В колофоне знаменитого Лазаревского Евангелия, переписанного в 336/887 г., значится: «… книга переписана в правление (յիշխանութևանն) ишханац ишхана Ашота (Багратуни. — К. Ю.)»^[385]. Если в 887 г. Ашот I уже имел царское достоинство (наиболее вероятной датой его восшествия на престол является 886 г.), тогда следует думать, что византийский титул Ашота I мог быть выражен и в его исконной армянской форме.

Таким образом, нам достоверно известно, что первые три царя Багратида носили титул архонта архонтов. По поводу же брата и преемника Ашота II — Абаса (929–953) известно, что он был магистром. Наделенный этим титулом, он фигурирует и в послании Романа Лакапина неизвестному армянскому князю, которое мы датируем 929–943 гг.^[386] (Об этом послании см.: Приложение II). Сам по себе титул магистра не свидетельствует о каком-либо «понижении» — этот термин принадлежит другой системе обозначения. Такого рода смешение наблюдается и в ««De cerimoniis»»^[387] — здесь царь Восточной Грузии назван «куропалатом Иверии», т. е. титулом, который относится к тому же ряду, что и магистр. Но сдвиги в распределении международно-правовых титулов, безусловно, произошли. В «De Administrando Imperio» Константина Порфирородного Гагик I Арцруни фигурирует как архонт, но в ««De cerimoniis»»^[388] высказана иная точка зрения: «Архонту Аспуракана, или Васпаракана, ныне титулуемому архонтом архонтов, Константин и Роман, верные во Христе боге автократоры, августы, василевсы ромеев — славному имярек архонту архонтов». В послании Романа Лакапина царь Васпуракана Гагик I Арцруни назван архонтом архонтов^[389]. Таким образом, в какой-то момент титул архонта архонтов был присвоен васпураканскому царю. Произошли изменения и в интитуляции царя Великой Армении. В ««De cerimoniis»»^[390] отмечено, что послание архонту архонтов Великой Армении снабжается печатью в три солида, а инскрипция гласит: «Константин и Роман, верные во Христе боге автократоры, августы, великие василевсы ромеев — славнейшему имярек проту (πρώτον) Великой Армении и духовному нашему сыну». Нетрудно заметить, что обозначение «архонт архонтов» фигурирует только в описательной части текста, в воспроизведенной же дословно инскрипции, т. е. в совершенно официальной части, царь именуется протом. Прот — термин, официальный титул. В 46-й главе II книги ««De cerimoniis»» перечислены титулы, которые жалуются иноземным правителям. Наряду с архонтом архонтов здесь упомянут также и прот^[391]. Нечто подобное мы наблюдаем и в случае с Аланией. В описательной части правитель Алании назван экзусиократором, а в инскрипции — экзусиастом^[392]. Известна печать экзусиократора Алании Гавриила^[393]. По-видимому, и по отношению к Алании произошли изменения в интитуляции.

Сопоставление данных ««De cerimoniis»» и в особенности послание Романа Лакапина приводит к убеждению, что, согласно византийским нормам, в Армении мог быть только один архонт архонтов. Носитель этого титула становился первенствующим среди архонтов, хотя при этом в число последних могли входить и цари. Титул архонта архонтов адекватно отражал позицию его носителя по отношению к прочим архонтам. Вполне возможно, что, включая его в список международно-правовых титулов, византийцы исходили не только из его грамматического соответствия армянскому ишханац ишхан, но руководствовались практикой самого института. Действительно, как уже говорилось, и по арабским представлениям, ишханац ишхан становился главой над прочими ишханами, причем только одно лицо могло занимать это место. Арабская модель сохранила свои существенные черты и в византийском преломлении.

