Девушка покосилась на него. Произнесла без тени улыбки:

— Я давно хочу тебя спросить. Что означает один ноль в мою пользу? Какая мне от этого польза?

Глеб решил не реагировать на ее шутку, произнесенную с серьезным лицом. Новое открытие не давало ему покоя. Он повернул голову направо и, мимо двух дремлющих профилей соседей, принялся смотреть в восточное окно.

— Реально? — невпопад проговорила Лара, будто повторяя словечко Глеба, но не услышав ответа, отстала.

Пусть подумает. Надо все же как-то воспитывать эту девушку... Но что же все-таки произошло? Возможно, они пользуются супераппаратурой, с которой, например, работали японцы, когда нашли потайную камеру под Сфинкском. Какое-то сканирование подземных пластов — то ли ультразвук, то ли рентгеновские лучи. Видимо, их криминальный доход столь серьезен, что они могут позволить себе что-то подобное.

17

Так или иначе, Глебу ничего не оставалось, как продолжать свою миссию коварного соблазнителя. От автовокзала он не стал брать такси, а затолкнул девушку в маршрутку. Когда они приехали к музею, «выяснилось», что он закрыт.

— Что такое? — вскинула голову Лара.

Глеб развел руками:

— Не успели. Просто я неправильно рассчитал время.

— Ты никогда этого не умел делать.

— Что? Почему ты так говоришь? Будто бы знаешь обо мне что-то?

— Нет, — вздохнула Лара. — Ничего я о тебе не знаю. Просто я знаю людей, а люди никогда не ценили времени. Ясно одно: надо снимать какую-то хату на ночь.

— Здесь рядом гостиница.

— Не пойдет. Меня не пустят в гостиницу.

— Это еще почему?

— У меня нет паспорта.

Глеб с изумлением воззрился на девушку.

— Я его потеряла, — пояснила она.

Девушка явно лгала. Скорее, паспорт у нее был, только она не хотела, чтобы на ресепшен отеля Глеб его увидел. Возможно, она просто скрывает свое настоящее имя.

— Ну что ж, — сказал он, — едем обратно на автовокзал и впишемся в частный сектор.

На сей раз он все же взял такси. У автобусного терминала дежурила небольшая толпа хозяек, предлагавших ночлег. Глеб не отпустил машину, мигом договорился, и через несколько минут они уже вошли в старый каменный дом на Береговой улице с мрачным видом на два старых моста и адыгейский консервный комбинат на той стороне реки, но с обширным садом, уютным навесом о шести столбах, маскирующимся под беседку, поскольку три его стены были заставлены мебелью.

— Две комнаты, — уточнила Лара, — когда моложавая быстроглазая хозяйка проводила их в прекрасную спальню с широкой деревянной кроватью, увенчанной горкой подушек наподобие египетской пирамиды.

Хозяйка пожала плечами и открыла еще одну дверь: за ней была очень маленькая светелка с узкой кроватью.

— Вот эта как раз по мне! — обрадовалась Лара.

Была также продемонстрирована ванная с газовой колонкой, микрокухня для гостей, чтобы они могли чаевничать, не тревожа владельцев дома, и туалет.

Лара скрылась в ванной, Глеб опустился на свою шикарную кровать и утонул в нежной перине. Хлопнул ладонью по пирамиде Микерина. Верхняя подушка отличалась по цвету от всех остальных, чем напоминала именно эту усыпальницу эпохи Древнего Царства.

Сколько фальшивок бродит в мире с тех пор, как люди возвели в материальную ценность всякое старье! Эти имитации вводят в заблуждение не только дилетантов, но и настоящих ученых. Масса подделок хранится в самых серьезных музеях мира... Тутанхамон — и тот спорный.

А вот еще одна странная мысль: что, если некие силы в регионе хотят помешать строительству школы?

Зачем? Причин может быть множество — от идеологических до самых меркантильных. Например, строительство надо было во что бы то ни стало затормозить, хотя бы при участии невинных археологов, а затем... Допустим, в краевой администрации со дня на день ожидается некое решение насчет этих земель... Скажем, устроить здесь какой-нибудь вип-пансионат.

