Она подошла к бабушке, которая сидела в гостиной, перебирая письма.

- Бабушка,- начала Вайолет, собрав волю в кулак.- Джорджия уезжает в Америку. Сэр Эдвин сделал ей предложение, и я....Я тоже хотела бы уехать. И, если ты и тетя Эмма согласны, то мы могли бы уехать туда вместе. - когда слова обрели звучание, Вайолет смутилась. Так жалко звучало её предложение, так глупо. Предлагать старой леди и едва начавшей новую жизнь без страха и побоев тетушке бросить всё и уехать в чужую для них страну? Это, как минимум, слишком эгоистично.

Леди Грейвз подняла на неё глаза, в них читалось удивление, но и какая-то скрытая надежда.

- В Америку? Но зачем, дорогая?

- Я… я люблю Гранта, бабушка, - призналась Вайолет, и эти слова, сказанные вслух, придали ей сил. - И он любит меня. Я хочу быть с ним, хочу семью, детей.

Бабушка молчала, внимательно глядя на внучку. Затем она медленно кивнула.

- Я понимаю, дорогая. Если ты счастлива, то и я буду счастлива. Но… как же сам Грант?

- Он любит меня и предложил переезд. Но дал мне время подумать, семь дней. Если ты не пожелаешь ехать, я не обижусь. И обязательно буду навещать тебя так часто, как только смогу.

Леди Грейвз улыбнулась, её глаза наполнились слезами.

-Незачем, дорогая. Я думаю, мы с Эммой будем совсем не против переезда. Говорят, - она улыбнулась- Там не такая мерзкая погода, а еще невероятно красивая природа. Так или иначе, но я считаю, что лучше провести остаток своей жизни на ранчо посреди любимых людей, чем скучая на очередном приёме в окружении клубка змей из местных сплетниц.

Вайолет обняла бабушку, чувствуя, как с её плеч спадает огромный груз.

40. Джорджия

И каждый по заслугам получил,

Что жизнь свою ни капли не ценил,

И жизнь других ломал-

Жесток для них финал.

Охотничий домик, притаившийся за густым садом поместья, был для Джорджии убежищем. Здесь, среди запаха старого дерева и сухих трав, она находила покой, которого так не хватало в большом доме. Несколько первых дней она, только приехав сюда с Томасом и Вайолет, провела в нём. Но стеснялась даже выйти из своей комнаты, всякий раз получая любопытные или наглые взгляды слуг, шепотки или удивлённые лица. Поэтому и перебралась в охотничий домик при первой возможности.

Теперь каждый день, с первыми лучами солнца, она выходила в сад, обрезала увядшие розы, подвязывала плети дикого винограда, ухаживая за каждым кустиком с нежностью, словно за живым существом. Это был её ритуал, её способ отвлечься от гнетущего ожидания. Красные или, будто в знак траура, опустили головки, некоторые из них увяли. Как и её чувства к Томасу, которые с его смертью словно испарились. Будто истончившаяся его неприязнью и поступками нить их взаимного притяжения лопнула, освободив её.

Стесняясь признать в том самой себе, Джорджия ждала Эдвина. Его прихода, голоса, уроков, которые были для неё не просто обучением, а глотком свежего воздуха в душной атмосфере новой жизни. Он был её проводником в мир знаний, её единственным собеседником, способным понять её стремления и желания. И его предложение - она приняла его, почти не раздумывая. И даже не корила себя за то, что он мог бы найти лучшую партию, как часто делала подобное с Томасом, жалея мужчину за то, что выбрал её. Нет, с Эдвином она не допустит той же ошибки, она станет ценить себя.

Но вот прошло уже почти семь дней, а он всё не появлялся. Сначала слуги передали от него записку о том, что он болен и не желает подвергать опасности её здоровье визитом. Джорджия беспокоилась, но надеялась на скорое выздоровление. Однако дни шли, а он всё не приходил.

Её сердце сжималось от тревоги. Неужели он забыл о ней? Сделал предложение под влиянием момента, а теперь передумал, но не решается задеть её правдой? Или же его болезнь так серьезна? Она пыталась отогнать эти мысли, но они, как назойливые мухи, кружили в её голове.

