Большинство княжеств Северо-Восточной Руси вошло в состав Русского государства почти безболезненно, и их прежние государи и бояре легко превратились в служилых людей великого князя всея Руси. Новгородская феодальная олигархия, напротив, оказала Москве решительное сопротивление, в результате чего была полностью разгромлена и потеряла свое прежнее социальное качество. Судьба Тверского великого княжения — третий, промежуточный, вариант ликвидации феодальной особности.[764] Падение Твери произошло в результате крупного политического конфликта, в ходе которого была разрушена прежняя политическая организация Тверской земли, а ее глава оказался за рубежом. Однако основная масса тверских феодалов более или менее добровольно коммендировалась на службу к новому сюзерену и тем самым сохранила свой социальный и экономический статус. Ликвидация великого княжения и установление новой политической власти в Тверской земле произошли сравнительно безболезненным путем — у старого порядка нашлось немного сторонников. Основную причину этого явления следует искать в том, что задолго до того, как русские войска обложили Тверь и запылали городские посады, политический статус великого княжения себя уже полностью исчерпал. Ни феодалы, ни горожане не смогли найти ни моральных, ни материальных возможностей сражаться против войск государя всея Руси. В новых политических условиях «город святого Спаса» не имел никаких шансов остаться вне единого Русского государства.
С ликвидацией Тверского княжества исчезает важный и опасный плацдарм литовского политического влияния и потенциальной агрессии, глубоким клином врезавшийся в русские земли. Безопасность столицы Русского государства с северо-западного направления становится теперь надежно обеспеченной, как и безопасность всего Верхнего Поволжья. В этом плане включение Твери в состав Русского государства — крупный военно-политический успех Ивана III, сравнимый по своему масштабу и значению с присоединением Новгорода. Падение Тверского великого княжения означало, что с удельной системой как с основой политической структуры Русской земли было покончено. Вся политическая власть в стране сосредоточилась в Москве, в руках великого князя и его правительства. 12 сентября 1485 г. — важная историческая дата: в этот день в Твери был формально завершен процесс ликвидации феодальной раздробленности и создания единого Русского государства.
Короткий хронологический период, рассмотренный в книге, принадлежит к звездным часам нашего Отечества. В эти годы решался коренной, фундаментальный вопрос — быть или не быть Русскому государству.
Ордынское иго было основной политической реальностью русской жизни на протяжении почти четверти тысячелетия.
«Кровь и отец, и братия нашея, аки вода многа, землю напои; хробрии наши, страха наполнешася, бежаша; мьножайша же братия и чада наша в плен ведени быша; села наша лядиною поростоша, и величьство наша смьрися, красота наша погыбе… Земля наша иноплеменником в достояние бысть… в посмьх быхом врагом нашим…».[765] Ближайший современник Батыева нашествия епископ Серапион чутко уловил обе стороны национальной катастрофы, постигшей Русскую землю во второй четверти XIII в. Трагической реальностью на века было и политическое подчинение хану, и выплата даней, и почти непрерывные крупные и мелкие нашествия ордынских ханов и «царевичей». Невозможно подсчитать ни материальный ущерб от бесконечных татарских ратей, ни миллионы русских людей, захваченных в «полон» и превращенных в живой товар на восточных работорговых рынках. Невозможно оценить меру унижения, деформации общественного сознания и чувства национального достоинства за столетия ига.
Победа на Куликовом поле означала начало перелома в русско-ордынских отношениях — переход от пассивной обороны к активной борьбе за свержение ига. Победа на Угре означает конец ига — восстановление полного национального суверенитета Русской земли.
Неудивительно, что с этим крупнейшим событием совпадает другое — ликвидация феодальной раздробленности и объединение Руси. Победа на Угре и конец удельной системы связаны не только хронологически, но прежде всего реально-исторически — это две стороны одного и того же процесса воссоздания Русского государства, национального возрождения Руси. В последние десятилетия XV в. были решены великие исторические задачи, доставшиеся от прошлых веков. Перед объединенной, освобожденной Русской землей открывались новые горизонты.