Глеб фантазировал дальше и улыбался собственным фантазиям. Ночью пригоняют экскаватор и наспех мастерят древнегреческий склеп. Пихают туда что попало, в том числе — скифскую бабу. Монету бросают какую-то не ту... Подозрительный камень нарочито выводят на поверхность, чтобы Глеб наверняка наткнулся на него...

Его бесплодные фантазии прервал вполне реальный девичий крик, смешанный с громом тазов в ванной: похоже, с Ларой случилось нечто ужасное...

В три прыжка Глеб очутился перед дверью и окликнул девушку. Та высунула мокрую голову — в мутном облаке пара сияли ее глаза.

— Уже ничего, — сказала она. — Не смогла справиться с этими кранами. Ты мне показывал, но я забыла...

Глеб с изумлением уставился на нее:

— Что? Когда это я тебе показывал?

Лара закусила губу — так делает ребенок, когда проговорится о чем-то. Глеб не мог не увидеть того, что туманилось в дверной щели, окутанное паром, как прозрачной фатой: он вдруг отчетливо подумал, что ни сегодня, ни когда-либо в будущем не прикоснется к этому складному, гладкому, словно античная статуя, телу.

— Да о чем ты? — настаивал он, чувствуя, что за ее словами кроется нечто очень серьезное.

— Что-то вроде сна, — сказала Лара. — Это называется «дежа вю». Мне как бы уже снилось все это: ванная, газовая колонка. Ты показывал, как крутить эти мудреные краны, но я все равно не сообразила и обварилась кипятком.

— Кто ты? — вдруг резко спросил Глеб.

Лара опустила голову, буравя его взглядом из-под мокрой челки.

— Скажу, ты все равно не поверишь.

— По крайней мере, у меня будет версия.

— Ладно. Только не прямо сейчас. Мы ведь будем ужинать, как обещала хозяйка?

«Может быть, она просто безумна? — думал Глеб, когда спустя полчаса они сидели под навесом, глядя, как ночные бабочки вьются вокруг лампы у потолка. — Нормальная сумасшедшая девушка. Паспорта нету, поскольку сбежала из психушки. Вообразила себя невесть кем».

— Вот так мы и бегаем друг за другом, уже десять тысяч лет по вашему исчислению, — закончила она свой рассказ, прожевывая кусок домашнего пирога с курагой.

— М-да... — протянул Глеб, также отщипывая от этого пирога.

— Ты мне что же, не веришь? — спросила Лара, взмахнув ладонями.

— Нет, — спокойно ответил Глеб. — Увы, ничуть не верю. Но в амфоре действительно спрятано что-то такое... Нечто очень ценное для тебя. С этим я могу согласиться. И все это так интересно, что я не отступлюсь и помогу тебе.

18

Глеб утопал в мягкой перине, слегка пьяный от хозяйского прошлогоднего вина. Август. Новое вино ждать еще более месяца. Пока мы довольствуемся варёхой.

Лара спала за тонкой дощатой дверью, в своей светелке, теперь погруженной в темноту. Нечего было и думать войти туда, на что он еще недавно так рассчитывал. Дело было вовсе не в том, что она ему рассказала — сущий вздор, похожий на пересказ какой-то компьютерной игры в стиле фэнтези, — а в том, что связываться с больной девушкой недостойно мужчины.

Лара — воин из племени амазонок, бесстрашных и сильных женщин, которые жили на древнем, давно ушедшем под воду континенте, в своем давнем времени, они боролись с силами зла — могильщиками. Ее цель — амфора. Предводитель могильщиков — не кто иной, как Зонгар, и ему тоже позарез нужна амфора. Ларе и Зонгару было даровано бессмертие плюс возможность путешествий во времени, и они оба вынуждены скитаться в тысячелетиях, бесконечно пряча друг от друга амфору. М-да. Тяжелый случай.

Глеб давно избегал людей, которые несут о себе всяческую чушь, вроде того, что они способны прорицать, лечить, предсказывать судьбу по звездам и так далее. Тут одно из двух: либо какой-нибудь астролог-любитель на самом деле верит, то есть просто болен психически, либо морочит тебе голову. В первом случае можно ему и поддакнуть из милосердия, а вот во втором возникает проблема: сделаешь вид, что веришь, и он сам первый будет считать тебя дураком и смеяться в кулачок.