И вот, вечером, когда измученная догадками и волнением Джорджия уже почти потеряла надежду, слуги принесли ей свёрток.

- От мистера Эдвина,- произнёс один из них, почтительно склонив голову, но при этом не упустив возможности облапать её взглядом.

Сердце девушки забилось быстрее. Неужели он прислал весточку? Или же решил таким образом сообщить, что забирает своё предложение?

Она дрожащими руками развернула ткань. Внутри лежало нечто, от чего у неё перехватило дыхание. Внутри лежало ... помолвочное кольцо. С крупным, чистым бриллиантом, который, казалось, излучал свой собственный свет.

Джорджия замерла, не в силах поверить своим глазам. Это было слишком. Слишком дорого, слишком неожиданно. Она всегда знала, что Эдвин не совсем уж и беден, но такой подарок… Значит, он действительно хочет на ней жениться.

Под коробочкой с кольцом лежала газета. Новая , аккуратно сложенная. Джорджия улыбнулась. Эдвин всегда настаивал, чтобы она читала газеты, чтобы быть в курсе светских событий, чтобы не быть оторванной от мира. Он говорил, что знание - это сила, и что даже сплетни в некотором роде могут быть полезны, если уметь их анализировать.

Она взяла газету, её пальцы слегка дрожали. Сначала она просто пробежалась глазами по заголовкам, но затем её взгляд зацепился за одну статью. Заголовок был броским, почти кричащим: "Трагическая череда событий: аристократическая молодёжь гибнет от собственных пороков".

Джорджия почувствовала, как по её спине пробежал холодок. Она опустилась на стул, её ноги подкосились. Сердце забилось в груди, как пойманная птица. Она начала читать, и с каждой строчкой её глаза расширялись от ужаса и недоверия.

"За последние несколько дней, - гласила статья, - светское общество потрясено чередой трагических смертей и скандалов, связанных с молодыми представителями аристократических семей. Три имени, три судьбы, оборванные внезапно и, как утверждают многие, по собственной глупости".

Первым в списке был Фрэнк Хартли, второй сын герцога Хартли. Джорджия помнила его - высокий блондин с надменным выражением лица и пронзительными голубыми глазами, которые всегда смотрели на неё с нескрываемым пренебрежением. Помнила его руки, рвущие ткань её платья... Газета сообщала, что Фрэнк погиб в результате несчастного случая на охоте. "По собственной неосторожности, - писала газета,- Он споткнулся и упал с обрыва, преследуя раненого оленя. Полисмены утверждают, что он был в состоянии сильного алкогольного опьянения, что и привело к трагедии".

Затем шёл Вэл Чалмерс, худощавый брюнет с хитрым прищуром и тонкой, насмешливой улыбкой, сын известного писателя Хоупа Хартли. Второй из тех негодяев, что целую ночь измывались над ней. "Мистер Чалмерс, - сообщала газета, -Был найден мёртвым в одном из самых злачных притонов города. Причиной смерти названа сердечная недостаточность, вызванная, по всей видимости, чрезмерным употреблением опиума и нервным истощением после крупного проигрыша в карты. Его тело было обнаружено рядом с опустошённым кошельком и долговыми расписками. ".

И, наконец, Дрейк Эштон. Младший сын лорда Эштона и хозяин того самого поместья, куда её как трофей для пресыщенных аристократов привёз Томас.

Газета писала: "Дрейк Эштон, известный своими многочисленными любовными похождениями и буйным нравом, был обнаружен мёртвым в своём загородном доме. Официальная версия- несчастный случай: он упал с лестницы, находясь в состоянии сильного опьянения, и сломал себе шею. Однако, - продолжала статья, - Некоторые свидетели из числа прислуги утверждают, что незадолго до трагедии в поместье видели таинственную фигуру, известную как Тень. Эта полулегендарная личность, борец со злом, по слухам, появляется там, где совершаются несправедливости. Хотя большинство считает, что мистер Эштон стал жертвой собственных неуёмных страстей, как и его несчастные предшественники, некоторые шепчутся о мести.".

Джорджия отбросила газету, её руки дрожали. Она упала на стул, её взгляд был прикован к помолвочному кольцу, лежащему на столе. Бриллиант сверкал, но теперь его свет казался ей холодным и зловещим.