Таким образом, достоверно известно, что архонтами архонтов были последовательно Ашот I, Смбат I, Ашот II Багратуни, после смерти Ашота этот титул получил Гагик I Арцруни^[394] и еще при его жизни предложен неизвестному армянскому князю, адресату Романа Лакапина. Наши сведения об институте архонта архонтов на этом обрываются. В составе «Хронографии» Матфея Эдесского сохранилось послание Иоанна Цимисхия Ашоту III Багратуни. Армянский царь в инскрипции именуется шаханшахом. Р. М. Бартикян полагает, что в греческом подлиннике этого послания здесь значился архонт архонтов^[395]. Но мы видели, что после 929 г. носителем этого титула стал царь Васпуракана, а не Великой Армении, и нет оснований думать, что титул вернулся к Багратидам. По мнению А. Рамбо, армянское «шаханшах» в данном месте является подстановкой греческого πρώτος^[396]. Действительно, таким был официальный титул царя Великой Армении в период составления, точнее — редактирования ««De cerimoniis»». Но можно ли быть уверенным, что до середины 70-х годов, когда Иоанн Цимисхий писал Ашоту III, в интитуляции царя Великой Армении не произошло новых изменений? Сведения, относящиеся к XI в., не только не устраняют, но, скорее, оправдывают подобное предположение.

Согласно Скилице, в 1032 г. император Роман Аргир отдал свою племянницу в жены Йовханнэсу-Смбату — экзусиарху Великой Армении^[397]. В рассказе о захвате византийцами Ани говорится, что в период восстания Георгия I против империи союзником грузинского царя был Йовханнэс-Смбат — ό της του Άνίου κυριεύων χώρας^[398]. Восстание потерпело поражение, тогда император на определенных условиях пожаловал Йовханнэсу-Смбату титул магистра и назначил его пожизненно «архонтом Ани и так называемой Великой Армении»^[399]. Преемник Йовханнэса-Смбата Гагик II назван здесь топархом Ани^[400].

Отсутствие контрольных данных лишает нас возможности оценить достоверность сведений Скилицы. В такого рода источнике возможна терминологическая небрежность. Тем не менее нельзя не отметить, что экзусиарх, архонт, топарх — официальные титулы^[401]. Κνριευων в этом списке отсутствует, есть Κυριώτατος и κύριος; известно, однако, что этот термин является официальным титулом правителя Счастливой Аравии^[402]. Термином топарх в литературе XI в. обозначали предводителя иноплеменного народа или страны, находящейся по соседству с византийскими границами. В таком значении употребляет это слово Кекавмен^[403]. Есть основания думать, что хотя бы часть этой лексики принадлежит официальной титулатуре армянского царя, которая продолжала меняться во времени. Нечто подобное наблюдается и в Грузии. В рассказе об Ани Георгий I назван архегосом, хотя в ««De cerimoniis»»^[404] правитель Авасгии носит титул экзусиаста, а царь Восточной Грузии был «куропалатом Иверии»^[405]. Но, судя по ««De cerimoniis»»^[406], архегос — также официальный титул.

Помимо названных царств в орбиту византийской политики были втянуты и отдельные армянские княжества. В списке адресатов числятся архонты: του Κοκοβιτ, του Ταρώ, του Μωεξ, του Ά|υ|ζαν, του Συνης, του Βαιτζώρ, του Χατζιένης, и каждый адресат снабжен пометкой: 'Αρμενία. К этой же группе следует отнести и^трех архонтов: του Σερβοτιών, των λεγομένων Μαύρα παιδιά^[407]. Определение топонимов трудности не представляет: здесь названы области Коговит, Тарой, Мокк, Андзавацик, Сюник, Вайоц Дзор, Хачэн, Севордик (Утик)^[408]. Как было сказано выше, официальный характер титула архонт подтверждает и ««De cerimoniis»»^[409], хотя, вообще говоря, этот термин отличается полисемичностью^[410].

Контрагентами византийского императора были также куропалат Иверии, архонты четырех соседних с ним княжеств^[411], экзусиаст Авасгии, архонт Албании и других кавказских княжеств^[412]. Особыми нитями были связаны с императором католикосы Армении, Иверии и Албании^[413].

Признаком, по которому наряду с прочими устанавливалась ступень каждого правителя в иерархии, являлись дипломатические особенности направляемых ему грамот. Грамоты, адресуемые царям Великой Армении и Васпуракана, как уже было сказано, снабжались золотой печатью достоинством в три солида. Грамоты, которые получали куропалат Иверии, экзусиократор (экзусиаст?) Алании, экзусиаст Авасгии, имели печати в два солида^[414].