Инсигнии царской власти носили персональный характер их передача не означала признания династии. На примере Багратидов это заметно совершенно отчетливо — знаки власти получают три поколения правителей. Более того создается впечатление, что инсигнии не были признанием и пожизненных прав. Смбат I дважды получал корону — от арабского правителя Афшина^[290] и от его преемника Йусуфа; Йусуф «вторично» увенчал Смбата, замечает Асолик^[291]. Несколько раз инсигнии власти получал Гагик I Арцруни. В первый раз эти знаки передал ему Йусуф^[292]. Узнав о том, что Гагик стал царем армян, халиф Муктадир выслал ему короны и великолепные одеяния^[293]. Затем посланцы халифа вновь вручили Гагику корону и одеяния^[294]. В 919 г. Йусуф был смещен, а против Смбука, который утвердился на его месте, был послан Убайдаллах (или Абдаллах) б. Мухаммад ал-Фарики (Паркини Йовханнэса Драсханакертци). Фарики в третий раз увенчал голову Гагика I Арцруни короной^[295].

Сведения первоисточников об арабских инсигниях (которые мы постарались привести с исчерпывающей полнотой) доказывают, что эти инсигнии передавались ad hoc, они утверждали власть армянского царя применительно к данному моменту. Оставаясь вассалом халифа, армянский царь должен был обеспечить исправное поступление налогов^[296], и с этой точки зрения он в какой-то мере мог считаться чиновником халифата. И как полномочия вали или амила не могли быть пожизненными, так, возможно, и армянскому царю отказывали в признании пожизненного характера его власти (не говоря уже о династических правах).

К концу IX в. сепаратистские намерения арабских наместников по отношению к центральной власти халифа выявились со всей очевидностью. Порой эти наместники чувствовали себя совершенно независимыми от центральной власти, могли отложиться от нее, и тогда халифам приходилось подавлять мятеж силами войска. Они могли проводить самостоятельную политику на местах. Неудивительно, что армянские цари получали инсигнии не только от халифа, но и от его наместников. Высылая знаки власти тому или иному армянскому правителю, арабы тем самым утверждали его приоритет перед остальными властителями. Инсигнии становились могучим средством арабской политики в Армении. Но в то же самое время и Багратиды и Арцруниды считались полновластными правителями, царями. Ибн Хаукаль пишет об Армении: «И (эти земли) в стародавние времена принадлежали безраздельно Симбату ибн Ашуту, царю армян (ت ادارس) и, его предкам и всегда оставались в руках самых знатных из них». По словам того же автора, они покорились Йусуфу на условиях договоров раннего ислама^[297].

Что же являли собой сами инсигнии? Непременным предметом в их наборе была корона — таг. Корона Смбата I Багратуни была из офирского золота (յոսկւոյ Սոփերայ կազմեալ)^[298], имела специальные завязки для волос, украшенные жемчугом (Լւ Ամին յելուզեալ յեոեալ վարսակալ մարգարտատող ւուազարդոևթիւնս)^[299]. Корона Гагика I Арцруни была из чистого золота, выполнена с великим мастерством^[300]. На западном фасаде храма на о-ве Ахтамар сохранился рельеф, изображающий Гагика I Арцруни с моделью церкви в руках. На голове у Гагика металлическая корона^[301]. Не та ли это корона, которую царь получил от Йусуфа?

Известно, что Смбат II (977–989) и Гагик I Багратуни (989–1017) носили чалму — в таком головном уборе предстают они в скульптурных изображениях^[302]. Не исключено, что подобная чалма также входила в набор инсигний, высылаемых армянским царям, хотя во времена Смбата II и Гагика I инсигнии в Армению уже не направлялись. В инсигнии входили также драгоценные камни, драгоценные одежды, украшения, благородные кони со снаряжением^[303].

Ашот II Багратуни был последним армянским царем, получившим инсигнии власти от халифата. С той поры в международно-правовом аспекте армянские царства были независимы от арабов.

