— Во-во, к горизонту событий черной дыры объект замедляется сильнее и сильнее. И в конце концов останавливается. На самом-то деле ничего подобного не происходит. Просто внешний наблюдатель никогда не сможет увидеть, как объект пересечет горизонт событий.

— Как же дело развивалось дальше? — поинтересовался Артур.

— Хреново развивалось. На родной планете я не нашел справедливости — всем известно, что в наших мегерских судах сидят одни маразматики-ортодоксы. Беда в том, что к мнению этих старых пердунов прислушиваются. И еще как! Куда бы я потом ни обращался, в какие бы двери ни стучал, везде и всюду получал отказ. Короче говоря, я потерпел неудачу во всех судебных инстанциях Обитаемой Вселенной! А что удивительного? Проклятый следователь всякий раз совал судьям снимки «Бурана»: вот-де Пол Крестовский, и никуда он не пропал, местонахождение его нам известно, и все такое... Так я дошел аж до Президиума Высшего Межцивилизационного суда Справедливости на Асгарте. Но и Президиум отказал в удовлетворении моей жалобы. А его решение обжаловать просто некуда. Так-то! Я уже и к специалистам ходил, к ученым всяким. Ведь когда-нибудь, спрашиваю, «Буран» свалится в Старую Вёльву? Пускай, говорю, случится это нескоро, пускай очень нескоро — я готов подождать! Скажите только, сколько? Сто лет? Двести? Пятьсот?! Они в ответ: ждать придется вечность.

— Пойдем со мной, — предложила магичка Шварцлох, сочувственно потрепав Бедолагу Джима по голове, — и вечность покажется тебе мгновением.

Артуру ни с того ни сего стало бесконечно грустно. Даже тоскливо. И вовсе не от того, что его расстроили злоключения Джима. Скорее, напротив. Какая смелая, какая радужно-чистая мечта погибла, с горечью думал он. И все из-за глупой жадности ничтожного интергалактического хлюста. Ему захотелось немедленно напиться.

— Что же теперь? — спросил он.

— Что теперь? — с усмешкой переспросил Джим. — Теперь я сижу здесь, в Кукише. Коротаю вечность.

— У всего есть конец, — философски изрек министр в изгнании, — когда-нибудь и вечность кончится.

— Надежды — сны бодрствующих, — едва слышно прошелестел клюквенный куст.

Владимир ЛЕБЕДЕВ

КУДА ИСЧЕЗ ПАВЛИНИЙ ТРОН?

Необычная история Павлиньего трона, вывезенного Надир-шахом из Индии и ставшего символом иранской монархии, впервые меня заинтересовала, когда я прочел о нем в книге французского ювелира и путешественника Жана-Батиста Тавернье «Шесть путешествий», вышедшей в 1676 году в Париже. Он первый из европейцев увидел и был поражен сверкающим самоцветами шедевром индийских мастеров.

Затем я познакомился с результатами поисков Павлиньего трона бельгийского коммерсанта мсье де Баке, отыскавшего документы о погибшем судне «Гроувенор», перевозившем драгоценности, награбленные англичанами в Индии, в том числе и Павлиний трон.

И, наконец, мне посчастливилось посетить сокровищницу иранских шахов в Тегеране, где среди удивительных ювелирных изделий высился... Павлиний трон. Правда, непонятно, каким он был по счету — ведь (по приказу шахов) их было изготовлено целых семь штук.

Создание шедевра

Павлиний трон, олицетворяющий собой величие и богатство Моголов, был изготовлен для могольского императора Джахан-шаха в 1629 году. Во все концы Индии шах разослал глашатаев на верблюдах и лошадях. Они призывали лучших художников явиться во дворец для выполнения работы, требующей величайшего мастерства.

Перед явившимися художниками шах Джахан высыпал груды драгоценных камней и предложил создать трон с верхушкой, неотличимой от настоящего павлиньего хвоста.

