Жизненный силуэт Натали Дроэн — еще один пестрый и неординарный образ самостоятельной, самодостаточной личности. Личности, не пренебрегающей традицией, избирающей такую форму самореализации, где семья не выносится за скобки. Эту женщину заслуженно считают очень прогрессивной, и она действительно, как минимум, на полвека обогнала свое время. Ее независимость не противопоставляется мужской, скорее она дополняет ее, оттого и подкупает и мужчин, и женщин.
Натали построила свою замечательную систему на идее священности тела. Это один из истинных инструментариев женского лидерства, атрибут власти и влияния пола. А еще то, о чем молоденькие красотки не задумываются, а дряхлеющие матроны льют горькие слезы. До преклонного возраста Натали с мужем сохранили взаимный интерес. «Если человек перестает быть внимательным к себе, ничего не знает о внутреннем содержании своего тела, о целительной силе дыхания, тогда старение в конце концов берет его в плен — как изнутри, так и снаружи. Старение — нормальное явление для всего живого, но оно не должно приводить к скрюченности и некрасивости. Женщина не должна стареть и истощаться, не управляя собой, без защиты здоровья физического и духовного. Иначе с годами повседневность совсем прижмет ее к земле, и старение уничтожит ее окончательно. Женщина может постоянно возрождаться! И после 40 лет, и после 50, как и в мои 86 лет — может быть новый виток и расцвет!»
В этих словах — козырный туз самодостаточности самой Натали Дроэн, которая в 65 лет разработала и оформила так называемую «Сакральную архитектуру тела». В 88 лет она чувствует себя превосходно, наслаждается жизнью, как и в молодости, живет на высоких скоростях. Натали Дроэн — живой образец для женщин. Она неправдоподобно стройна, элегантна и феноменально легка в движениях. С любимым мужчиной сохранены завидно ровные отношения, полнота уважения и взаимопонимания. О Натали точно выразилась одна из сподвижниц: «Она искренне верит, что истинная женщина может передать своим достоинством и честью всю ту силу Веры, которая подвигает мужчин и вдохновляет их». Это вовсе не пустые слова, потому что самодостаточная женщина не должна и не может жить вне контекста. Мужчина — ее первый и основной контекст; окружение и социальные связи — всегда на втором плане. У Натали семеро детей и почти два десятка внуков. Сделала ли она из мужа короля? Трудно сказать. Серого кардинала — наверняка. Но главное — он счастлив с партнершей, он ею гордится. А она живет в умиротворении и глубокой эмоциональной привязанности. «Ни религия, ни наука, ни медицина не могли объяснить мне конкретно, что происходит в этом чуде, в этом храме — человеческом теле, — говорит Натали. — Из этого выросло понимание, что нынешний век требует нового знания, новой науки, рассматривающей человека в совокупности его физических и духовных проявлений. Я называю это знание метафизиологией».
«Старение — нормальное явление для всего живого, но оно не должно приводить к скрюченности и некрасивости. Женщина не должна стареть и истощаться, не управляя собой, без защиты здоровья физического и духовного. Женщина может постоянно возрождаться! И после 40 лет, и после 50, как и в мои 86 лет — может быть новый виток и расцвет!» Так считает Натали Дроэн.
Знаменитый, обласканный многочисленными публикациями и почти канонизированный союз — Майя Плисецкая и Родион Щедрин. Нет смысла набрасывать общие контуры отношений — они известны всякому, кто хоть раз проявлял интерес к танцам, балету, красоте женщины, способности людей создавать и оберегать счастье в союзе Ян и Инь. Их имена подчеркивают значимость друг друга, они, несомненно, настоящие монархи любви. Их секреты и сложны и просты: поклонение древним семейным традициям, исповедование человеческих ценностей и все та же патентованная (и, может быть, приевшаяся некоторым) самодостаточность. Вначале была жажда стать и быть Кем-то в этой жизни. Потом была любовь и понимание необходимости содействовать друг другу — такие партнеры всегда заговорщики. Но обратимся лучше к деталям.
Попробуем бегло проанализировать слова немецкого писателя Норберта Кухинке, автора скандальной книги «Элита в России»: «Как-то Щедрин мне сказал: «Посмотри, Норберт, Майя сегодня впервые мясо пожарила. Мы оба разочарованы. Готовить она не любит и, кроме чая, ничего не может сделать. Сама ест как птичка: при росте сто шестьдесят пять сантиметров уже двадцать лет весит пятьдесят один килограмм». Тут речь идет о чем-то несомненно большем — о выборе системы ценностных ориентиров, о создании внутренней, для отдельно взятой пары, системы координат (или набора правил). Здесь Майя Плисецкая проявляет свободу и мудрость. Понимая, что она не может гармонично развиваться сразу в нескольких плоскостях, она принимает четкое решение: не включаться в бытовые процессы, не становиться матерью. Однако намеревается компенсировать это крайне жестким подходом к своему образу, что предусматривает ужасающий любого смертного ежедневный труд. Она, похоже, рассуждает приблизительно так: если мой мужчина меня любит, значит, он должен принять меня такой, как я есть. Что ж, ей такой подход удался: 2012 год ознаменовал прохождение парой 54-летнего совместного пути.
