© Дубровская О., текст, 2026

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2026

Всё произошло слишком быстро. Вот сигнал светофора меняется с красного на зелёный. И не просто меняется, а по его, Юры, спонтанному желанию. Вне всякой системы и очереди.

Он сам не понял как. Да, он захотел, сосредоточился, напрягся, приложил усилие, но только ради эксперимента. Он даже не мог представить, что получится, а потому не думал о последствиях.

А они принимали характер катастрофы.

Водитель фуры с огненной аэрографией на кабине вместо того, чтобы сбросить скорость, вдавливает в пол педаль газа и проскакивает перекрёсток на полном ходу, не замечая, что слева на него несётся чёрный спорткар, а справа – старенький уазик.

Визг тормозов. Удар.

Спорткар впечатывается в нарисованные на боку фуры огненные всполохи. Звук бьющегося стекла.

Легковушка отлетает на встречку. В неё врезается серебристая иномарка, а дальше по цепной реакции – несколько следующих машин.

В нос бьёт запах жжёной резины.

Уазик успевает взять правее, но водитель не справляется с управлением, и его несёт на стеклянную автобусную остановку. Несколько запоздалых пассажиров с криками бросаются врассыпную.

Треск. Осколки остановки осыпаются на землю. Водитель с силой бьётся головой о руль, но тут же подскакивает, хватается за виски – жив.

Фура тем временем продолжает нестись вперёд. Бородатый дальнобойщик нервно выжимает крайнюю правую педаль, уже понимая, что слишком поздно: тормозной путь на такой скорости велик, ещё и дождь закончился где-то полчаса назад, и дорога не успела высохнуть.

Грузовик стремительно приближается к пешеходному переходу, на котором застыл в неподвижности подросток в дутой куртке. Его глаза полны ужаса. Длинная чёлка поднимается порывом ветра и вновь падает на совсем ещё детское лицо. Пацан в ступоре смотрит на дребезжащую сверкающую огнями махину, летящую прямо на него.

Секунды тают, и Юра живо проигрывает в воображении последующие кадры: вот пацан падает, потом отлетает на пару метров, заваливается на асфальт безвольным мешком, раскинув под неестественными углами руки и ноги. Вой сирен бьёт по ушам тревожным набатом, пытаясь перекрыть чей-то надрывный плач.

«Нет. Так не будет», – решил Юра и стремительно бросился наперерез. Счёт шёл на доли секунды, и раздумывать было некогда. Он бежал, и в голове пульсировало: «Я не хотел! Я не знал, что так будет!»

Юрий Новиков сдавал стометровку лучше всех в классе и всегда считал себя неплохим спринтером, но сейчас многократно превзошёл себя. Он передвигался на пределе человеческих сил. И силы эти были словно не его, а одолженные взаймы. На время – до тех пор, пока он будет выполнять неведомые до конца обязанности, на которые так неосмотрительно согласился.

В один момент он увидел себя словно со стороны. Он настолько ускорился, что фура показалась ему улиткой, ползущей через проезжую часть по сантиметру в минуту.

И тогда он поверил, что успеет. Должен успеть.

В последний момент, когда между фурой и пацаном оставалось меньше метра, Новиков набросился на подростка, сбивая с траектории движения грузовика. Тот со свистом пронёсся мимо, оставляя за собой дымящийся след.

Пацан затрясся от пережитого стресса. Юра же ощутил, как бурлящая внутри сила медленно успокаивается. Он опустился на мокрый асфальт и склонился над спасённым, осматривая его. С облегчением выдохнул: обошлось, пацан жив и даже не ранен.

Со всех сторон к ним начали стягиваться какие-то люди. Немолодая женщина с участливым лицом тревожно заглянула в глаза пацану, что-то спросила, пытаясь успокоить. Крепкий усатый мужчина протянул Юре руку, помогая подняться.

– Да ты настоящий герой! – хлопнул он его по плечу, но Юра ощутил лишь укол вины.

