Софья уже прикидывала, что сделать с обнаглевшим котярой. Тапкой его по морде! Тапкой! И никаких «ребята, давайте жить дружно!». Сначала докажи, что ты хороший!
А сами покамест разбираемся с маньчжурами. Обойдемся мы без династии Мин! Софья довольно усмехнулась, вспомнив о приятном сюрпризе для китайцев.
— Соня, вернись на землю!
Братец пощелкал у нее перед носом пальцами. Софья в ответ лязгнула зубами.
— Укушу!
— И получишь в ответ!
— Эй, свою жену только я пороть буду. — Ванька откровенно посмеивался.
— Кому жена, кому сестра, — но ворчал Алексей больше по вредности. Софья взирала на обоих с умилением. Сколько ж ей усилий стоило сгладить мужскую ревность? Но потом все утряслось, и сейчас ребята вполне добродушно подкалывали друг друга, перебрасывая ее, словно мячик.
Еще бы Феодосия не шипела… но свекровь…
Видимо, это закон равновесия, в той жизни повезло, в этой — наоборот. Что Феодосия, что ее сестрица шипели гадюками, но Софья не обращала внимания.
Идите вы… дамы!
— Тут нам из Китая грамотка. У Саньгуй предлагает породниться.
— Да? Я Машку туда не отдам.
Не то чтобы Софья была против брака, но отдавать соплюшку в район боевых действий?
— А и не надо. У него есть сестра. Любимая, обожаемая и прочее. Зовут — У Шан. Вот он и предлагает скрепить узы. Можно не первой женой, но обязательно — женой и в царскую семью.
— А лет соплюшке сколько?
— Двенадцать.
Софья потерла лоб:
— М-да… воспитать мы ее воспитаем, но тебе вроде как ни к чему такое родство? Тебе найдем кого покруче?
— А эту кому?
— Ванька мелок… Федьке?
— Почему бы нет? Поговорю, пусть женится. Хотя ему в церковь хочется…
— Какая церковь, когда тут родине надобно? — Софья искренне удивилась подобным заявлениям. — Пусть женится, а уж потом, лет в сорок…
Алексей кивнул:
— Да, пожалуй, отпишу. Мы согласны, пусть невеста едет на Русь.
— А я еще займусь вопросами приданого. Я на мелочь не согласна, так что пусть отдают нам хороший кусок земли. Официально, со всеми бумажками…
— Так он же им не принадлежит…
— Так та земля пока никому особенно не принадлежит. Но коли У Саньгуй выиграет свою независимость, они до-олгонько с маньчжурами грызться будут. Тут и мы поможем, чем сможем. А когда они на ту землицу посмотрят — может, то и не при нашей жизни случится, но будет же! Так вот, там и занято все нашими людьми будет, и грамотка будет. А кто, чего…
Мужчины переглянулись и расцвели улыбками:
— Жадная Соня.
— Да!
Софья поцеловала в щеку одного, второго:
— Да, мальчики! Я жадная и вредная! А еще твердо помню, что всякое чужое есть мое, родное и государственное! И вам забывать не дам! Что там с армейской реформой?
И ребята переключились на обсуждение количества полков, выправление устава, сроков службы, обмундирования, снабжения и прочих радостей.
Пока еще было время.
Пока на Руси было относительно спокойно.
Но уже собиралась гроза.
И — грянула.
* * *
— Соня?
Царевна была нешуточно встревожена:
— Нам пишет Михайло.
— Что у него случилось?
Мужчины отвлеклись от воинских упражнений и подошли к царевне.
Та помахала листком:
— Турки двинулись с места. Их почти восемьдесят тысяч.
— И куда они пошли? В Крым?
Алексей напрягся. О сборе армии у турок он знал, они активно готовились, везли в Крым огневой припас, но… Столько войска там нет. Потери громадными будут.
— Нет. Там сейчас ничем не разживешься, а им нужна добыча.
— А куда?
Софья нежно улыбнулась:
— Маленькая птичка принесла на хвосте султану Сулейману, что Леопольд помогал нам во время войны. Бунт на Крите, налеты… это все его рук дела. И Сулейман обиделся.
