© Скуратовская М., текст, 2025

© ГМИИ имени А. С. Пушкина, 2026

© Всероссийский музей А.С. Пушкина, 2026

© Русский музей, 2026

© Государственная Третьяковская галерея, 2026

© Государственный Эрмитаж, 2026

© ООО «Издательство АСТ», 2026

Представить себе историю костюма и моды без обращения к живописи, наверное, невозможно. Именно живопись, особенно портретная, дает возможность узнать, как выглядели люди прошлого, как они одевались. Многие из нас прекрасно помнят «Мону Лизу» да Винчи или «Неизвестную» Крамского, а значит, представляют, что носили в эпоху Возрождения и в конце XIX века, даже не увлекаясь этой темой. Если же увлечься, то нам открывается еще больше… А ведь чем глубже знания в области истории, тем ярче становится прошлое.

Конечно, точное отражение реальной действительности не всегда является главной целью художника – это касается и одежды. Художник может проявить фантазию, может упростить наряд или, наоборот, усложнить… Однако костюм на картине в любом случае остается важным свидетельством эпохи.

Так давайте посмотрим на знаменитые произведения европейской и русской живописи именно под таким углом: что рассказывают костюмы о тех временах и о тех людях, которые их носили? О чем они заявляют откровенно, о чем умалчивают, а что готовы раскрыть, но только очень внимательному зрителю?

Эта книга – в какой-то мере подарок мне самой. Той девочке, которая когда-то листала художественные альбомы и любовалась принцами и принцессами, одетыми в разноцветные шелка. Как же хотелось узнать больше об этих восхитительных нарядах, сколько было вопросов… Что ж, пришлось вырасти, узнать ответы, а теперь и начать рассказывать.

Ян ван Эйк был одним из лучших мастеров портрета своего времени. Возможно, эта картина – автопортрет художника. Темное верхнее одеяние с меховым воротником теперь уже плохо различимо на темном же фоне, и в глаза прежде всего бросается ярко-красный головной убор. В историю искусства эта картина вошла под названием «Портрет мужчины в тюрбане» или «Портрет в красном тюрбане». Но на самом деле это не тюрбан, а шаперон – один из самых популярных головных уборов Средневековья. Его обильные складки действительно напоминают восточный тюрбан, чем и вызвана ошибка.

У шаперонов довольно любопытная история. И мужчины, и женщины в средневековой Европе носили пелерины с капюшонами. Пелерина закрывала и утепляла верхнюю часть тела, а конец капюшона мог быть довольно длинным и свисать сзади. Однако со временем появилась новая манера носить капюшоны: их надевали так, что пелерина свешивалась с одного бока, а длинный кончик – с другого. Более того, капюшоны стали шить с расчетом именно на такой способ ношения, хотя в ходу оставался и прежний вариант. В историю костюма этот головной убор вошел под названием «шаперон». У того же ван Эйка есть несколько портретов, на которых изображены мужчины в шаперонах, и по обеим сторонам лица у них видны длинные складки ткани.

Носить шапероны можно было по-разному. Поскольку в те времена хорошая ткань была очень дорогой, то свой статус старались подчеркнуть с помощью ее количества, и обе детали могли быть довольно длинными. Их можно было обматывать вокруг головы – или обе сразу, или только одну, оставляя вторую свисать свободно; можно было намотать длинный конец вокруг шеи. Словом, вариантов ношения было множество. Со временем появилась еще одна деталь, которую надевали поверх всего этого. Она представляла собой длинную полосу ткани, которой обматывали голову, или мягкий тканевый валик. В результате на головной убор могло уйти несколько метров материала.

Портрет мужчины в тюрбане, Ян ван Эйк, 1433, Лондонская национальная галерея

Так что объемная масса красной материи на портрете – это шаперон, длинные концы которого уложены на голове владельца. Такой вариант весьма удобен – нигде ничего не свисает и не мешает. А яркий красный оттенок говорит о дороговизне ткани этого «тюрбана», и, соответственно, о материальном положении владельца.

Это одна из самых загадочных картин в истории живописи, и существует множество ее трактовок. Однако кто бы ни был изображен на портрете и какие бы цели ни преследовал художник, современники сразу могли оценить благосостояние этой пары по костюмам. Длинные широкие одежды из дорогих тканей и меховая отделка демонстрировали статус не меньше, а то и больше, чем, например, драгоценности.

На женщине надето нижнее голубое платье с длинными рукавами и золотистой отделкой на манжетах. Подол платья отделан узкой полоской белого меха – чрезвычайно непрактично, но оттого еще более роскошно. Верхнее платье сделано из плотной зеленой, скорее всего, шерстяной ткани. Зеленый краситель был одним из самых дорогих, и чем ярче был цвет, тем дороже материя, а на такое длинное, широкое одеяние ее ушло очень много. Подол платья сзади переходит в шлейф. Даже за аристократками шлейфы пажи несли отнюдь не всегда, так что умение изящно подхватывать рукой пышные складки было важным навыком. Подкладка верхней одежды в то время нередко демонстрировалась окружающим, поэтому она была, как правило, контрастного цвета. Здесь это белый мех: платье целиком поставлено на меховую подкладку. Возможно, это горностай или белка, которая в ту эпоху высоко ценилась. У зеленого платья длинные откидные рукава, причем нижняя часть украшена сложной отделкой с фигурными вырезами.

Широкую неприталенную одежду можно было прихватить поясом. Пышность складок у талии госпожи Арнольфини наводит на мысли о том, что она в положении, однако, скорее всего, это не так – просто ее поза и округлость живота соответствуют идеалам поздней готики, и положение рук, скорее, символическое – оберегающий жест, означающий плодовитость.

Волосы не распущены, а уложены в прическу и прикрыты, потому что перед нами замужняя женщина. По бокам головы два пучка, напоминающие рожки – «рогатые» женские прически и головные уборы были очень модны в ту эпоху. Причем у госпожи Арнольфини довольно скромный, не слишком объемный вариант. Сверху наброшено белое покрывало, отделанное узкими оборочками по краю – такая разновидность чепца была популярна во Фландрии и немецких землях.

Женский костюм в любом случае был длинным, а вот у мужчин длина платья могла разниться, и одежда господина Арнольфини говорит о том, что ее хозяин занимает высокое положение.

Длинные, довольно широкие рукава – это нижний слой одежды. Они из дорогой черной узорчатой шелковой ткани. Сверху надета широкая накидка. За прошедшие столетия краски частично выцвели, изначально же цвет был более насыщенным, глубокого пурпурного оттенка. Возможно, это бархат. Накидка поставлена на меховую подкладку. В Средние века нередко прибегали к такому приему: подбивали одежду недорогим мехом, а сверху отделывали более ценным. Однако у господина Арнольфини и подкладка, и отделка из драгоценного соболя.

А вот головной убор относительно прост – это соломенная шляпа с высокой тульей. Правда, солома окрашена в глубокий черный цвет, а это тоже недешево. Такие головные уборы носили летом, да и по дереву за окном видно, что на дворе теплое время года. Так что одежды с мехом – возможно, лучшие из имевшихся в гардеробе, – выбраны не в соответствии с сезоном, а ради демонстрации статуса.

На ногах господина Арнольфини черные штаны-чулки в обтяжку и черная же кожаная обувь на тонкой подошве. Конечно, такие изящные башмаки можно было носить только в помещении; а выходя из дома, поверх них надевали специальную обувь на толстой деревянной подошве, которая немного приподнимала своего владельца над грязью улиц. Именно такая пара обуви стоит рядом.