Есть тут еще один немаловажный момент: будучи необразованной, практически невежественной молодой женщиной, Эва благодаря собственной идее радиоспектаклей о прославленных женщинах постигала многие знания, которых ей не хватало. Фактически она организовала для себя сеансы гений-терапии, причем эффективность их вышла максимальной благодаря проникновению самой радиоведущей в образы героинь. Она работала с легендарными личностями, впитывая их черты, образ мышления, оценивая и переваривая поступки. Неповторимая Екатерина Вторая, хитроумная Жозефина, величественная Анна Австрийская, непревзойденная леди Гамильтон, эпатажная Сара Бернар, утонченная Элеонора Дузе — это только некоторые образы, у которых отчаянная Эва училась жить. Этим была сделана внушающая уважение попытка доказать, что невежество — не преграда на пути к успеху, если его заменять вниманием и волевыми усилиями. Если вести разговор о простых формах успеха, яркая индивидуальность действительно будет важнее и весомее знаний. Подобный путь прошли и некоторые другие женщины, их примеры занимательны: Коко Шанель или Софи Лорен находятся в одной компании с Эвитой. Правда, они предпочитали помалкивать о своих интеллектуальных пробелах, тогда как наша героиня во время европейского турне, отвечая на вопрос журналиста газеты «Монд» о любимом авторе, заявила, что это Плутарх, но она его не читала, а лишь слышала пересказы супруга.
По жизни Эва летела кометой, в мир успешных влетела болидом, сгорела же подобно космическому обломку в губительных слоях атмосферы. Юность любит размах и авантюру, действуя наотмашь, подобно тому, как опускается, рассекая пространство, двуручный меч богатыря. Свежая, выразительная, неуемная, жадно впитывающая краски жизни, Эва не могла не привлекать окружающих. Ее жизнь была подобна экстатическому плаванию на всех парусах во время шторма, тогда как остальные суда боязливо ожидают ослабления ветра. После первых успехов еще выше подняла планку, метя только в самые крупные цели. Г оворя словами известного специалиста в области эмоций доктора Дона Колберта, Эва пристрастилась к адреналину, в основе чего заложена потребность втянуться в погоню за своими желаниями. У многих людей возникает желание добиться большего, и именно оно порождает выдающихся личностей. Но правда и в том, что способы достижения целей у разных людей существенно отличаются: одни идут спокойно и сосредоточенно, другие переходят на рваный бег, быстро задыхаются, но все же движутся, пока не загонят себя до конца. Похоже, что именно так было и у Эвиты, которую гнали какие-то тайные толчки изнутри, происходящие из глубоких обид детства. Со временем враждебность стала ее мировоззрением. Стратегия отчаяния заставляла ее действовать активно, захватнически и расширять пространство своего влияния во все более высокие слои общества.
Конечно, ей, как и всякой девочке, лишенной любви в детстве, хотелось прикоснуться к вечному чувству. Насытиться. Но и отдавать, сугубо по-женски. Ходили упорные слухи, что когда актриса услышала о неординарном красавце — полковнике Хуане Пероне, она решила проявить всю свою женскую резвость, очарование и шарм, чтобы обратить на себя его внимание. Он был перспективным мужчиной, именно таким кандидатом в герои, кто движется напролом, никогда не оглядываясь. Она рассмотрела в нем черты победителя, и, кажется, главной причиной такой ее зоркости был личный настрой на победу. Сейчас бы сказали, что они, эти экстравагантные, блестящие и отрешенные мужчина и женщина, оказались на одной волне. На одних вибрациях. Любое определение окажется подходящим, но для нас важно то, что внутреннее состояние женщины позволило ей приблизиться именно к тому мужчине, которого она искала. Осознанно или интуитивно — опять-таки не столь важно. Увидев его, она возжелала владеть им безраздельно, и, кажется, он тоже вспыхнул таким же желанием. Это уже потом были организованный им военный переворот, его смелое решение приблизить к себе актрису с весьма посредственным талантом, но самоотверженную до умопомрачения. Его влияние росло, а она приняла заманчивое предложение превратиться в диктора политической радиопередачи, сделав таким образом первый шаг не только в политику, но и в область властвования своего возлюбленного. Тут она сумела доказать, сколь ценной является для избранника. Он же убедился, что получил в подарок от фортуны настоящий бриллиант.
