Хранибор с любопытством разглядывал рисунок. Да, во время своих длительных странствий по миру бывшему триградскому воеводе довелось побывать в одной дальней стране, затерянной на восходе солнца средь высоких и непроходимых гор.

В этой стране не очень жаловали пришлых. Хотя к ним и относились, как к дорогим гостям, и проявляли всяческое уважение, но все важное тщательно скрывали. И наверное, было что. Хранибор не очень много вызнал и увидел в этой горной стране. Но все-таки кое-что любопытное не ускользнуло от глаз волхва. Эта страна изобиловала воинами, искусно владеющими странного вида мечами.

Их воинские ухватки отличались от тех, которыми владели альтидские воины. Уж в этом-то бывший воевода хорошо разбирался. Мечи в руках воинов горной страны походили на крылья летящей осы — такие же быстрые и неразличимые для глаз. И от того трудно было разобрать и предугадать, с какой же стороны прилетит и воткнется разящее жало. Только успевай уворачиваться и наугад отражать быстрые жалящие удары.

Так же эти воины бились на шестах и заостренных посохах. И там волхв понял, что посох порой бывает оружием более грозным, чем меч или палица. Но главное, у этих воинов были такие же звезды, как нарисовал сейчас Кирилл. Хоть и не совсем такого вида, но очень похожи.

Хранибор не раз видел, как искусный, обладающий навыками метания воин споро составлял на намеченной цели — например, широкой доске — замысловатый узор из таких звездочек. Действительно, как ни брось, но один из лучей обязательно воткнется. Даже ребенок может без труда овладеть этими нехитрыми звездами.

— Хорошее оружие, — кивнул Хранибор и усмехнулся давним воспоминаниям. — Очень хорошее. Простое и удобное. Если воин без шлема, то такая звезда череп пробьет. Если без лат — то важную кровеносную жилу заденет, и каким бы отважным богатырь не был, в царство Мораны беспременно пойдет. Ты, Велислав, наделай несколько связок таких звездочек из серебра. И я расстараюсь. Думаю, тоже их добуду.

Кирилл понял: Хранибор говорит о Дубыне. Попроси лешего, и он мигом достанет из своей сумы таких шарикенов хоть килограмм, хоть десять.

Велислав пододвинул блокнот к себе поближе. Смущенно качнув головой, взялся за лист. Не привык еще воин, что из книг, оказывается, можно листы вырывать. А получается, что эта маленькая книжица с чистыми листами нарочно для этого сделана. Эх, бывает же такое на белом свете!

— Можно?

— Конечно, — улыбнулся Кирилл. — Рви. Не жалей.

Неторопливо и осторожно Велислав вырвал листок.

Пальцы плохо слушались воина, они ведь привыкли рукоять меча сжимать, а не мягкую бумагу гладить. Но вроде бы получилось неплохо, если учесть, что блокнотов в Альтиде нет, дружинник их раньше не видел и делал это впервые в жизни. Воин сунул листок в маленькую сумку, подвешенную на поясе.

— Я сделаю такие звезды. Конечно, из серебра. Только в Виннету вернусь, так сразу же займусь оружием. В городе знатные мастера есть. Все, что хошь, изготовят.

Снежана улыбнулась.

— Займись, воин. Ножами расстарайся. Я с вами тоже за туман пойду. Буду их метать, если понадобится.

Бросив на подругу быстрый взгляд, Ярина веско сказала:

— И я с вами в Беловодье иду!

Если бы Кирилл не сидел на прочном пеньке, то от таких слов точно бы плюхнулся на него! Это что за новости! Он ведь говорил совсем недавно, что в Беловодье властвует зло, хаос и приближаться к месту, из которого он выходит, и опасно, и чревато необратимыми последствиями. Особенно это касается богов. Ну и духов, само собой разумеется. А ведь русалки из разряда духов. Речные богини! Они сами об этом не раз говорили.

Кирилл открыл было рот, но смолчал: Велислав еще не знает, кто эти девушки на самом деле. А он говорить не имеет права — не его тайна.

Видимо и Велиславу не очень понравились эти предложения.

— Биться придется, — мрачно изрек дружинник. — Сами видели, какие твари там бродят.

— Придется… — охотно согласилась Ярина. — Ты не сомневайся, воин. Мы тоже кое-что умеем. Снежана ножи метает, сам видел, а я пращой владею: со ста шагов камешком в любую цель попаду. И из лука неплохо бью. Так что от нас толк будет, не сомневайся.

О том, что русалки обладают еще и колдовскими способностями, Ярина пока умолчала.

