– Вальд, что там купцы?

Из-за спины вышел его друг, доверенное лицо, человек, которому он доверял даже больше, чем себе.

– Прибыли. Я там поспрашивал их…

Лат больше всего ценил в приятеле умение видеть слабости врагов. Если бы не он, с объединением племён пришлось бы повозиться намного дольше… Хотя себе-то врать не стоит, скорее, совсем не получилось бы. Умению Вальда собирать информацию и плести интриги позавидовали бы и имперцы.

– Как я понимаю, план похода уже готов? Вальд, нам необходим этот поход, и главное, удачный. Племена я объединил под своей рукой, но если не дать им общую цель… Чтобы укрепиться, мне нужна победа!

К счастью или к сожалению, прекрасно умея собирать и использовать информацию, плетя интриги, Вальд совершенно не умел ставить дальние цели. Прекрасный исполнитель, он нуждался в ком-то, кто сумел бы дать ему цель, а уж с тактикой он разбирался великолепно. Всегда второй… Но это положение Вальда устраивало полностью. Он и сам понимал свою слабость. Он не умел зажечь толпу воинов, как это делал Лат, повести их за собой, указать для всех общую цель. Зато мог выступить поддержкой.

– Ну, ты же всегда держишь слово, Лат, – хмыкнул друг. – Помнится, ты обещал одной королеве поход на герцогство. Пришла пора сдержать слово.

Девочка с длинными тёмными волосами сидела на огромном стуле, явно не для неё по размеру, даже ноги до пола не доставали, и задумчиво изучала стену напротив.

– Ну как? Вот как он умудрился это сделать? – в который раз вопрошала она непонятно кого. – Как можно умудриться подхватить простуду в такую жару?

– Весна, – меланхолично отозвалась старшая девушка, сидевшая у стены в небольшом кресле. Она задумчиво изучала листок бумаги, лежащий перед ней на столе, выводя кончиком пера на щеке какой-то замысловатый узор.

Младшая девочка с недоумением посмотрела в её сторону.

– При чём тут весна, Лария? Ты вообще выходила из замка? Жарища же. Говорят, самая жаркая весна за десять лет.

– Вот именно. – Лария даже не посмотрела в сторону младшей сестры.

– А можно не для таких умных, как ты, пояснить вашу глубокую мысль? – не дождавшись пояснения, не удержалась от сарказма девочка.

Лария вздохнула, отложила перо.

– Весна. Жарко. Вода холодная. Прогреться не успела.

– А… о… Стой, Ларс что, купаться попёрся?

– Элайна, манеры!

– Ах, простите, как я могла такое сказать, прошу простить меня, ваша светлость. Я хотела спросить, надо ли ваши слова понимать так, что наш дорогой братик соизволил искупаться в речке, что протекает мимо нашего замка?

От двери раздался смех, и девушки разом повернулись в ту сторону. В комнату как раз вошли солидный мужчина лет сорока и юноша лет семнадцати. Смеялся именно он.

– Узнаю сестрёнку, – кивнул он девушкам. – Сначала скажет, потом думает. Между прочим, если Лария тебе рот с мылом начнёт полоскать, то даже не думай бежать ко мне за защитой.

Младшая девчонка надулась и сложила руки на груди, сразу став похожей на нахохлившегося и надувшегося бурундука, что вызвало прилив умиления у старшего брата. Поймав этот полный явно чрезмерного обожания взгляд брата, девочка совсем надулась и обиделась.

– Ну вас, злые вы.

– Но в чём-то Элайна права, – невозмутимо продолжил вошедший, обращаясь уже к старшей сестре. – Ларс точно учудил. С приятелями поспорил, что переплывёт реку два раза. Спор он выиграл, но не учёл, что вода ещё не успела прогреться. Но не переживайте, всё с ним будет хорошо.

– Боже, и этому парню четырнадцать лет! – явно ёрничая, воскликнула Элайна, протянув руки к небесам. – Он же почти уже взрослый! Папа, он явно сумел доказать это, считаю, что можно пойти ему навстречу и доверить какое-нибудь дело. Обязательно важное.

Мужчина, к которому обратилась девочка, в ответ рассмеялся.

– Сказала та, кто перекрасила кошку в оранжево-чёрные полоски, чтобы сделать её похожей на тигра.

– А я, в отличие от Ларса, никогда не говорила, что уже взрослая и что мне можно доверить какое-то важное дело. – Девочка показала язык.

