— Ты сможешь возвести в нем еще одну восхитительную обитель, разумнейший вождь, — не удержалась от похвалы и Елрех. — Разве это плохо?

— И, если захочешь, я запросто выступлю посредником в вашей сделке, — предложение слетело с языка прежде, чем я его прикусила. На кой черт мне дополнительные выгоды от этого предприятия? Но с жадностью не справилась и заверила: — Даю голову на отсечение, что ты больше выиграешь, чем потеряешь!

Кхангатор думал. Глядел на меня, чесал висок желтым когтем и думал. Давай же, Кхангатор, соглашайся!

— Великий вождь, что ты потеряешь от этой попытки, кроме времени?

— Ус-силия. — Он сложил руки на столе. — Почему я должен тебя с-слуш-шать?

— А почему нет? Разве мы враги?

Он хмыкнул.

— Но и не друзья.

— Подружимся. Делов на пару… шагов Солнца, — я хохотнула, показывая ему ладони.

— Почему ты такая с-смелая?

Вопрос словно обухом ударил, но улыбку я удержала.

— Меня отчаяние толкает. Да и ритуал Ярости многое дал.

Кхангатор, вспомнив о васовергах, растерял доброе расположение и опять нахмурился.

— Друг Дарока никогда не с-станет мне другом.

— Прости, Кхангатор, но ты сказал неправду, — тихо сказала я. Это второе предложение, которое ему придется выслушать и на которое он должен согласиться. Мне это нужно. Нам всем это нужно. Я чувствую, и даже Вестница во мне чувствует эту нужду. Сцепив руки в замок, я перестала улыбаться и вежливым тоном заговорила: — Ты мог давно уничтожить Дарока, когда он еще был слабее, но не сделал этого. И я знаю, что это твой ум останавливает тебя.

Темные брови сошлись на переносице теснее, однако Кхангатор молчал, давая мне слово.

— Васоверги давно потеряли своих драконов, и в войне остались лишь ваши драконы. И насколько мне известно старый вождь васовергов в союзе с другим племенем викхартов. С твоим врагом. Он пользуется его защитой и оружием. Взрослый ядовитый дракон уступает огню, но против пехоты… Ужасная смерть. Дарок сказал, что заклинателей, способных призывать великих оберегающих и исцеляющих духов вырезают во сне даже в мирных регионах. Любой их интерес к войне и к предложениям помочь в ней способен вызывать подозрение, а потом лазутчики убивают их. Поэтому жители регионов все меньше лезут в ваши дела, а цены на их услуги так быстро растут. Против драконов у войска фактически нет защиты. Драконы — ваша основная сила. — И я улыбнулась, спрашивая: — Кто сравнится по силе с Джоранмо?

— Никто, — твердо ответил Кхангатор и на секунду напряг пальцы.

— Тогда почему ты не уничтожил войско Дарока? — Я вскинула брови и напомнила. — Если верить его словам, то у тебя была масса возможностей.

— Он хитрый воин, — с уважением в глазах оправдался викхарт.

— Не хитрее тебя. — Я растянула улыбку шире.

Казалось, ребята не дышали. Замерли, не двигаясь. Ветер шелестел занавесками и листвой, гонял песок по камню; в желобах журчала вода. Птица молча вспорхнула из-за колонны, на миг отвлекая от лица Кхангатора.

— Умееш-шь врать? — короткий вопрос вождя нарушил тишину.

— Конечно нет! — не задумываясь возмутилась я, округляя глаза.

Вновь нас накрыла звонкая тишина, но губы Кхангатора дрогнули, уголки выразительно тянулись в стороны. И я поняла: хитрость без вранья — никуда!

Мы рассмеялись с ним вместе. Ребята выдохнули и разом поднесли пиалы к губам. И я продолжила гораздо бодрее:

— Тебе выгодны старые традиции, великий вождь. Вашу расу причисляют к разрушительным, но вы — не васоверги. Вы не хотите жить одной лишь войной, а просто отрезаны от регионов и вынуждены защищаться как можете. Джоранмо старый, но проживет еще поколение-другое. Твое, быть может, твоих детей. А что потом? — Мой вопрос не требовал ответа, а Кхангатор совсем по-человечески кивал каждому слову, будто отыскал доверительного собеседника. — Дарок растит Хайко, у твоего врага ядовитый дракон только вошел в силу. Несколько старых драконов едва успели отложить кладку, как ее уничтожили в очередной битве за нее же. Васоверги предпочитают убить, но не отдать врагу. И, кстати, до Дарока дошли сведения о древней кладке, спрятанной где-то в глубинах скал. Это в Долине драконов, которая рядом с Васгором.

