В царской фамилии власть переходит обычно от отца к сыну или от брата к брату. Так, в Великой Армении последовательность правителей была следующая: Ашот I — его сын Смбат I — его сыновья, Ашот II, затем Абас I — его сын Ашот III — его сыновья Смбат II, затем Гагик I — его сыновья (правили одновременно) Йовханнэс-Смбат и Ашот IV— сын последнего Гагик II. Попытки узурпации трона исходили от Абаса, брата Ашота I (Абас оспаривал власть у своего племянника Смбата I), и от Ашота, выступившего против Ашота II, своего двоюродного брата (отец узурпатора, Шапух, был родным братом Смбата I). Последовательность правителей в Васпуракане такова: Гагик Арцруни — его сыновья: Ашот-Дереник, затем Абусахл — сыновья последнего: Ашот, затем одновременно Гургэн и Сенекерим, после смерти Гургэна — только Сенекерим.

Но при отсутствии прямого наследника трон мог быть замещен и представителем по женской линии. Так, после бездетного сюнийского царя Васака правил его племянник по сестре Смбат II, а затем родной брат Смбата — Григор. Их отец Ашот принадлежал, правда, к тому же сюнийскому роду^[319]. Григор также был бездетным и усыновил своего шурина Сенекерима, сына албанского царя Севады. Сенекерим и наследовал Григору^[320].

Подобная практика находит отражение и в Судебнике Мхитара Гоша^[321], но законодатель полагает, что братья имеют преимущественное перед следующим поколением право на престол. Относительно порядка наследования престола сыновьями Мхитар Гош замечает, что царствовать должен наиболее достойный (յաոա£ադերւքն).

Легитимным мог считаться, по-видимому, лишь тот правитель, который принадлежал к данной царской фамилии или по крайней мере представлял ее. Накануне византийского завоевания анийским престолом пытался овладеть Саргис Хайказн. Патроним Саргиса содержал намек, вероятно, на происхождение фамилии от легендарного прародителя армян — Хайка. На такую древность рода не могли претендовать даже Багратиды, законные цари Великой Армении. Тем не менее, сообщает Матфей Эдесский, его не приняли, «поскольку он был Хайказном»^[322].

Легитимное начало царствования знаменовала сакрация — миропомазание и возложение короны, венца. Сакрацию мог произвести католикос, единый верховный глава армянской церкви до конца ΧI в. Ашота I Багратуни короновал католикос Гэорг Гарнеци^[323]. Он же возложил корону на Смбата I Багратуни^[324]. Ашота III Багратуни венчал на царство католикос Ананиа Мокаци^[325]. Коронацию Йовханнэса-Смбата и Гагика II Багратуни совершил католикос Петрос^[326]. Однако царь Сюника Васак был помазан на царство сюнийским епископом Григором^[327]. Сакрация с участием католикоса была, возможно, прерогативой только Багратидов.

Армянские царства и княжества, сбросившие или сбрасывающие арабское иго, ни в коей мере не были содружеством равноправных политических образований — их либо разъединяла вражда, либо связывали отношения вассала и сюзерена. В доказательство этого утверждения можно привести многочисленные примеры. Неравномерность в политическом и экономическом развитии, различие историко-культурных традиций, географическое положение — все эти факторы в сочетании с причинами внешнеполитического характера определяли специфику отношений, складывавшихся между армянскими царствами и княжествами эпохи Багратидов. При этом статус отдельных политических единиц мог меняться — княжества Васпуракан и Сюник превращаются в царства. В то же время армянские государства обнаруживают явную тенденцию к дроблению, от них отпочковываются менее обширные государственные образования, возникают новые царства, причем в границах, имеющих длительное историческое прошлое. Так, в 961 г., когда столица Великой Армении была перенесена из Карса в Ани, правителем Карса остался брат царя Ашота III, Мушел, а в 963 г. в Вананде образовалось самостоятельное царство. Мушел Багратуни стал родоначальником карсской ветви Багратидов^[328]. В 979 г. выделилось Ташир-Дзорагетское царство, где стал править Гургэн, сын Ашота III. В 990–1003 гг. в Васпуракане правили два царя — Гургэн и Сенекерим Арцруни. Асолик^[329] считает их соправителями, но в действительности имел место и территориальный раздел — в других источниках Гургэн именуется царем Андзевацика^[330]. В поздней истории «Великой Армении» эта тенденция прослеживается совершенно отчетливо. Йовханнэс-Смбат стал править столицей Ани с округой, а брат его Ашот IV — остальной частью Армении, «обращенной к Персии и Грузии»^[331]. Удел Ашота обозначается друц ашхарх^[332]. Соглашением между братьями было определено, что в случае смерти Йовханнэса-Смбата власть над всем царством переходит к Ашоту. Как известно, оба брата умерли почти одновременно, анийский престол занял сын Ашота IV, Гагик II, а в 1045 г. царство было поглощено Византией. Не случись этого, Великая Армения, вероятно, распалась бы.

