О таланте Эвиты превосходно высказался Роберт Грин: «Не сама ее доброта была столь харизматичной (хотя проявления доброты достаточно привлекательны), а умение сделать из своей доброты спектакль, драму».
Любой из нас, живущих в суетливой реальности, должен помнить о могущественном законе жизни: одновременно исполнять две роли невозможно. Нельзя, подобно Эвите, быть блистательной красавицей, носить броские наряды, упиваться роскошью, драгоценностями, жаждать титулов и орденов — и одновременно демонстрировать святость. Похожую роль пыталась играть принцесса Диана, но так же неудачно, ибо не могло быть по-иному, — ведь мир живет по верно отлаженным законам. Наверное, всем нам стоит осознать необходимость прекращения открытого доступа к своей душе всех желающих. В случае с Эвитой сквозь пробоины в энергетической защите мог просочиться отравленный сок зависти: ведь слишком многим она невольно демонстрировала свое благополучие.
«Главными чертами ее характера были обидчивость и мстительность», — эти слова принадлежат человеку из близкого окружения Эвиты и Перона. Согласитесь, они многое объясняют в ее судьбе…
Глава пятая. Таинственная простота ободрения
Упоминаемые образы: Оливия Твен, Маргарет Бор, Мерседес Маркес
Многие женщины откровенно стремятся к довольно простому укладу жизни, не намереваясь достичь каких-либо суетливых высот сами и не очень веря в необходимость исключительных вершин для своего спутника. Они умеют просто и внятно исполнять свою традиционную роль, и в этом также присутствует своя трогательная и глубокая, пронизывающая все существование на земле прелесть. Окружающий мир в глазах таких женщин, скорее всего, не является воинственным и враждебным, понукающим к завоеванию власти и влияния, к захвату добычи в любом ее проявлении.
Может показаться неправдоподобным, но, несмотря на рост агрессии в мире, тенденция созерцания мироздания, удовлетворения любовью и приемлемым уровнем благосостояния в начале XXI века заметно углубилась у мыслящей части человечества. Как и обострилась жажда гармонии. Конечно, гораздо больше людей чувствуют себя хорошо только в процессе забега на предельной скорости, а восторг испытывают лишь на финишной прямой каждого нового достижения. Никто не возьмет на себя смелость утверждать, какой выбор лучше. Но всякий, кто способен остановиться и спокойно поразмыслить о жизни, согласится: истинная гармония находится в противоположном направлении от феерических светских достижений. Слагаемые земного успеха тоже бывают разными, и внутренний душевный баланс в чьем-то восприятии может выглядеть не менее весомым, чем достигнутые упорством и кровью власть или богатство. Женщина способна более чутко улавливать эту тонкую грань. Что касается спутника, то женщина, умеющая жить в балансе с окружающим миром, порой лишь ловко подыгрывает мужчине, занятому вечной охотой. Самые мудрые женщины заботятся о том, чтобы домашний очаг не заслонял цели. Чтобы, даря тепло и энергетическую подпитку, дом не превратился в центр притяжения для мужчины, не сдерживал его порывов к солнцу, а лишь временами неназойливо возвращал к простым ценностям, уменьшая риски обжечься и сгореть.
Как ни странно, но порой мужчине достаточно просто веры в него, искреннего ободрения и содействия. Это, кстати, объясняет иногда кажущийся нелогичным выбор некоторых мужчин, когда спутницей обладателя высокого интеллекта, утонченного создателя шедевров вдруг становится простенькая, на первый взгляд, совершенно невзрачная женщина. На самом деле за отсутствием броских черт и манер, за кажущейся заурядностью может скрываться та неповторимая нежность и чарующая сензитивность, в которой более всего и нуждается рыцарь достижений. Такая подруга подобна сказочной девушке-простолюдинке, которая выходит замуж за молодцеватого принца. Она будто бы не предпринимает попыток создать выдающегося человека из своего избранника, но ее ежедневные усилия, похожие на упражнения в надежности, само ее присутствие в его жизни становятся поражающим воображение ускорителем. Для мужчины — это непостижимое действие тайного женского оружия, помогающего ему вести жизнь укротителя массового сознания. Для женщины — это тот удачный случай совпадения вибраций, когда жизнь в тени мужчины заменяет собственную самодостаточность. Его цель становится ее целью, и остальные факторы уходят на второй план. Обширные знания и образование, изящные манеры, природная красота, сексуальность — все становится второстепенным, черты характера как бы расплываются в женственности, преданности и материнстве.
