Встаю со своего кресла и подхожу к нему, беру его за руки, тяну вверх, чтобы поднялся.

— Давай потанцуем! — смеюсь.

— Здесь нет музыки, — напоминает серьёзным видом, но всё же встаёт.

Без лишнего подтекста, без сексуального намёка прижимает обе руки к моей пояснице. Как будто ему всё равно.

А мне?

Нет. Меня уже обдало жаром воспоминаний. Алкоголь развязал руки, и я почти не контролирую свои действия. Почти.

Обнимаю его за плечи, прижимаю щёку к груди.

Вдыхаю его запах — дорогой, надёжный, как швейцарский банк. С примесью горького никотина и свежести весенней ночи.

Мы танцуем. Медленно, ритмично, без музыки. Он потрясающе двигается. И мне очень хочется узнать, о чём он думает, что чувствует сейчас.

Раньше я понимала его эмоции без слов. На каком-то невидимом энергетическом уровне. Даже на расстоянии чувствовала его планы, где он и чем занимается. А сейчас… сейчас не понимаю, нравлюсь ли ему.

Интересно. А я вообще могу кому-то нравиться сейчас? В этом возрасте, в этом теле? Могу привлекать мужчин как сексуальный объект?

Боже, что за мысли…

И всё же хочется поверить. Убедиться, что я ещё жива.

Подняв голову, тянусь к его губам.

Макс замирает, напряжённо дышит. Его пальцы крепче охватывают поясницу, ладони становятся жёстче.

Вижу, как дёрнулся его кадык и задрожали ресницы.

— Трахни меня, — шепчу в его губы.

Он отпускает, разжимает руки и возвращается в кресло. Закуривает. Смотрит на меня с усмешкой, как будто хочет унизить.

Этот взгляд — прямой удар в гордость. Нокаут.

— Ты напилась, — хрипит на выдохе, наполняя гостиничный номер серым дымом.

— Не трахаешь пьяных? — с задетым самолюбием подхожу к окну. Больно быть отвергнутой. Особенно сейчас, когда так необходимо почувствовать себя желанной. За всё время моего замужества со мной никто не флиртовал, не пытался познакомиться.

Может, и правда неликвид.

— Только тебя, — признаётся.

Не боится задеть и сделать больнее. Вообще не думает о чувствах других людей. Это в нём не изменилось.

— Ладно, — киваю. Теперь хочется задеть его в ответ. — Не хочешь ты — найду того, кто захочет!

— Например?

— Например?.. — ненадолго задумываюсь. — Например, Егор! — отхожу от окна, чтобы взять со столика свой телефон, пишу Егору сообщение.

— Что за кент? — железным голосом, с откровенной неприязнью к имени.

— Бывший. Встречались пару месяцев, до того как я познакомилась с мужем. — Вываливаю на Макса все подробности нашего короткого романа, который и романом назвать нельзя. — Егор развёлся три года назад, нашёл меня в социальных сетях, с тех пор мы общаемся по переписке. Ни разу не виделись вживую, только дружеское общение в чате. Но он не раз просил о встрече. Всё время говорит, что я была самой яркой девушкой в его жизни и что со мной у него был самый лучший секс. Думаю, он не откажется.

Пишу Егору: «Спишь?» — и отправляю.

Сквозь синий туман алкогольного опьянения прорывается голос совести, напоминает, что мне будет стыдно завтра. Перед Егором — он ведь ни разу не намекал ни на какие отношения в настоящем. Только вспоминал прошлое, потому что во всей его жизни наши отношения были самым ярким периодом. И перед Максом тоже будет стыдно за своё поведение. Чёрт, я ведь не малолетка, чтобы так себя вести.

Макс молчит, как будто ему всё равно. Как будто я разговаривала со стеной всё это время. С застывшей усмешкой, унижающей моё женское достоинство, спокойно курит, смешивая никотин во рту с кислым шампанским.

— И чё, этот Егор? Приедет? — интересуется.

— Спит, наверное, — вздыхаю, убирая мобильник, принимая поражение.

— Тебе тоже не помешает, — отвечает, поднимаясь с кресла. — Номер оплачен, отдыхай. Утром заеду. — Бросает как бы между делом, направляясь к двери.

— Зачем? — кричу, чтобы услышал.

Вместо ответа слышу грохот хлопнувшей двери. Такой сильный, словно он швырнул её со всей силы.

Показалось?

Да, конечно. Но хочется думать, что я всё-таки смогла вывести его на эмоции.

Телефон подаёт сигнал о входящем.

Читаю сообщение от Егора:

«Не сплю. Есть предложения?»

«Давай встретимся?» — печатаю и сразу отправляю, пока не передумала.

Егор:

«Что-то случилось?»

Я:

«Развожусь с мужем»

Егор:

«Ну наконец-то! Куда подъехать?»

Пальцы бегло скачут по сенсору телефона, набирая адрес гостиницы. Внезапный, настойчивый, требующий стук в дверь сбивает с мыслей.

Открываю.

Макс врывается смертоносным вихрем. Сбивает с ног, напористо прижимает к стенке шкафа-купе у двери. Ни секунды на раздумья. Ни мгновения, чтобы одуматься. Лишает кислорода жадным, голодным поцелуем. Его мягкие, нежные губы терзают мои до сладкой, мучительной боли. Уверенный язык настойчиво заполняет рот. Это не поцелуй — это нападение, захват.

Мамочки, голова-то как кружится!

Макс завоёвывает моё тело, расширяя границы, а я, как тряпичная кукла, как бесхребетное существо, всё это позволяю. С радостью и желанием отдаюсь его губам, подчиняюсь его стремительному напору, не думая ни о чём. Мы вместе куда-то уплываем.

Моя спина скользит по гладкой дверце шкафа в сторону. Макс за мной, не отрываясь от губ, ослепший от эмоций и кайфа, пытающийся ухватить еще немного.

И мы падаем.

Пушистый, довольно толстый, мягкий ковёр из длинного молочного ворса смягчает падение.

Я смеюсь — и смех отрезвляет.

Макс встаёт, помогает подняться мне. Притягивает к себе, обнимая за талию одной рукой. Не нападает больше — просто смотрит. Изучает глаза. Долго задерживается на губах. Кончиками пальцев, едва касаясь, проводит по моему вспотевшему лбу, убирая волосы в сторону. Его взгляд фиксируется на моей правой брови. Там есть маленький, почти незаметный шрам, оставленный когда-то его кулаком. Он проводит по брови большим пальцем, мягко и нежно. Я знаю, что он помнит. Он знает, что я не забыла. Но говорить об этом вслух кажется непозволительным. Большой палец скользит ниже, по скуле, до подбородка и срывается вниз, как с обрыва.