Рассмотрим основные установления государственно-правовой сферы, общие для всех царств «эпохи Багратидов». Ряд важных вопросов, таких, например, как система управления, здесь опущены. Обозначены лишь те моменты, которые соприкасаются с международно-правовыми отношениями. Обобщения сделаны на основе конкретных фактов, поэтому нарисованная здесь картина имеет в виду не теоретическую схему, не систематизацию государственно-правовых воззрений, а реализацию соответствующих норм.

Государственные образования, которые начали появляться в Армении по мере упразднения арабского владычества, были типичными средневековыми монархиями во главе с царем или князем. Основными терминами для обозначения царского титула были тагавор или apкай, оба древнего происхождения, засвидетельствованные в наиболее ранних памятниках армянской письменности. Этимология первого термина прозрачна — слово происходит от «таг» — «венец», «корона»^[304] и обозначает соответственно «увенчанный», «коронованный»^[305]. Этимология аркай менее ясна^[306]. Эти термины, по крайней мере в интересующее нас время, равнозначны, хотя несут, возможно, различную стилистическую нагрузку. Так, в одном и том же тексте царь Смбат II Багратуни назван и аркай и тагавор^[307]. Но к царю Гагику I Багратуни и к царю Давиту Безземельному Асолик, у которого заимствован предыдущий пример, прилагает только термин аркай^[308]. Как тагавор, так и аркай могут прилагаться и к иноземным государям^[309].

Основным термином для обозначения княжеского титула служило слово «ишхан» — также древнего происхождения^[310].

Эта терминология относится прежде всего к государственно-правовой сфере, она обозначает власть правителя по отношению к своим подданным. В международно-правовой сфере, в соответствии с характером международных отношений, употреблялись и другие термины.

Ниже приведен список армянских государств, имевших в IX–X вв. статус царства:

1. Царство Великая Армения (886–1045) со столицей попеременно в Еразгаворсе, Ширакаване, Карсе, Ани. Власть здесь принадлежала Багратидам^[311].

2. Васпуракан (908–1021) со столицей в г. Ване. Власть принадлежала Арцрунидам^[312].

3. Карсское, или Ванандское, царство (963–1064) со столицей в Карсе. Отделилось от Великой Армении, здесь правили представители боковой линии Багратидов^[313].

4. Дорийское, или Ташир-Дзорагетское, царство (979 — после 1256) со столицей попеременно в Шамшулдэ, Лорце. Власть принадлежала представителям боковой линии Багратидов^[314].

5. Сюнийское царство (970 — после 1091) со столицами попеременно в Сисиане и Капане^[315].

6. Парисосское царство (?–1003) со столицей в Парисосе. Здесь правили потомки Сахла, сына Смбата, правителя Шакэ^[316].

Сходный генезис и структуру имело и царство, возникшее на территории Албании. Речь идет о собственно Албанском царстве, возникшем в 893 г., где правили Хамам и его потомки^[317].

К числу самостоятельных государственных образований Армении относится Тарой, имевший статус не царства, а княжества (830–966), но во многом явившийся прообразом будущих царств. Здесь правили Багарат Багратуни и его потомки, составлявшие Таронскую ветвь Багратидов (литературу см.: в гл. IV, разд. 1).

Все эти государства следуют в передаче власти по династическому признаку. Династические начала в Армении имели очень давнюю традицию, идущую от древневосточных государств. Этот принцип отчетливо сказывается в государственном устройстве Урарту. Династическими были государства Еруандидов, Арташэсидов, Аршакидов^[318]. Ярко выраженный династический характер имела и власть местных удельных князей-нахараров. Прерогативы последних продолжали сохраняться и после упразднения царской власти в Армении, как при марзпанах, так и при арабских наместниках, хотя, разумеется, в суженных пределах. Сохранялась и такая тенденция — власть оставалась в пределах одной нахарарской фамилии и переходила по наследству. Нарушение принципа связано было, как правило, с причинами внешнего порядка: акциями иноземных правителей, междоусобной войной, иногда и мирными (или кажущимся таковыми) сделками по отчуждению наследственной земельной собственности. Династические начала, положенные в основу государственного устройства Армении, Грузии и Албании в интересующую нас эпоху, не были, таким образом, новшеством, но являлись реализацией длительной и весьма жизнестойкой традиции.