Оперативник должен уметь перевоплощаться... Кузькин всегда таскал с собой парик, очки, усы и всякий шпионский грим. Сегодня все это понадобилось. За пять минут у Вадика появились противные усики, синяк под глазом и другие атрибуты городского хулигана...
Черная «Волга» притаилась у морга... Ирина сидела за рулем и на всякий случай не глушила двигатель. Кузькин инструктировал Хилькевича, а тот морально готовился к совершению нехороших поступков. Ему предстояло и словом, и делом оскорбить незнакомую женщину...
Патологоанатом Дарья Носова всегда с работы ходила пешком. Для этого было много причин. Первая — Шадринск город маленький, и за полчаса его можно пройти из конца в конец. Вторая — банальная экономия денег. Третья — при такой «убойной» работе вечерние прогулки очень полезны для нервов. И последняя — в пустой квартире Дарью никто не ждал, и она оттягивала время прихода домой.
Ей было сорок. Она слышала, что в этом возрасте жизнь только начинается. Она очень надеялась и верила в это, но никаких приятных событий не происходило. Не только принц на белом коне не встречался — вообще не было никаких знакомств. Почти каждый день сослуживцы привозили к ней новых мужчин, но это были трупы, которые она кромсала вдоль и поперек.
Сегодня Дарья вышла совсем поздно. Уже смеркалось, и она решила не идти через парк, а прогуляться по освещенной улице. Правда, в этом случае в конце пути ей придется идти через пустырь, а потом и проходными дворами.
Вначале она шла медленно, разглядывая знакомые витрины. И «Волга» двигалась за ней рывками — двадцать метров пути, короткая остановка, и опять вперед.
Когда Дарья свернула направо, на улице стало меньше витрин и прохожих. А потом и фонарей стало меньше — начался пустырь...
Хилькевич вышел первым. «Волга» промчалась вперед, обогнав судмедэксперта Дашу Носову. Где-то за кустами машина притормозила, из нее выскочил Кузькин и стал ждать развития событий...
Вадим с азартным настроем уже догонял женщину. Он угрожал ей и невнятно ругался... Дарья ускорила шаг, но и «хулиган» резво побежал. Он догнал ее, схватил за плечи и злобно прокричал: «Деньги давай! Или убью».
Носова попыталась вырваться, но у Хилькевича была железная хватка. Он ждал, пока появится Кузькин. А тот уже бежал навстречу с криком: «Отпусти ее, гад! Не трогай женщину...» Потом началась потасовка и активный обмен ударами. В результате преступник с позором бежал, а Лев Кузькин лежал на траве и стонал. Понятно, что Дарья не могла бросить своего спасителя.
— Что с вами? Вам очень больно?
— Больно, но не смертельно... Ребра он мне немного помял и брюки порвал.
— Пойдемте ко мне. Я врач. Я вас осмотрю, а потом брюки зашью... Спасибо вам! Я как-то совсем растерялась... Спасибо!
— Пустяки... Вот брюки зашить — это хорошо бы. Я только что из Москвы в командировку приехал, а в гостинице мест нет. Мне еще ночлег искать, а с такими брюками это просто тихий ужас...
— Простите, но переночевать вы можете у меня... Вы же мой спаситель!
— Но неудобно как-то. А если ваш муж будет против?
— Нет, муж не будет против... У меня нет пока мужа.
Последние слова Дарьи взбодрили Кузькина. Даже когда он сидел в трусах, прикрывая колени пледом, а хозяйка пыталась зашить огромную дыру в его штанах, и тогда он обсуждал эту проблему.
— Не пойму я, Даша, современных мужчин! Куда они смотрят?.. Вот вы — красавица!
— Ну что вы, Лев... Я, конечно, не уродка, но...
— Не возражайте, Дарья! Вы — красавица. Вы — умница и человек чистой души... Вы — ангел, а мужики — дураки безмозглые! Упустить такой бриллиант!
— Вы, Лев, подхалим и льстец... Но мне приятно... У меня все готово! Надевайте ваши брюки и разливайте вино. А я пойду быстро приготовлю ужин. Будем праздновать наше знакомство!