Список сокращений
АЗР — Акты, относящиеся к истории Западной России. СПб. 1846. Т. I.
АРГ — Акты Русского государства. 1505–1526 гг. М. 1975.
АСВР — Акты социально-экономической истории Северо-Восточной Руси конца XIV — начала XVI в. М., 1952. Т. I; 1958. Т. II; 1964. Т. III.
АФЗХ — Акты феодального землевладения и хозяйства XIV–XV вв. М., 1951. Ч. 1.
ВОИДР — Временник Общества истории и древностей российских. М., 1851. Т. X.
ДДГ — Духовные и договорные грамоты великих и удельных князей XII–XVI вв. М., 1950.
ДРВ — Древняя Российская Вифлиофика.
ПДСИ — Памятники дипломатических сношений с империею Римскою. СПб., 1851.
ПЛ — Псковские летописи. М.; Л., 1941. Т. 1; 1955. Т. 2.
ПСРЛ — Полное собрание русских летописей.
РИБ — Русская историческая библиотека.
РК — Разрядная книга 1475–1605 гг. М., 1977. Ч. 1.
Сб. РИО — Сборник Русского исторического общества.
СИЭ — Советская историческая энциклопедия.
ТОДРЛ — Труды Отдела древнерусской литературы.
notes
Примечания
1
Базилевич К.В. Внешняя политика Русского централизованного государства: Вторая половина XV в. М., 1952; Веселовский С.Б. Феодальное землевладение в Северо-Восточной Руси. М.; Л., 1947. Т. 1, и др.; Горский А.Д. Борьба крестьян за землю на Руси в XV — начале XVI в. М., 1974; Зимин А.А. 1) Россия на рубеже XV–XVI вв. М., 1982; 2) Формирование боярской аристократии в России во второй половине XV — первой трети XVI в. М., 1988; Казакова Н.А. Русско-Ливонские и русско-ганзейские отношения: Конец XIV — начало XVI в. Л., 1975; Каштанов С.М. Социально-политическая история России конца XV — первой половины XVI в. М., 1967; Кобрин В.Б. Власть и собственность в средневековой России. М., 1985; Лурье Я.С. Идеологическая борьба в русской публицистике конца XV — начала XVI в. М.; Л., 1960; Сахаров А.М. Города Северо-Восточной Руси XIV–XV вв. М., 1959; Короткевич А.Л. Русское государство в системе международных отношений конца XV — начала XVI в. М., 1980; Черепнин Л.В. 1) Русские феодальные архивы XIV–XVI вв. М., 1948. Ч. 1; 1951. Ч. 2; 2) Образование Русского централизованного государства в XIV–XV веках: Очерки социально-экономической и политической истории. М., 1960.
2
В связи с этим представляется, что обычно принимаемая дата включения Пскова в состав Русского централизованного государства — 1510 г. — на самом деле означает ликвидацию вечевого строя, т. е. внутренней автономии Псковской земли, уже давно лишенной всякой внешне- и внутриполитической самостоятельности и только сохранявшей старые вечевые традиции. Ср.: Масленникова Н.Н. Присоединение Пскова к Русскому централизованному государству. Л., 1955.
3
Наиболее реальными признаками их деятельности является соответствующая документация — разрядные записи (прослеживаемые с конца 60-х гг.) и посольские книги (наиболее ранняя из сохранившихся относится к 1474 г.). См.: Буганов В.И. Разрядные книги последней четверти XV — начала XVII в. М., 1962; Разрядная книга 1475–1605 гг. М., 1977. Т. I, ч. 1. (Далее — РК); Памятники дипломатических сношений Московского государства с Крымскою и Нагайскою ордами и с Турцией. М., 1884. Т. I. (Сб. РИО; Т. 41).
