– Я готов.

– Тогда приступаем, – распорядился магистр Лаур и занял своё место чуть в стороне. – Начали!

Мрачная Виала сидела перед зеркалом в своём будуаре, пока служанка приводила её причёску в порядок. Только недавно она перечитала отчёт придворного врача о состоянии мужа и никак не могла решить, радоваться ей или прийти в ужас. По многим вопросам, какой должна быть страна, у неё были прямо противоположные взгляды с мужем. Там, где он предпочитал договариваться, она хотела просто вырезать всех врагов, чтобы остальные даже пикнуть не смели перед королевской властью. Только тогда будущее её сына будет надёжно обеспечено, когда никто даже подумать о выступлении против него не посмеет. К её сожалению, у королевы в этом вопросе не было никакого влияния. А муж просто отказывался слушать её предложения и делал по-своему. Мягкотелый тюфяк. Она готова была признать его ум, но вот нерешительность мужа сводила этот самый ум на нет. Что толку от него, если не решаешься сделать то, что должно?

И вот тут болезнь мужа… Сначала всё казалось пустяком, но с каждым месяцем болезнь прогрессировала, врачи разводили руками. Сначала они обещали излечение, потом хотели просто остановить болезнь, потом хотя бы замедлить. Но уже в последних отчётах явно просматривалась мысль, что нужно готовиться к худшему. Последний отчёт давал уже конкретный срок: в самом оптимистичном случае королю остался ещё год…

Вот сейчас Виала, королева Лакии, пыталась понять, как принять этоу новость. Как бы она ни относилась к мужу, но чувствовала себя защищённой. Она могла не соглашаться с королём, пыталась действовать за его спиной там, где считала, что он проявляет излишнюю мягкость, собирала вокруг себя единомышленников, пыталась поставить своих людей вокруг мужа. Но она никогда не интриговала против короля. Всё, что она делала, было исключительно ради укрепления королевской власти, то есть ради сына. Ну, так она считала. Из-за её действий порой и случались скандалы с мужем, который даже однажды пригрозил отправить её в монастырь, хотя оба знали, что угроза останется неисполненной.

И вот эта опора скоро должна была исчезнуть. Виала дурой не была, отнюдь. И она прекрасно понимала, что в одиночку ей не выжить, а то, что налетят разные гиены, тут даже гадать не надо. Вот где мягкотелость короля аукалась. Если бы он слушал её, то сейчас все сидели бы тихо, как мыши, и никто даже не осмелился бы угрожать её сыну. И хуже всех этот хитрый лис Стайрен Горзский, дружок её мужа и советник, которого совсем недавно он назначил канцлером, по сути, передав в его руки всю власть в королевстве.

Виала снова задумалась. Нет, как бы она к нему ни относилась, как бы ни ненавидела, но стоит признать, он по-собачьи верен династии Крат. Точнее, её мужу Эрдару, но там, где её муж, там и его сын. Нет, против наследника не пойдёт, а значит, хочешь не хочешь, но придётся договариваться. Если её муж назначил его канцлером, то наверняка он станет главой регентского совета, и как-то повлиять на это она не сможет. Остаётся постараться ввести туда как можно больше своих людей. И первое время придётся играть по правилам Стайрена, а вот дальше… Как ни верен он, но так же мягкотел, как и Эрдар. И так же, как и её муж, будет стараться со всеми договориться, будет уступать. А когда Кайл подрастёт, то вдруг окажется, что власти у него никакой и нет.

Нет, определённо с этим надо что-то делать.

Небольшой плюгавенький человек, подобострастно кланяясь, торопливо выдавал слова почтения. Самому было противно раскланиваться перед варварским вождём с длиннющими усами, свисающими с боков рта и доходящими примерно до середины шеи, с наголо бритой головой, который с высоты своего роста с отчётливым превосходством взирал на посланника. Глянул на вручённый ему свиток.

– Читай, посланник, – вернул он бумагу. Шкура волка, накинутая на плечи вождя, дёрнулась и едва не упала, но вождь вовремя ухватил её и поправил.

Посол мысленно скривился, конечно, что можно ждать от варвара, даже читать не умеет. Тем не менее, на лице улыбка даже не дрогнула.

– Как прикажете, могущественный, – польстил он вождю…

Уяснив послание, вождь похмыкал.