Однако немецкий писатель оставил еще одну, как кажется, крайне важную для понимания арсенала лидерства ремарку: «В доме Плисецкой — Щедрина было не принято устраивать праздники. Они жили сдержанно и аскетично. Хотя супруги одно время курили, гостям этого не разрешали. «Даже Богу я не позволила бы курить в квартире», — заявляла Майя. В доме, кроме цветов, которые балерина обожает, висели работы Марка Шагала. «Мы дружим. Каждый раз, когда я приезжаю к Шагалу во Францию, он дарит мне картину», — объясняла Майя». О чем тут идет речь? Во-первых, защита энергетики семьи, которую довольно решительно взяла на себя женщина. Во-вторых, избирательность окружения, которое, среди прочего, должно (в ее восприятии и интерпретациях) играть роль блестящего обрамления. Наконец, чистота экологии. Цветы, отказ от токсинов, благотворное воздействие полотен — все это так или иначе действует. А также не лишенная интриги игра: «Мы дружим с Шагалом». Интуитивно Майя знает: могучий, уже принятый историей имидж прекрасно выполнит задачу усиления другого, растущего имиджа.
Все, что человек предпринимает, воздействует либо со знаком плюс, либо со знаком минус. У Майи Плисецкой находим достаточное количество плюсов, хотя никто, разумеется, не идеален. Образ великой балерины является превосходной иллюстрацией действия закона «За все нужно платить!» Но у закона есть и вторая часть: «И вам за все воздастся!» Высокий профессионализм, достигнутая годами напряженного труда самодостаточность позволяют и вести себя в социуме по-иному, то есть навязывая свои правила и стандарты, выдвигая свои требования. «Ежемесячно Плисецкая получала 550 рублей. Средняя ставка простого советского гражданина была 120 «целковых». Рядовым солистам театра платили 220–350 руб. При этом на сцену они выходили чаще, чем примы. Балеруны с окладом 140 руб. выступали 18 раз в месяц. 200-рублевые имели по 10 выходов. Примадонны, как Плисецкая и Максимова, являлись публике от трех до шести раз». В этой нехитрой арифметике заключены все чудеса упомянутого закона: Вселенная, как правило, отвечает на труд золотом — славой, вниманием, признанием и иногда… деньгами. Однако нельзя не отметить и умение правильно относиться к материальным ценностям. В ответ на замечание о том, что муж никогда не дарил ей бриллианты, Майя Плисецкая с гордостью и каким-то даже превосходством ответила: «Зачем? У меня их нет — и не надо. Однажды я сказала Славе Ростроповичу, что Родион подарил мне «Даму с собачкой». Он говорит: статуэтку? Я говорю: нет, балет!» Тут вообще комментарий не нужен!
Кстати, упоминание о Ростроповиче вовсе не случайно. В связи с его замечательной половинкой — Галиной Вишневской. О том, что знаменитая оперная дива произвела мужа-музыканта в короли (даже козырные), в разных книгах написано много и подробно. Эта решительная женщина фактически спасла мужа, инициировав выезд из СССР, когда развиваться и реализовываться в стране было вовсе невозможно. Но хотелось бы акцентировать внимание на другом — на способности самодостаточной личности преодолевать негативное притяжение родительских моделей. Не секрет, что темный шлейф поведенческих реакций матерей может бесконечно долго тянуться за дочерями. Но рост личности, развитие сознания, оказывается, может радикально изменить ситуацию, поскольку человек в таком случае начинает все больше обращаться к себе, исследовать суть своих неверных решений и, как иногда сейчас говорят, кармических ошибок. Опыт Галины Вишневской служит прекрасным свидетельством таких преобразований. Первый неудачный брак Галины завершился через несколько месяцев, второй условно успешный брак дал ей спокойствие, но лишил возможности развиваться на профессиональном поприще. И именно четкое понимание необходимости двигаться дальше, самовыражаться как певица вынудило ее крепко задуматься о будущем. И в том числе поискать причины неудачного выбора, сопоставить их с результатами жизни матери. Решение было однозначным, и, самое главное, оно было рождено разумом, а не эмоциями. Решение как переосмысление жизненной траектории дало певице новый взлет, а с ним — новую встречу достойного, понимающего, такого же самодостаточного партнера. Так что негативная родительская модель — вовсе не проклятие, а просто навязанная форма построения отношений. Ее можно изменить — при наличии знаний, желания и воли. Образы победивших фамильные стереотипы могут не только вдохновить, но и указать принципы такого скачка. А порой — даже и способы.