Экстравагантная участница мыльных опер, умевшая эпатировать публику и не обделенная природной красотой, к которой добавила обаяние и впечатляющую старательность — след неистребимого желания бывшей обитательницы бедных кварталов, — сумела изменить свою жизнь к лучшему. Свою мимолетную известность в суетливом богемном мирке она с напористостью хищника сумела конвертировать в роман с перспективным мужчиной. С октября 1945 года, когда Эва и Перон поженились, и до осени 1951 года, когда диагноз стал приговором, длилось короткое безудержное счастье, глиссирующая любовь, фейерверк удачи! Напряженные президентские выборы, война политических кланов, явление миру президента Перона и первой леди Эвиты — все это было как бы за кадром их любви, хотя большинству людей покажется обратное. А ведь Эва вошла в жизнь Перона вовремя — для преуспевающего политика, кандидата в президенты сожительство с актрисой выглядело бы гораздо хуже, чем женитьба. Тем более вся последующая игра его жены в политику была, по сути, «любовью, преобразованной в политику», как заметил много лет спустя один из близких к нему людей.
Эвита Перон взяла на себя ответственную и трудную роль связующего звена, особого «посредника» между мужем-президентом и народными массами. Во власти она сумела выделиться и нащупать путь исключительного самовыражения.
Чем Эва удивила мужчин и особенно того, кого влюбила в себя? Для начала — тем, что она всегда, при любых обстоятельствах оставалась женщиной. Вместо бездумного копирования мужских повадок, включая строгость нарядов и манеры поведения (что часто делают женщины, пришедшие в политику), она оставила за собой право блистать подобно королеве, выбрасывая на это гигантские суммы. Наблюдательные аналитики утверждают: Эвита и Перон были одного поля ягоды, оба — выходцы из сумрачного детства, «недолюбленные», неутоленные и оттого яростные. И, как следствие принадлежности к тайному ордену брошенных одиночек, отлично друг друга чувствующие, понимающие с полуслова.
Но женственность жены президента — лишь часть образа победительницы. Она осознанно вошла в политику, потому что знала, что так будет более интересна мужу, в такой ипостаси сумеет больше сделать для укрепления его власти. А также закрепит власть свою и свое положение. Она продемонстрировала возлюбленному чудесный акт преданности, когда в ходе политических интриг он оказался в тюрьме; жена приложила немало усилий для его освобождения, достойных настоящей боевой подруги. Наступил и момент, когда Эва взяла на себя ответственную и трудную роль связующего звена, особого «посредника» между мужем-президентом и народными массами.
Через год после избрания Хуана Перона главой государства Эвита предприняла первые попытки выступать перед рабочими на предприятиях. Наконец, она придумала замечательный механизм воздействия на массы неимущих — путем организации фонда помощи, которым стала управлять самолично. Трудно сказать, где ее артистичная натура играла, а где Эвита искренне проникалась ролью святой помазанницы, обнимая уродов, целуя прокаженных и инфицированных больных. С одной стороны, легко превратиться в источник избирательной помощи, раздавая страждущим дома или бесплатное лечение за границей на государственные средства. С другой стороны, визиты в трущобы и больницы, попытки заботиться о той голодающей и гниющей заживо части людского общества, из которой она вышла сама, — разве это не уникальный инструмент в руках женщины?! Следует, конечно, понимать, что Эвита делала то, к чему была способна. Не будь она потрепана в детстве и не испытай она мучения юности, вряд ли такая деятельность была ей по душе. На публике она, вне всякого сомнения, играла — массы стали огромной аудиторией театра одного беснующегося актера. Ей приписывают слова, которыми она оправдывала свое абстрагированное положение по отношению к обездоленным: «Бедняки любят, когда их всесильный покровитель появляется во всем блеске. Здесь есть нечто магическое». Возможно, но такая магия вызывает и зависть, а с ним — неизбежные проклятия, которые неимущие калеки импульсивно (порой даже не подозревая сами) шлют здоровым и богатым. Этим они часто платят за снисхождение до милостыни.
