Бранд Умна ты, а во мне ошиблась все же, Меня своею мерой измеряя. И много вас, родителей таких. Приказчика лишь видящих в ребенке, Приказчика, которому удобно Сдать, умирая, на руки всю рухлядь! О вечности у вас мелькает мысль, И думаете вы ее достигнуть, Наследство связывая с родом крепко И с жизнью смерть; ряды слагая жизней Преемственных, в итоге получить Бессмертие надеетесь! Мать
Тебе У матери в душе не кстати рыться, А попросту наследие принять. Бранд Мать Долги? Какие? Что ты! Долгов я не имела никогда. Бранд Пусть так: а если бы долги остались, Я должен был бы отвечать за них. Обязан память матери очистить От всяких обязательств сын-наследник. И унаследуй я хоть дом пустой, Я унаследую и все долги. Мать Бранд Да, быть может, Средь писаных законов нет его. Но в сердце сына честного он врезан И должен быть исполнен до конца. Прозри же, ослепленная! Ты Божье Добро растратила здесь на земле – Ту душу, что от Бога получила: Его подобие ты исказила, Забрызгала его житейской грязью: Ты духу, что в тебя Он вдунул, крылья Обрезала в житейской суете. Так вот твои долги. Куда ж от Бога Бежишь, когда потребует Свое Обратно Он! Мать (боязливо) Бранд Не бойся. Твой сын возьмет твой долг и образ Божий, Тобою загрязненный, в нем восстанет, Омытый волею. Умри спокойно. Долги твои возьму я на себя И оправдаю их. Мать Бранд Долги, одни долги. Ты слышишь это? За них расплатится твой сын; за грех же Тебе самой придется отвечать. Вся сумма человечности, тобою Растраченная в суете житейской, Возвращена сполна быть может миру Усердием другого человека; Но грех растраты самой должен быть Искуплен расточителем самим. Раскаянье иль… смерть – за грех расплата! Мать (тревожно) Нет, лучше мне пойти к себе домой. Туда, где тень от ледника все кроет; А здесь, на этом солнце, прорастает Так скоро семя ядовитой мысли; От запаха его мутится ум. Бранд Укройся в тень пока; я буду близко. Потянет к свету, к небу вновь тебя, Почувствуешь потребность нашей встречи. Пошли за мной, и я приду к тебе. Мать Пугать меня судом и осужденьем? Бранд О, Нет, с сыновней теплотой сердечной И с кротостью служителя Господня Приду и отгоню весь страх и ужас: Молитвой, пением священных гимнов Души и тела муки утолю. Мать Бранд (Подходя к ней ближе.) Как ты, условие свое я ставлю: Все то, к чему привязана ты плотью, Отбросишь от себя ты добровольно И нищею, нагой сойдешь в могилу. Мать (дико замахиваясь на него) Скорей вели огню расстаться с жаром, С морозом снегу, с влагою воде! Посбавь-ка цену! Бранд Брось ребенка в море И Божьего благословенья требуй! Мать Другое покаянье наложи… Хоть пост. Потребуй самой тяжкой жертвы! Бранд От самой тяжкой уклониться хочешь, – Все остальные не смягчат Его. Мать На церковь я пожертвовать готова. Бранд Мать Бранд Нет, Как Иов на гноище – наг и нищ. Должна ты умереть, – тогда спасешься; Другого нет пути. Мать (ломая руки) Пропала жизнь! Загублена душа, и скоро прахом Добро мое пойдет! Домой, домой, Скорей к груди своей прижать покрепче Все то, что я своим еще зову. Мое дитя, рожденное в страданьях – Добро мое! Я кровью истекала, Чтоб обрести тебя и уберечь. Домой, поплакать над тобой, как плачет Над заболевшим крошкой мать!.. Зачем же Во плоти родилась моя душа. Когда что мило плоти – смерть душе?.. Священник, будь вблизи. Ведь я не знаю, К чему приду в последний страшный час. Должна при жизни я всего лишиться – Так в самый уж последний миг, не раньше! |