Важно отметить, что при этом распаде отдельные территории царства достаются членам одной и той же фамилии — Багратидам или Арцрунидам. Фамильные связи образуют специфическую систему, при которой царственный азгапет (родовладыка) обладает верховными правами над остальными членами фамилии. Абас стал царем в Карсе повелением своего азгапета Гагика, утверждает Матфей Эдесский. То же самое он говорит и по поводу воцарения Гургэна в Ташир-Дзорагете^[333]. Автор, по-видимому, не совсем точен — по хронологическим соображениям этим азгапетом должен был быть не Гагик, а его предшественник Смбат II Багратуни^[334]. Но так или иначе, азгапетом Абаса и Гургэна был их двоюродный брат. Азгапетом анийского царя Йовханнэса-Смбата был сын Гургэна — Давит Безземельный (к лорийскому царю эти функции перешли, по всей вероятности, лишь после смерти могущественного Гагика I, отца Йовханнэса-Смбата). Давит сразу после кончины Йовханнэса-Смбата вторгся в анийские пределы, стремясь, по-видимому, пресечь попытку узурпации, предпринятую Саргисом Хайказном^[335]. Йовханнэс-Смбат и Давит Безземельный были двоюродными братьями. В условиях, когда власть принадлежала членам одного царствующего рода, состоящим притом в близком родстве, институт азгапетов являлся той формой, которая отражала иерархическую структуру государств и их реальную соподчиненность на данном отрезке времени.

Но, разумеется, институт азгапетов не покрывал всей сложности вассальных отношений, которые связывали армянское общество по самым различным направлениям. Эти отношения регулировались формальным договором, вассальной клятвой, которая называлась дашинк ухти или просто дашинк. После того как Ашот Багратуни, будущий царь Ашот I, был утвержден в звании ишханац ишхана, все армянские князья принесли ему присягу (дашинк), словно настоящему царскому отпрыску^[336]. Когда Ашот Арцруни, великий ишхан Васпуракана, восстал против своего дяди (по матери) Смбата I Багратуни, то, по словам Йовханнэса Драсханакертци, он презрел эту присягу^[337]. Установление вассальных отношений зависело от соотношения сил и исторической обстановки в данный момент, а они менялись во времени и пространстве. Это касается в равной мере как отношений между царствами, так и отношений между царствами и княжествами.

Междоусобная война заполняет всю историю интересующего нас периода. Особенно острым было соперничество двух наиболее могущественных царских родов — Багратидов и Арцрунидов. Багратиды претендовали на первенство и после того, как правители Васпуракана отложились от них и приобрели царское достоинство. Это нашло свое правовое отражение в титуле шаханшах, который присвоили себе багратидские цари.

Происхождение титула связано с Ашотом II Багратуни. Вернувшись от византийского императора в Армению, сообщает Асолик, Ашот «провозгласил себя шаханшахом, т. е. царем царей»^[338]. Но Йовханнэс Драсханакертци, который значительно осведомленнее во всем, что касается Ашота II, рисует иную картину. Субук, пришедший на смену арабскому правителю Йусуфу, постарался установить добрые отношения с Ашотом и пожаловал ему, утверждает автор, титул шаханшаха^[339]. Н. Я. Марр полагал, что до Ашота II тот же титул получил его двоюродный брат Ашот, в то время антицарь. Это мнение источниками не подтверждается^[340]. В то же время все исследователи сходятся на том, что титул шаханшаха был признанием верховных прав Ашота II по отношению к прочим царям. Действительно, в условиях, когда к Двину приближались отряды Иоанна Куркуаса (гл. III), арабы, рассчитывавшие на союз с Ашотом II, могли присвоить ему титул, утверждающий его приоритет. Но полученный от арабов, этот титул превратился в наследственный. Багратиды продолжали носить его и тогда, когда зависимость от халифата отошла в область преданий. Этот титул носили представители как прямой, так и боковых линий Багратидов. Так, шаханшахом был последний царь карсской ветви — Гагик^[341], а также царь Лорэ — Гургэл^[342]. Сохранилась дефектная надпись из Ани. Повелением Гагика I Багратуни предписание этой надписи объявлялось незыблемым. Гагик назван здесь шаханшахом, а отец его Ашот III — царем царей, аркайиц аркай. Надпись официальная, высечена от имени католикоса Саргиса Севанского^[343]. Тем не менее нельзя быть уверенным, что выражение «царь царей» было официальным титулом, иначе вряд ли католикос упустил бы возможность приложить его к Гагику. Скорее это почетный эпитет, сочетающийся с царем Ашотом, которого уже не было в живых, но эпитет, подсказанный вполне реальным титулом шаханшаха и согласующийся с ним по содержанию и конструкции.