детский эгоистичный выбор, от которого никому не станет лучше. Ну чего стоит высидеть пару часов за столом, а потом ретироваться под благовидным предлогом? Как говорится, и волки сыты, и овцы целы.