Но тут нет жертвенности, потому что такая женщина, обладая исключительным талантом формировать легкость походки мужчины, отлично знает себе цену. Начиная с умения любить себя, доверия к себе, без чего не бывает любви и доверия мужа. Мужчина всегда это улавливает на интуитивном уровне и никогда не расстанется с подобной подругой. А если и расстается, то горько сожалеет, тогда как женщина такого типа всегда легко находит замену. Ее сила — в чудной эмпатии, в проникновении в самую сердцевину устремлений мужчины, в осознании и принятии его слабостей, в способности созерцать и сопровождать его борьбу едва заметными импульсами-стимулами. Порой таким женщинам приходится проявлять особый вид стойкости — когда лишения напрямую связаны с выдержкой мужчины в достижении цели, создании уникального продукта. Тогда мужчина сам поражается: «Если подруга способна так терпеть, значит, я на самом деле создам шедевр». Этот уникальный вид женской стойкости позволяет мужчине творить в состоянии, приближенном к спокойствию, не превращаясь в загнанную лошадь. И когда приходит подлинный успех, он становится фейерверком для всей семьи.
К такой когорте женщин с их уникальным сплавом душевных черт можно отнести, скажем, Беллу Розенфельд, ставшую женой живописца Марка Шагала; Оливию Ленгдон, прошедшую по жизни с писателем Марком Твеном; Маргарет Норлунд, избравшую судьбу подруги жизни легендарного физика Нильса Бора; Мерседес Барча, переплетшую линию своей жизни с линией жизни писателя Габриэля Гарсиа Маркеса; Клементину Хозье, рискнувшую выйти замуж за тщеславного политика Уинстона Черчилля. Очень похожую жизненную задачу выполнила Елена Шиловская (Нюренберг), взявшая на себя роль ангела-храни-теля Михаила Булгакова. Важно отметить, что это роль вовсе не невзрачной помощницы, а приближенного, доверенного друга, с которым делятся сокровенным, переживают славу и падения, проходят сквозь богатство и потери. К мнению таких женщин прислушиваются в первую очередь. Женщины с разным уровнем интеллекта и образования, принадлежавшие к различным социальным слоям, они отличались тем, что виртуозно создавали резервуары для пополнения душевных сил своих знаменитых мужей. Те же создали свои шедевры далеко не без участия этих скромных спутниц. Например, об Оливии Марк Твен высказался так: «После женитьбы она редактировала все, что я писал. Более того, она редактировала не только мои произведения, но и меня самого». А чуть позже добавил в своей юмористической манере: «Я бы перестал носить носки, если бы она только сказала, что это аморально…» Эти слова вполне отражают уровень влияния жены на своего выдающегося мужа. Оливия оставила те примеры женской мудрости, которые так часто необходимы упорным в своем деле, но уязвимым в быту мужчинам.
Когда умер их сын, именно жена (которой, конечно же, было не легче) уговорила горюющего, бесконечно подавленного мужа отправиться в путешествие в Европу, чтобы сменить обстановку и хоть немного забыть о происшедшем. А позже, когда Твен организовал собственное издательство, но, незадачливый и наивный в бизнесе, довольно быстро разорился, именно жена оказалась тем незаменимым другом, чей совет заставил писателя махнуть рукой на неудачу и в конце концов начать зарабатывать деньги совсем иным путем — публичными встречами с читателями. Здесь Марк Твен не только блистал искрометным юмором, упражнялся в интеллектуальных задачах, но и приучал массы к своим героям, создавая то, что через полтора века будет называться «паблисити».