— Посмотрим, — уклончиво ответил Велислав. — Время, чтобы все решить, еще есть.

«Вот именно — посмотрим! — подумал Кирилл. — Тоже мне, амазонки! Ладно, до солнцеворота далеко, постараюсь внушить, что в Беловодье русалкам делать нечего. Хорошо, хоть Русава не просится. Пока не просится, хотя кто ее знает…»

Неожиданно верхушки сосен закачались и тяжело загудели. Резкий порыв ветра растрепал ветви деревьев. Зашелестела листва. Это наступала гроза, которую еще вечером предвещали сороки и голубые шестилепестковые цветы ириса. Они ожидали своего бога Перуна.

Ударили о землю первые капли, и вдруг дождь хлынул сплошной стеной. Пришлось переходить в избу, хотя на льющуюся с неба воду русалки обычно не обращали внимания. Вода их стихия, чего нельзя было сказать о волхве, Кирилле и Велиславе.

Хранибор растопил печь: воздух в избе вдруг разом стал промозглым и тяжелым, хотя день выдался теплый. Играющий в устье огонь быстро разогнал сырость и дал уют и тепло. Шейла рухнула неподалеку от быстро нагревшейся печи, блаженно вытянула мощные лапы и через какое-то время смежила черные глаза.

«Ах! Она так утомилась за этот длинный-длинный день! Ничего, если она тут немного отдохнет? Ничего? Ну, она так и думала!»

Скоро собака уже вздрагивала во сне и тихонько подергивала лапами — видимо, на кого-то охотилась.

За стенами избы, в вершинах сосен неистово шумел ветер. По кровле били крупные капли дождя.

Время позднее — пора отходить ко сну и остальным. День выдался длинным и насыщенным событиями. Хранибор взглянул на дремавшую Шейлу и неприметно улыбнулся.

— И нам спать пора! — весело сказал волхв. — Вы, девушки, тут, внизу оставайтесь. Кирилл с Велиславом на крышу пойдут — поближе к богу Перуну. Пусть грозу слушают. А я уж как-нибудь тут, на печи свои старые кости греть буду. Старость, она и есть старость, — вздохнул волхв.

Снежана сверкнула темными глазами. Видимо, у русалки появилось иное предложение. Но смолчала. Она вообще весь вечер бросала на Кирилла странные взгляды. И они не ускользали от глаз ее подруг.

Им было все понятно: красный молодец пришелся по душе девице-красавице. Такое не часто случается в мире русалок, но все-таки случается. Они об этом слышали.

Как правило, тяжело предугадать, чем это может закончится. Как бы не пришли горе и страдания. Причем они могут быть как с одной, так и с другой стороны. Русалка — это русалка, а человек — он всегда человек. Впрочем, пусть Снежана сама решает. Но все-таки они ее об этом предупредят. А Ярина, перехватив такой взгляд, только вздыхала про себя. Ей тоже нравился Кирилл. Очень нравился…

Велислав и Кирилл направились к ведущей на чердак лестнице.

— Велислав! — окликнула Ярина. — Велислав, если сможешь, то принеси нам щит, который бруктеры князю Молнезару подарили. Если он схож со шкурами тех ящеров, что за туманом стоят, то может, найдем средство, которым этих тварей пробить можно? Ты говорил, этот щит пробить невозможно — дыры затягиваются. Хотелось бы на него посмотреть.

Русава одобрительно посмотрела на подругу, она сразу догадалась, о чем толкует Ярина. Ну как она могла забыть? Ведь у Ярины есть чудный, сделанный из неведомого золотистого стекла нож. Его Ярина в прошлом году на дне Ледавы подобрала. Тогда в Виннету гадирские корабли приходили. Этот нож от гадирцев. Лезвие ножа крепчайшее и режет все. Даже камни, будто щепки, строгает. Хотя против ящеров маленький ножик мало чем поможет. Но попробовать на щите все же стоит. Умница Ярина!

— Хорошо, — кивнул дружинник. — Думаю, князь не откажет мне в этой малости. Я принесу щит.

Закончилась дождливая ночь и наступило чудесное ясное утро. После ночной грозы лес выглядел умытым и посвежевшим. Он сверкал блестящей зеленью. Далеко, на другом берегу озера выводил свои трели соловей. Какое-то раннее зверье уже вовсю шебуршало в кустах недалеко от избы. Судя по всему, зверье безобидное: хищники ведут себя скрытно. Им лишний шум ни к чему, да и вообще — они днем любят поспать. Время охотников приходит ночью.