– Пять сотен экю, говоришь… Иди, думать будем.

Посланник скривился, мысленно, конечно, внешне он никак не позволил недовольству появиться на лице. Постоянно кланяясь, он удалился.

Вождь помолчал, глянул на сундук с подарками. Повернулся к другу.

– Что скажешь, Вальд? Они ещё нас варварами называют. Но мы не платим врагам, чтобы они нападали на нас.

Стоявший чуть в стороне, в отличие от вождя, не очень высокий мужчина лет тридцати на вид, с простым прямым мечом на поясе и в кольчуге, лишь пожал плечами.

– Мы и так собирались напасть на них, а если уж они платят за это…

Вождь криво хмыкнул.

– Вот потому вождь я, а не ты, Вальд. Ты не видишь дальше своего носа. Набег мы готовили не ради набега. Мне нужно было золото, чтобы нанять ещё войска и привести к покорности остальные племена. Но если мы получили золото просто так, то набег больше не нужен.

– Ты нарушишь своё слово? – удивился Вальд. Вроде раньше за другом его детских игр такого не водилось.

– Нарушу? – Вождь снова улыбнулся очень нехорошей улыбкой. – Ну нет. Мы с помощью этих денег совершим набег, но на своих условиях. Этот паяц считает себя самым хитрым и умным среди варваров. Что ж, не будем его разочаровывать. Пусть ещё поумничает. Я его попрошу помочь нанять ещё людей. Нельзя не отрицать пронырливости лакийцев. Пусть поработает.

– Значит, набег?

– Нет, Вальд. Не набег. Завоевание. Король Лат Первый!

– Ты хочешь завоевать Лакию? – изумился Вальд.

– Лакию? – Вождь поморщился. – Дойдёт и до него очередь. Нет, Вальд, пока нам это не по силам. Набег – да, но завоевание… Медведя надо есть по кусочкам, Вальд. А для начала… Для начала давно пора закончить междоусобицу. И деньги лакийцев мне помогут. И вот когда все племена гарлов окажутся здесь, – вождь крепко сжал кулак и продемонстрировал его другу, – вот тогда и начнётся настоящий набег. А пока пусть этот проныра думает, что сумел обмануть примитивных варваров. Их внутренняя вражда нам поможет. Мне поможет. Ты со мной, Вальд?

Вальд хмыкнул.

– Ты же знаешь. Если кто и сможет объединить гарлов, то только ты. И вот тогда вся ойкумена вздрогнет под ударами наших мечей.

Совсем иные мысли занимали посла Варийской империи в Лакии, который как раз сейчас плыл на корабле по Срединному морю, направляясь к месту своей новой службы. По иронии судьбы, у могущественной империи были примерно те же проблемы, что и у варварского королевства, в которое он и направлялся. Старый император, молодой наследник, которого совсем не интересовали дела управления империей и мечтающий о стезе учёного. Посол не мог сказать, насколько принц мог прославить империю научными открытиями, но одно понимал точно, если он не возьмётся за ум, то империю ждут очень тяжёлые времена. Племена арвов постепенно отвоёвывают у империи её восточные провинции, в Срединном море неожиданно появился соперник в торговле в лице Карской республики, чей флот всё чаще и успешнее бросал вызов имперским эскадрам. Казна опустошалась, при престарелом императоре началась борьба фракций за влияние. И в такой ситуации – император-учёный! Худшего сценария и представить невозможно. Бедная империя.

Посол вспомнил последний разговор с Верховным Советником, который состоялся перед самым отплытием, причём в присутствии императора. Поручение и особенно последние слова императора, сказанные уже в конце, при прощании:

– Я не буду спрашивать отчёта о твоих тратах, тебе будет подчинена вся резидентура в Лакии и соседних странах. Все твои запросы будут выполняться в первую очередь. Разрешаю даже прикарманивать выделяемые средства, тебе всё простится, если ты достигнешь успеха. Если нет… Впрочем, это будет уже неважно. Ты и сам прекрасно знаешь, как к тебе относится управляющий дворца Дарсий. И если ты не справишься, то, когда меня не станет, он получит власть, а ты окажешься зажаренным в медном быке. Твой единственный шанс – защита нового императора, который ты получишь в случае успеха.