- В Шахристане только самые слабоумные удовлетворяются такой отговоркой, - улыбнулся шантонец. - Остальные же с детства усваивают, что настоящий триумф над врагом должен иметь своим следствием умножение доходов обывателей. В противном случае 'победа над врагом' мало отличима от выдумки.
- Выдумка, выдумка... Любая выдумка, ежели её толково да с умом преподнести, за правду-то и сойдёт! 'А кто не верит - тот дурак, тать и изменник', - воодушевился боярин, от души улыбаясь собственным мыслям.
- У шахраев генетическое чутьё на выдумки властей предержащих, - задумчиво промолвил шантонец. - Может быть как раз потому, что дураками они себя не считают. Кстати, и деньги раздавать им не нужно - для шахрая главное, чтобы ему не мешали деньги зарабатывать. Шахраи, как я уже сказал, любят и умеют работать, но ещё больше любят получать деньги за свою работу. Ради этого они монополизируют торговлю с соседями и продают им свои товары втридорога. Защита своего ремесла и коммерции есть основа шахрайского процветания. Вот ради этого и приходится местным правителям крутиться. Тем более что каждый из них знает: их детям ещё жить в Шахристане. И внукам жить. А жить в Шахристане, будучи сыном или внуком ославленного вора - это наказание ещё то...
- Бунташный народ, - остался недовольным рассуждениями шантоньца Никодим.
- Восток - дело тонкое... - выразился более дипломатично Пётр Семёнович.
- Восток, говорите?
- Так не Запад же!
- А вы посмотрите на шахрайскую трапезу - разве она похожа на то, что едят окрестные народы? Разве похожа она на то, как они едят? - граф де Кетр указал на наш собственный стол. - Взгляните, вамаясьский фарфор сервирован здесь тарабарскими столовыми приборами, и не только в этом ресторане, но и везде... А эти кубки! Я ручаюсь, что это шантоньская работа! И вина в этих кубках скорее всего либо шантоньские... впрочем, нет, скорее тарабарские или стеллийские. А этот плов! Я, волею злых обстоятельств, вынужден был однажды кушать караканский плов - так вот, его там готовят совсем по-другому, и кушают, не за ужином будь сказано, руками. Да-да, руками! Шахрайский же плов напоминает мне скорее некий причудливый мясной рататуй, если вообще возможно такое сочетание. Да и чем дольше я живу в эмирате, тем больше шахраи кажутся мне похожими на лесогорцев, на сабрумаев или на... словом, на те народы, которые находятся к востоку от Шантони, но при этом только рядятся в восточные одежды, будучи по сути своей тем же забугорцами, занесенными судьбой в варварские края. И если эти народы ведут себя как варвары, то нет им извинения, потому как любой истинный шантонец всегда будет оценивать их поступки по забугорской мерке. Дикарь может украсть у меня коня, потому что у него дикарские представления о собственности - и с моей стороны будет справедливым относиться к нему почти как к животному, но несправедливым будет обижаться на него. Если же коня у меня украдет шахрай, то я не поверю сказкам о культурных особенностях, я буду добиваться от него сатисфакции, потому что он не дикарь, а именно вор! Впрочем, шахраи очень редко крадут коней, такой мелочный доход их не интересует... Да, собственно, я и не про коней! - вновь рассмеялся шантоньский граф печального образа. - Я про то, что Шахристан такая же западная страна, как и ваше Лукоморье.
- Ты, брат, лукоморцев с забугорцами всё же не путай, а тем более с шахраями, - покачал головой Рассобачинский.
- Ага, - охотно согласился де Кетр. - Я бы тоже обиделся, если бы меня кто-то вондерланцем назвал, а тем более гвентянином. Только вот для степняков все мы - шантоньцы, лукоморцы, тарабарцы, лесогорцы - все, поверите ли, на одно лицо! Они нас не различают. И всех скопом подозревают в коварствах и злоумышлениях против степи. И для сулейманцев мы на одно лицо, и для вамаясьцев. Так что давайте оставим наши внутренние препирательства до той поры, пока не вернёмся на Запад - в этой части Белого Света нам всем за пределами Шахристана лучше держаться вместе, мой вам совет. Нет, ваша лукоморская душа таинственна и всё такое, но всё же вас я за чужаков не держу - у нас одно представление о добре и зле, мы смеёмся и плачем над одним и тем же. Да и кушаем мы... знаете, я ведь бывал проездом в Лукоморье! Это был какой-то весенний праздник - то ли День труда, то ли что-то ещё, когда по обычаям вашей родины положено неделю не работать, - так вот, тогда я вдоволь отведал лукоморской кухни. И мне понравилось! Лукоморский креп, конечно, несколько жирноват, как и бекон из того южного государства с невыговариваемым для меня названием, которое является прародиной всех лукоморцев. Но вот свекольный суп этих южных кулинаров исключительно хорош! Да и рыбные блюда у ваших поваров получаются замечательно, и что-то восхитительное из маринованных овощей, что мне довелось отведать после особенно весёлого лукоморского застолья...
