— Рад видеть вас на борту, мистер Стил, — сказал он, поморщившись, когда его ладонь утонула в железном рукопожатии.

— Я сменил Стила на «Свирепом» как раз перед тем, как вы прибыли на службу, еще в девяносто четвертом, кэп, — вставил Барбюс. — Он выдающийся специалист по сверхдальней связи.

— На этом корабле вам скучать не придется, — заметил Брим.

— Лучшего и желать нельзя, — заявил Стил. — Работа с КА'ППА на больших дистанциях в глубоком космосе — задача непростая, особенно на борту такого резвого истребителя.

Брим улыбнулся. Возможно, это было не совсем то задание, о котором он грезил, но оно обещало быть как минимум интересным.

— Ладно, народ, — скомандовал он, — готовимся к выходу в космос. Как говаривал один мой старый друг: «День не вечен, пора за дело...»

* * * *

Меньше, чем через метацикл, Брим снова сидел в левом кресле рулевого, а оба гравигенератора мерно рокотали на холостом ходу. Снаружи посадочный рукав уже убрали, и двое дюжих наземных рабочих в тяжелых металлических рукавицах застыли у носового и кормового оптических кнехтов, готовые отдать концы. В последний раз окинув взглядом приборы, Брим посмотрел на Барбюса. Тот расслабленно устроился в правом кресле, будто они вдвоем летали на этом корабле с самого утра. В глубине души Брим всё еще опасался садиться за штурвал после столь долгого перерыва. Логика подсказывала, что он справится — в известной вселенной не было корабля, который он не смог бы подчинить своей воле. И всё же червь сомнения грыз его: он не хотел стать еще одним самоуверенным рулевым, который угробил себя и команду, взявшись за машину, к которой не был готов. Конечно, Барбюс мог бы повести корабль сам, хоть он и только что закончил летную школу. Если уж Барбюс за что-то брался, он делал это на совесть.

— Всё готово, шкипер? — с ожиданием спросил Барбюс.

Брим стиснул зубы. Он не мог, не имел права подвести старого друга.

— Готов, — подтвердил он, сдвигая панель бокового гиперэкрана. — Оставить по одному швартовному лучу! — крикнул он ожидающей наземной команде. Теперь на сомнения времени не осталось.

— Есть оставить по одному! — крикнул один из рабочих, вскинув руку в приветствии. Он кивнул напарнику у кормы, и мгновение спустя лишь два тонких луча удерживали корабль на месте.

Брим проверил пространство вокруг: чисто.

— Чиф, — произнес он, — поднимаем машину.

— Поднимаю, шкипер, — отозвался Барбюс.

Руки Брима ловко заскользили по пультам управления движением на земле, и корабль плавно оторвался от поверхности, поднявшись на пятиираловую высоту над бурлящим следом в воде.

Брим переключил связь на наземный контроль.

— «Четыре девятки», тип «Уэйкфилд», запрашиваю разрешение на... — он сверился с голограммой карты терминала у себя на коленях; прошло немало времени с его последнего вылета... — на внешнюю рулежную дорожку 86G.

Лицо на дисплее на миг отвлеклось на что-то за кадром, затем кивнуло.

— «Четыре девятки», руление на 86G разрешаю.

— Понял вас, контроль. Выходим. — Он повернулся к рабочим снаружи. — По моему сигналу отдать все швартовные лучи! — крикнул он, отдав честь.

— Будет сделано! — крикнул рабочий.

Брим задвинул панель, наблюдая, как индикатор сменяется на зеленый.

— Готов, чиф?

— Готов, шкипер.

— Переходим на внутреннюю гравитацию, если не возражаешь.

— Включаю внутреннюю гравитацию, шкипер.

Пока Брим сжимал челюсти, Барбюс щелкнул тумблером громкой связи.

— Всем приготовиться к переходу на внутреннюю гравитацию... переход через пять тиков. — Он помедлил, затем коснулся двух иконок на панели управления... и Брим едва не расстался с тем скудным обедом, который успел перехватить в перерывах между симуляциями.

Как всегда, тошнота быстро прошла, и он был готов к движению.