– Элайна, – с нотками безнадёжности в голосе протянула Лария. – Папа, что-то серьёзное?

– Всё нормально. Но придётся ему теперь дней десять лежать… Да уж… Как же всё не вовремя… А ведь почти убедил меня доверить ему…

– Ой, бара-а-ан, – протянула Элайна, быстро сообразив, чего лишился старший брат.

Знала, что отца срочно зачем-то вызвал в столицу регент, причём не одного, а с наследником. Но тут ещё одна проблема, каждую весну или отец, или Турий с того дня, как ему исполнилось пятнадцать, отправлялись в поездку по герцогству. Себя показать, налоги собрать, герцогский суд учинить, ну и проверить, как вассалы поживают.

А ещё она недавно подслушала разговор отца с Турием, тот говорил, что отменять поездку по герцогству нельзя, а возглавлял её всегда кто-то из герцогской семьи. И вот он советовался с наследником, можно ли доверить это дело Ларсу или рано.

– Тебе пятнадцать всё-таки было в первую поездку…

– А Ларсу – четырнадцать. Пап, да ладно тебе, ты же сам понимаешь, что ему и делать ничего не придётся. Там с ним поедут те, кто и будет дело делать. А поставить подпись с печатью и моя лошадь сумеет. Я помню свою первую поездку.

К сожалению, Элайна тогда не сумела услышать весь разговор, её чуть не засекли, пришлось совершать стратегическое отступление.

– Ларс баран, – подтвердила свой вывод Элайна.

– Сестрёнка, ты бы поосторожнее с выводами, – по-прежнему оставаясь невозмутимой, заметила Лария. – Если Ларс баран, то получается, мы с тобой овцы… Родственники же.

Турий, глядя на растерянно хлопающую глазами младшую сестру, рассмеялся.

– Никогда не спорь с Ларией, малявка. Помнится, даже мне ни разу не удалось её переспорить.

– Даже? – удивилась Лария.

– Я не в физиологическом смысле, а в интеллектуальном, – буркнула Элайна. Сравнение с овцой ей не понравилось.

– Господи, Элайна, где ты таких слов понабралась? – вздохнул Турий.

– Книжки умные читаю. Не только любовные романы, – Элайна не удержалась от шпильки в сторону сестры. – Ай…

Со стороны Ларии вдруг прилетела большая подушка с кресла и смела Элайну со стула. Девочка, явно показушно, рухнула на пол, изобразила, как борется с огромной тяжестью, навалившейся на неё, не справилась и прикинулась раздавленной жабой. Даже язык высунула набок для достоверности.

– Платье поправь, – невозмутимо заметила Лария. – Панталоны всем видны.

До Элайны не сразу дошёл смысл фразы. От удивления забыла, что «раздавлена» жестокой старшей сестрой, и моргнула. Потом до неё дошло…

– А-а-а!!! – она испуганно откинула подушку в сторону и подскочила, лихорадочно оправляя платье. И только услышав смех старшего брата и отца, сообразила. Гневно развернулась к сестре. – Ты меня обманула! Ничего у меня не видно!

– Показалось, – пожала плечами Лария.

– Ах так… Ах так… – Элайна возмущённо запыхтела, но так и не сумела придумать, как сразить сестру. Тут её взгляд упал на листок на столе. – Никак письмо от твоего ненаглядного Ролана. Тоже ему пишешь? «Ах, милый Ролан, в этот утренний час, когда солнечный луч касается подушки, он напоминает мне о вас…»

– Ты! – Лария вмиг утратила спокойствие и вскочила. – Ты читала мои письма?!

Элайна замерла, удивлённо захлопала глазами. Потом до неё дошёл смысл восклицания сестры, и её губы сами собой расплылись в предвкушающей улыбке.

– Что? Я что, угадала? Ты серьёзно так пишешь? Ты переписала письмо Брунгильды Туниру из «Песни героев», просто поменяв имена? А-я-я-й, кто бы мог подумать, что наша леди безупречность занимается плагиатом. Что подумает высший свет, когда я об этом случайно, конечно же, проболтаюсь.

– Ты-ты… – Лария покраснела, непонятно, от гнева или смущения. – И вообще, откуда ты знаешь об этом письме, если, как ты говоришь, подобные романы читают только блондинистые дуры или просто дуры? Ты не блондинка. Дура?