Дарья с загадочной улыбкой убежала на кухню, а Кузькин быстро выполнил все, что она велела — натянул штаны и наполнил бокалы красным вином «Мерло» местного завода. Теперь оставалось последнее действие. Лев достал свой кошелек, где среди монет лежала маленькая плоская коробочка. А в ней — три таблетки...
Лев чувствовал, что делает гадость. Но он знал, что есть профессии, где очень напряженно с добротой и моралью. И адвокат, и врач, и сыщик, и финансовый инспектор — все они ради высокой цели могут сделать очень плохо конкретному человеку. И Кузькин сделал это! Он взял одну таблетку и опустил в бокал, стоявший перед креслом медицинского эксперта Носовой...
Он что-то шутил, а Даша смеялась и с восторгом смотрела на Кузькина. А ему от этого становилось тошно на душе — вот сейчас эта доверчивая женщина выпьет и вырубится на час.
— Лев, мы еще не выпили ни разу!.. У меня тост — «За удачный день»!
— Я понял, Даша! Сегодня вас наградили орденом?.. Вы, вообще, в какой сфере трудитесь?
— Я медик, хирург...
— И сегодня вы кого-то оперировали? Кого-то вытащили из лап смерти?.. Угадал?
— Да, но не совсем... Я сегодня, Лев, вытащила пулю из одного человека, и этим помогла следствию. Мне сам начальник УВД звонил, обещал завтра заехать и забрать.
— Так, значит, она пока у вас?
— Кто?.. Пуля?.. Да, она у меня в сейфе...
— Вот и отлично, Дарьюшка!.. Тогда пора пить. Но не просто, а на брудершафт... Это так — пьем до дна, целуемся и переходим на «ты».
— Отличная идея... Я согласна...
Они скрестили руки с бокалами, торопливо выпили все вино и стали целоваться. Дарья со студенческих лет не занималась этим делом. Она забыла, как это хорошо. Она забыла, как от этого кружится голова... И не только кружится голова, но и очень хочется спать...
— Лёвушка, ты просто сводишь меня с ума... У меня коленки ватные и мысли путаются.
— А ты отдохни... Давай я тебя на диван положу.
— Ой, зачем так сразу?
— Да я не в этом смысле. Ты поспи пять минут, и все пройдет...
Лев уложил Дарью на диван, и она мгновенно заснула... Тогда он вынул из ее сумки связку ключей и открыл входную дверь. Там на площадке, нервно переминаясь с ноги на ногу, его ждал Вадик Хилькевич.
— Держи, Вадим, ключи... У вас сорок минут. Пуля в ее сейфе... И не надо там ее фотографировать. Подмени — и все дела!
— Ну ты скажешь, Лев! Чем можно подменить пулю?
— Другой пулей... Я неделю назад в тире был. Вот в кармане завалялось несколько штук. Выбирай!
* * *
Им и раньше приходилось проводить ночные нелегальные обыски. Но это было в квартирах, на дачах или в офисах фирм. Морг трудно назвать офисом. Тем более морг Шадринска...
Они оставили машину за сто метров до объекта.
Времени было мало, и пришлось действовать без разведки. Впрочем, свет в морге горел, но лишь в одном окошке — в сторожке у входа. Это был полуподвал, и надо было наклониться, чтоб заглянуть внутрь.
Вадим наклонился и заглянул... В низенькой светелке беззвучно работал телевизор, а вахтер спал на диване, повернувшись задом к информационной программе «Вечерний Шадринск».
Пока все складывалось удачно. Хилькевич работал над замком всего минуту, и «сезам» открыл свои сокровища. Ирина, которая до этого стояла «на стрёме», вошла первая и включила фонарик. И слева, и справа шли полуподвальные коридоры. Всего около дюжины дверей. И среди них надо было найти кабинет Носовой.
На связке было три ключа. Один из них — явно сейфовый. А вот два других вполне могут подходить к обычной двери... Они начали с дальнего конца левого коридора. Ирина светила в замочную скважину, а Вадим пробовал оба ключа.
Третья дверь открылась... Это было холодное помещение с облупившимся светлым кафелем. Вдоль стен — сверкающие шкафы со стеклянными дверцами и столы со столешницами из нержавейки. А в центре — операционный стол, на котором лежало нечто, прикрытое простыней.
— Вадим, это точно не кабинет Носовой.