- Не из маринованных, а из солёных, - усмехнулся боярин. - Может для степняков мы на одно лицо, и о хорошем и плохом мыслим общно, но всё же не по-вашему мы живём, не по-вашему работаем...
- А это исключительно от того, что вам скучно, - уверенно кивнул шантонец. - К скуке каждый из западных народов относится по-своему. Вондерландцы или те же шахраи готовы терпеть скуку. Шантоньцы или тарабарцы стараются гнать скуку прочь. Для лукоморца же скука просто невыносима! Ваш неистовый темперамент заставляет вас ради непримиримой борьбы со скукой выделывать вещи, которые со стороны порой похожи на безумие. И, разумеется, это сказывается и на работе: представьте, что нужно за день сложить из кирпича стену - как каждый из забугорцев станет это делать? Вондерландец, думаю, примется за работу с рассветом и будет методично укладывать кирпич за кирпичом на положенное количество раствора, прерываясь лишь для положенного числа приёмов пищи. Тарабарец выйдет после завтрака и будет класть кирпичи на раствор, прерываясь время от времени на аппетитную закуску и болтовню со знакомыми, дабы не позволить себе утратить привычной беззаботности. Лукоморец же, думаю, выйдет на работу не позже вондерландца и первые несколько часов будет работать как вондерландец - но потом ему станет скучно! Ради борьбы со скукой лукоморец захочет усовершенствовать сперва методику кладки кирпичей, потом состав раствора, и, наконец, конструкцию того дома, для которого он складывает стенку. Вероятно даже, что в каком-то из этих начинаний он преуспеет - но к вечеру сложенная им стенка будет ниже не только вондерландской, но и тарабарской!
- Ну и что, зато лукоморец находчив и не похож на шахрая! От шахраев же молоко в крынках скиснет, если они его раньше не продадут!
- Ой ли? - лукаво подмигнул нам шантонец. - Я знаю, что вы с шахраями не братья по крови, но ваши два народа напоминают мне братьев-близнецов... правда, разлучённых в далёком детстве. На самом деле мне кажется, что мало какие из западных народов столь схожи между собой, как лукоморцы и шахраи. И не потому, что вы бороды на один фасон носите! И даже не потому, что именно лукоморцы с шахраями более других любят и умеют сами вкусно покушать, да ещё и гостя попотчевать. Есть и множество других черт, которые видятся мне общими для вас: и за лукоморцами, и за шахраями я должен признать немалую военную доблесть и готовность сражаться за свою родину против любого врага. Правда, лукоморцы сами первыми идут в бой, а шахраи вперёд пускают наёмников, но ни те, ни другие наёмных воинов не жалуют, полагая безопасность Отечества лишь в отваге его сынов. При этом оба ваших народа всячески подчёркивают, что военное могущество ваше предназначено исключительно для обороны, а не для нападения. В это сложно поверить остальным западным народам, когда мы смотрим на лукоморскую или шахрайскую территориальную экспансию. Но я верю, что и лукоморцы, и шахрайцы не только воины, но и исследователи, первопроходцы - ни одному ведь шантоньцу не захочется в здравом уме владеть столь обширными и необустроенными землями, какие находятся под контролем Лукоморска или Шахрабада. Правда, у шахраев обострено чувство метрополии, на обустройство которой они и направляют методично ресурсы своей империи, а лукоморцы по настроению берутся за устроение то одной, то другой области, и вскоре охладевают к каждому из проектов - но, думаю, это всё от того, что вам становится скучно. Не сочтите за порицание, но примите как комплимент - именно лукоморцы с шахраями более других народов Запада способны в случае необходимости отказаться от рационального мышления и попробовать подойти к проблеме иррационально. У лукоморцев это проявляется в бытовой смекалке, у шахраев в коммерческой хватке, но истоки обоих навыков, думаю, одни и те же. Вы только не обижайтесь, но я вам и ещё одну умную вещь скажу: именно лукоморцы с шахрайцами обладают звериной живучестью и пронырливостью, никто лучше ваших двух народов не сможет обустроиться хоть на пустом месте, хоть в чужой стране...