— Когда? — неприкрыто заинтересовался викхарт, налегая на стол.

— Посланец принес вести за два рассвета до ритуала Ярости. Я сама слышала новости.

— Ты выдаеш-ш-шь тайны Дарока? — Прищурился на один глаз.

— С его разрешения, — мигом оправдалась я. И это действительно было правдой. — Он хочет твоей поддержки и готов разделить кладку.

— Он не ценит духов, — пробормотал вождь, но сопротивлялся совсем неубедительно.

— Не артачься, — мягко попросила я. — Вам это выгодно. Что станет с миром, если васоверги примут духов разрушения? По дороге к тебе местные рассказали нам, что вы питаете с их помощью озеро. Будут ли васоверги использовать духов с такими же целями? Или они направят все силы, чтобы только отбирать? Ведь так было и раньше. При Гархорте.

— Великий вождь, — сразу отметил Кхангатор, сжимая кулаки. — Он держал в с-страхе многие регионы.

— И тогда еще в Фадрагосе не было духов, — используя удачный момент, напомнила я. — Была другая сила. Недоступная васовергам.

— Древние знания говорят, что о пробуждении этой с-силы знали лишь с-с-соггоры.

— Они были справедливыми правителями. — Короткое подмечание и интерес к сладости из орехов в меду. Чертов мед тоже напоминал о прошлом: не только о Волтуаре, но и о его сопернике…

Кейел, ты бы мною гордился. Ты бы точно мною гордился!

— Они и теперь с-ш-справедливые правители. Некоторые викхарты ходили за Ледяную долину, а потом возвращ-щались, чтобы с-с-сказ… скас… Говорили, что там хорошо.

— Если бы согоры вернулись в регионы, ты был бы рад? — глянула на довольного Кхангатора украдкой, попутно выбирая другую сладость.

— Это невозможно. — Видимо, занятый в мыслях моими предложениями, он даже не придал значения вопросу, а вот ребята посмотрели на меня многозначительно.

— Можно помечтать, — предложила я, игнорируя к себе интерес друзей.

— Говорить не о чем. При с-согорах мы не терпели вечные войны. Они не с-с-стояли в с-с-с… Они тоже воевали. Теперь правители боятс-ся вмеш-шиваться. Твои темные братья, — обратился к Роми, скалясь, — не правители. Трус-с-ы. Не правление то, что они делают.

— Согласен, но нас не допускают, — запросто нашелся с ответом беловолосый шан'ниэрд, с досадой разводя руками.

— Согоры справлялись со всеми регионами разом, — чуть громче напомнила я, снова акцентируя внимание на истинных правителях.

— Один правитель с помош-щниками, — поддержал меня Кхангатор. И, не зная того, даже приободрил: — Хоть кто-то понимает. Толковая у тебя голова. Назови имя, чтобы я знал, как тебя звать.

— Оно тебе не понравится, — с улыбкой ответила я. — Асфи.

Он поморщился и, отвернувшись, решил:

— Тогда будешь Девкой.

— Без проблем, я не обижусь.

* * *

Местные закатили в нашу честь настоящий праздничный вечер. Для них гости из регионов — не опасные разбойники свободных земель — оказались чудом. Но у нас с Елрех закралось стойкое впечатление, что викхартам процветающей обители просто нужно мало повода для веселья. Судя по тому, что мы увидели и услышали, устроились тут существа вполне хорошо и сами справлялись со всеми своими заботами, несмотря на постоянное участие в войне за Долину драконов. Может, и был в чем-то дефицит, но знали о нем не все, а только те, кто думал об улучшении жизни и сравнивал эти самые разные жизни в разных регионах. Например, Кхангатор, который все же заинтересовался союзом с Дароком, а также в ближайшее время обещал заняться каменными великанами. От нас требовалась уже мелочь — заглянуть к Дриэну и обрадовать его небывалой выгодой, а заодно огорчить моим дезертирством. Прямой путь через регион Каменных великанов открывал дорогу и к дальним свободным поселениям, образовавшимся в Вечном лесу. А им, судя по детству Кейела, точно не помешает частый контроль гильдии Справедливости или вождя викхартов.