— И?
— Они идут к Вене. Леопольд в панике, просит помощи у Михайлы, у нас…
— Будем собирать войско?
Софья пожала плечами в ответ на слова мужа.
Молодец Ванечка, финансист от Бога, да вот ни разу не стратег. Не его это — воинские дела, ой не его. Это — Алешкино.
И верно, братец встрепенулся:
— Да ты что! Воевать за этого… спесивого павлина?! И сам не стану, и Михайле не дам!
— Нам надобно подумать, что мы можем получить у турок в том же Крыму, — задумчиво произнесла Софья. — За… невмешательство.
И что может получить Михайло?
Возможно, земли между Днепром и Дунаем?
Кусок Валахии?
Союзник тогда хорош, когда у него своих проблем хватает. Земли он получит, но тут же главное — удержать их?
Волной накатывала на Европу турецкая рать. И это нападение надобно было использовать во благо Руси. Чем Софья и собиралась заняться.
Справятся ли они втроем?
Алексей, она, Ванечка?
Обязаны.
Сделают!
Будущее терялось в густом тумане.
Тень за троном
Корона ранит лоб, и кровь течет по коже.
Терновые шипы, впиваясь в кожу лба,
Забыться не дадут. Ведь роскошь мимолетна,
А жизнь всегда права, и власть всегда мертва.
Венец на голове – награда или кара?
Кому – предел мечты, кому – кошмар и ад.
В грязи, в войне, в крови, где счастье – это мара,
И никому не рад, и ничему не рад.
Душа кричит в тисках, но кто ее услышит?
Ты примешь этот груз, останешься собой.
Отдашь взамен любовь, надежду, счастье, веру,
И в никуда уйдешь с поднятой головой.
1677 год
Софья прищурилась, решительно заскользила пером по бумаге. Нравится ли, не нравится – иногда приходится сотрудничать с врагами и лгать друзьям. Хотя какие друзья в политике? В гадюшнике их куда как больше…
Своими поступками она подставляет Михайло. Ну и Марфу, конечно. С другой стороны – кому еще нужна сильная Польша? Полякам?
Безусловно!
А Софья предпочла бы видеть ее частью России – в будущем. Сателлитом, другом, союзником – но в составе одной страны.
Веник – он только в связке сильный, а прутья по одному легко переломаешь. Там, в двадцатом веке, она искренне удивлялась: как люди этого не понимают? Их детям ведь жить в слабой стране. А это – грустно. Бродячую собаку каждый пнет, а поди обидь собачью стаю? Отдача замучает.
И сейчас Софья писала Гуссейну-паше. Великому визирю султана Сулеймана. Не под своим именем, конечно. Писал якобы царь Алексей Алексеевич. И он потом даже прочитает это письмо, как и Ваня. Вот от них Софья ничего не таила. Ну… почти.
Софья договаривалась о будущем.
Торговать, воевать…
Никто ж не думает, что Руси дадут жить спокойно? Это сейчас в Европе небольшие волнения. Людовик бузит, с испанцами Нидерланды делит, а вот как поделит – так и посмотрит повнимательнее по сторонам, так и ручки еще куда-нибудь протянет. Он из тех людей, кто имеющимся не удовлетворяется, ему все больше и больше нужно. А еще у нее есть планы на кое-кого из европейских монархов. И это тоже не останется незамеченным.
Софье вовсе не хотелось, чтобы ее – или брата, или мужа – постигла судьба Елены Глинской. Яд. Уберечься можно, но проще сделать так, чтобы травили не тебя, а для тебя. Или создать такую обстановку, когда европейцам не до травли будет – хвост бы из капкана вытащить.
У Гуссейна-паши, напротив, имелись свои интересы.
Пальцы царевны на миг тронули Коран. В золотом узорном переплете, изукрашенном камнями. Кто сказал, что в эти времена шифров не знали?
Вот закончит письмо, еще раз перепишет, с братом поговорит и примется шифровать. Один из самых простых и в то же время убийственных способов шифра – книжный. Выбираешь букву, строку, страницу и пишешь три числа. Просто?