Брим проверил приборы: всё в норме, за исключением температуры активной зоны левого гравигенератора, который работал чуть прохладнее правого — не критично. Последний раз оглядевшись, он подал сигнал рабочим; последние швартовные лучи мигнули и погасли как раз в тот момент, когда он отпустил гравитормоза и плавно подал демпферы тяги вперед. Несколько мгновений спустя он уже вывел корабль в канал так уверенно, будто тренировал этот сложный маневр неделями. «Сказывается привычка ездить на гравициклах», — с улыбкой подумал он.

Он рулил осторожно: «Четыре девятки» на воде оказалась на редкость резвой машиной, куда послушнее тех «Мучителей», на которых он летал раньше. Впереди, насколько хватало глаз, на пересечениях рулежных дорожек горел зеленый свет. Так или иначе, они держали путь на Хэтфилд.

Глава 12

...снова в левом кресле

АВАЛОН-АСТУРИАС, ГОРОД АВАЛОН, БОЛЬШОЙ ИМПЕРСКИЙ КОСМОПОРТ, 16 НОНАДА 52016 ГОДА

Следующие пятнадцать циклов они пробирались через лабиринт каналов — многие из которых были забиты обломками после бомбежек, — пока Барбюс отслеживал их путь по маленькой голокарте. Бриму казалось странным, что на каждом регулируемом пересечении им неизменно горел зеленый. Более того, на многих постах группы людей, в основном военные, стояли и приветственно махали им руками.

Первый красный сигнал они встретили только у самого выхода к озеру Мерсин. Брим остановил кораблик прямо перед волнорезами, почувствовав даже некое облегчение от того, что в этом сверхзагруженном терминале их хоть раз притормозили. Он выглянул за волнорез и улыбнулся. Причина для остановки была веской: мимо величественно и грозно проносился старый линкор класса «Королева Элидин», направляясь к военному терминалу. Он был раз в десять длиннее «Уэйкфилда» и на несколько порядков превосходил его массой своего металла.

— Нам нужно поприветствовать их, мистер Стил, — распорядился Брим, заметив название корабля: К.И.Ф. «Неукротимый».

— Есть, шкипер, — отозвался Стил. Тотчас над спиной «Уэйкфилда» поднялся маяк КА'ППА, и призрачные кольца сигнала разошлись по небу, точно круги по воде. «ДА ОСВЕТЯТ ЗВЕЗДЫ ВСЕ ВАШИ ПУТИ».

Бриму пришлось задрать голову, чтобы увидеть ответный сигнал линкора: «И ВАШИ ПУТИ, ЗВЕЗДНЫЕ СТРАННИКИ». Он мельком заметил толпы крошечных фигурок, глядящих вниз с панорамных гиперэкранов на вершине его высоченной башни управления; все они махали руками. На мгновение Брим в замешательстве оглядел свой корабль. Что их так заинтересовало в этом «Уэйкфилде»? Может, что-то не так? Но приборы показывали норму — по крайней мере, в соответствии с теми настройками имитатора, что он помнил. Снаружи все люки, видимые с мостика, были задраены, а мутная вода вокруг казалась настолько чистой, насколько это вообще возможно для озера Мерсин. Наконец линкор прошел мимо, оставив за собой яростно бурлящую воду, вспененную мощными гравигенераторами.

Брим на мгновение покачал головой, пока УФ-400 подпрыгивал в мощном гравитационном следе линкора. Как же всё изменилось за те несколько лет, что он провел во флоте! Когда он только прибыл на свое первое место службы, на старый К.И.Ф. «Свирепый», галактикой правили исполинские звездолеты вроде почтенного «Неукротимого», а скоростные малютки-истребители типа «Уэйкфилда» считались лишь вспомогательными судами. Быстрые, но с малым запасом хода и ничтожной огневой мощью, они использовались в основном для разведки за пределами ограниченного радиуса действия тогдашних систем BKAEW. Теперь же, всего несколько лет спустя, возросшая огневая мощь и резко увеличившаяся дальность полета в корне изменили ситуацию. Истребители превратились в острие клинка, а великие массивные громады былых времен оказались отодвинуты на вторые роли — теперь они служили тяжелыми транспортами или орбитальной артиллерией. Сам Брим, будучи бойцом Имперской добровольческой группы Онрада, когда-то уничтожил огромный линкор класса «Королева Элидин», пилотируя «Звездный огонь». Похоже, теперь даже дальнее патрулирование вот-вот перейдет в ведение таких кораблей, как его маленький УФ-400.