Кто-то сбоку снимал всё на телефон, стоя на разделительной полосе. Другие снимали из проезжающих мимо машин, высунув руку со смартфоном в окно.

– Вызвали скорую? – раздался тонкий женский голос.

– Кто-нибудь ранен? – вторил ещё один – мужской, сосредоточенный и суровый.

– Отделались лёгким испугом.

В голове Юры всё поплыло, запульсировало хаотичными всполохами – звуки, запахи, люди, лица. Где-то истошно завыла сирена.

Он отчётливо понял, что должен уйти. Скрыться. Не привлекать к себе внимания. Улучив момент, он начал осторожно пятиться от толпы зевак и бдительных граждан, отступая за их спины. Шаг, другой, третий.

Чуть отдалившись, Юра вдруг заметил, что над собравшимися людьми повисли болотного цвета призраки с выпученными глазами и носами, похожими на большие загнутые книзу баклажаны. У них были большие головы, щуплые тела и тонкие конечности, которые уныло покачивались на ветру.

Юра резко развернулся и перешёл на бег – им завладело желание убраться отсюда поскорее и подальше, забыть всё это, как страшный сон. Впрочем, уже тогда он чётко знал: забыть это не получится.

Добравшись до отеля и отдышавшись на пороге, Юра торопливо потянул на себя тяжёлую дверь.

Первое, что бросилось в глаза, когда он вошёл внутрь, – большой вымпел с гербом Нижнего Новгорода на стене около зоны ресепшен. В груди неприятно заныло – красный олень с символа города смотрел на Юру осуждающе.

– Сын, к тебе тут пришли, – донёсся из коридора удивлённый голос.

Юра рывком поднялся с кровати и сел, яростно растирая глаза и с ужасом вспоминая вчерашний день.

– Пришли? Кто? – выкрикнул он, перебирая в уме самые неприятные варианты.

Полиция? Водитель фуры? Хотя откуда он мог узнать? Родители того пацана? Или может быть…

– Конь в пальто! Всё дрыхнешь, что ли? – За дверью раздались шаги, и через несколько секунд Юра увидел знакомое бородатое лицо отца с широкими низкими скулами. – Препод из шараги твоей. Выглядит прилично, в общем, впустил его.

– Пап, я же просил не называть универ шарагой, – на автоматизме возмутился Юра, лихорадочно соображая. – Между прочим, это вы с мамой хотели, чтобы я туда поступил!

– Ладно-ладно. Ты это, давай в темпе вальса, пойду пока ему чай наведу.

– А что ему нужно-то? – спохватился Новиков-младший.

– А ты как будто не знаешь? – загадочно хмыкнул отец. – Кстати, ты с каких пор химией увлёкся?

– Э… с недавних… судя по всему, – выдавил Юра, не найдя лучшего ответа.

Он с горем пополам напялил на себя джинсы и любимую толстовку со стилизованным черепом. Поколебавшись, не взять ли с собой полученный вчера артефакт в виде древнерусского меча, с опаской вышел к гостю. На свой страх и риск. Как был, без всякого оружия.

Одного взгляда на незнакомца Юре хватило, чтобы понять: представления о приличном виде у них с отцом ощутимо различаются. Выглядел гость по меньшей мере странно.

Вырвиглазный жёлтый плащ из полимерной материи издавал шуршание при каждом движении его владельца и напоминал костюм химзащиты. Незнакомец даже не удосужился его снять – так и уселся, как был, за обеденный стол. Чудаковатый образ дополняли резиновые перчатки по локоть и колоритная бородавка на идеально прямом носу. Навскидку мужчине можно было дать около пятидесяти, может, чуть больше.

Он отхлебывал дымящийся чай из блюдца и смачно прикусывал кусочком сахара, ловко удерживая его двумя обрезиненными пальцами.

– А, Юрий, – приветливо приподнялся гость, делая вид, что они хорошо знакомы. – Проходи, присаживайся…

«Словно это не он у меня в гостях, а наоборот», – оторопело подумал Юра и опустился на стул, не переставая разглядывать незнакомца.