Мастера приступили к тонкой ювелирной работе. Они подбирали по тонам и оттенкам сапфиры и изумруды, обрамляя их отборным жемчугом и алмазами. Иногда у художников возникали споры: какими самоцветами украшать подлокотники, спинку и ножки трона. После жарких дебатов умельцы приходили к заключению, что ценность Павлиньего трона должна заключаться не в стоимости камней, а в их художественном подборе.

По окончании работы во дворце шаха был устроен пир, а также торжественное шествие по столице. На белого слона водрузили сверкающий Павлиний трон, на котором восседал сам шах Джахан. Впереди слона шли трубачи и барабанщики, а за ними на породистых лошадях, в высоких седлах ехали празднично наряженные вассальные раджи и султаны. При виде такого шествия народ падал ниц и поднимал руки к небу, как бы прося у богов благоденствия императору и его воинству.

Свидетельство очевидца

По описаниям европейцев, Павлиний трон был шедевром ювелирного искусства.

В 1676 году в Париже вышла книга «Шесть путешествий, совершенных Ж.-Б. Тавернье в Турцию, Персию и Индию», в которой французский ювелир Жан-Батист Тавернье делится с читателями впечатлениями о своих поездках, в частности о посещении в индийской столице Агре шахского дворца Аурангзеба. Тавернье с восхищением рассказывает о сказочной роскоши падишаха Индии, которую он лицезрел: дворец был переполнен алмазами, золотом, изумрудами, рубинами, сапфирами и жемчугами. Ауранзеб ел только из золотых тарелок, украшенных алмазами и другими драгоценными камнями; пил из хрустальной посуды с крышками из золота, на которых сверкали самоцветы.

Шах милостиво разрешил Тавернье осмотреть драгоценности двора. Одни из них, по Тавернье, находились в особых ящичках, другие украшали Павлиний трон, третьи искрились на балдахине (навесе над троном). На нем было 108 кабошонов благородной шпинели, 160 изумрудов, много алмазов. На балдахине висел необычной формы алмаз от 80 до 90 каратов, окруженный рубинами и изумрудами. Он находился на стороне, обращенной к присутствующим в зале. Под сводом балдахина находился павлин, тело которого было сделано из золота и украшено эмалью и жемчугами. На груди птицы красовался большой рубин с нитками жемчуга. Хвост павлина был сделан из голубых сапфиров и драгоценных камней.

Павлиний трон — настоящее произведение искусства. По предположению Тавернье, он оценивался в 107 тысяч рупий (160,5 миллиона франков).

Главнейшие драгоценности Тавернье описал и взвесил. Так, помимо алмаза в 80–90 каратов, он отметил: большой алмаз «Великий Могол», большой алмаз грушевидной формы, розовый камень, жемчуга, рубины.

Если верить могольским живописцам, у трона, вопреки описанию Тавернье, спинки не было. Ею служила подушка (мутак). Павлины же из драгоценных камней, судя по миниатюрам, оставленным художниками, украшали только балдахин.

Похищение

При разграблении Дели Надир-шах вывез в Иран не только Павлиний трон, но и драгоценный диван с павлиньей атрибутикой. Видевший трон в Персии безымянный агент сообщал Кадушкину, русскому консулу в Исфахане, что при виде такого сказочного богатства было отчего сойти с ума: сам Павлиний трон весил чуть менее двух тонн чистого золота. Одних только оправленных в золото рубинов, изумрудов и бриллиантов вывезли на двадцати одном верблюде более пяти тонн, мелких алмазов — до полутонны, а жемчуг и вовсе не стали считать.

Приключения трона

Персидский правитель лишился павлиньих трона и дивана во время боев с курдами, которые, по всей видимости, разобрали трон на части и распродали их.

По другой версии, представители британской Ост-Индской компании вывезли его на Цейлон, а оттуда на «Гроувеноре» собирались переправить в Великобританию.

В дальнейшем персидские шахи не раз пытались воссоздать Павлиний трон в резиденции шаха Пехлеви — Гулистанском дворце в Тегеране. Наиболее роскошный был изготовлен в 1812 году по заказу Фатха Али-шаха и назывался «Трон Солнца».