Annotation
«Щелкунчик и мышиный король» -одна из знаменитых волшебных историй, написанных великим романтиком немецкой литературы Эрнстом Теодором Амадеем Гофманом. Эта таинственная сказка, давно ставшая хрестоматийной, неизменно вызывает восхищение у юных читателей, ведь в ней происходят настоящие чудеса: куклы и игрушечные солдатики в детской оживают и помогают Мари и Фрицу защитить Щелкунчика и победить войско мышиного короля.
Эту рождественскую сказку иллюстрировали многие художники. Ника Георгиевна Гольц, признанный классик книжной иллюстрации, заслуженный художник России, обладатель Почётного диплома Международной премии по детской литературе имени X. К. Андерсена, увидела героев Гофмана по-своему, очень индивидуально и талантливо. Её рисунки – воздушные, лёгкие, даже волшебные – помогают читателям погрузиться в мир Гофмана и почувствовать необычность его сказки.
В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.
Эрнст Теодор Амадей Гофман
Рождественские подарки
Сражение
Сказка о крепком орехе
Победа
В волшебной стране
Исполнение мечты
Эрнст Теодор Амадей Гофман
Щелкунчик и Мышиный король
© Яхнин Л. Л., наследники, пересказ, 2025
© Гольц Н. Г., наследники, иллюстрации, 2025
© Оформление. ООО «Издательство АЗБУКА», 2025
«Махаон» ®
Рождественские подарки
Шу-шу! Шур-шур! – таинственно доносилось из соседней комнаты. Фриц и Мари сидели в полутёмной спальне и прислушивались. До поры до времени им не разрешалось входить в гостиную, где, наверное, уже сверкала праздничными огоньками свечей рождественская ёлка. Мари, которой только-только исполнилось семь лет, всё спрашивала своего старшего брата:
– Ну когда же начнётся праздник?
– Потерпи, – с важностью отвечал Фриц, хотя и сам дрожал от нетерпения.
А за стеной всё не умолкало это влекущее, таинственное шуршание, мелодичное постукивание крохотного молоточка, позвякивание каких-то дощечек и железок. И дети затаив дыхание прислушивались к доносившимся из гостиной звукам.
Накануне Рождества их крёстный Дроссельмейер мастерил для них какой-то особый подарок.
Тук-тук! Бам-бам! – разносилось по дому.
Ох уж этот крёстный Дроссельмейер! Странный он человек. Даже человечек. Маленького роста, сухонький. Морщинки на лице сеточкой. На голове, лысой, как блестящий шар, пышный пудреный парик. А вместо правого глаза – чёрная, но совсем не страшная повязка.
И этот некрасивый маленький человечек был большим искусником. Он умел делать всё. Даже чинить часы. Стоило замереть маятнику или остановиться большой и маленькой стрелкам, этот волшебный мастер приступал к делу. Сняв сюртучок и повязавшись кожаным фартуком, крёстный Дроссельмейер вынимал из кармана коробочку с блестящими инструментами и принимался тыкать в часы шильцами и крутить шестерёнки отвёртками. Мари всегда жалела бедные часики, но они не обижались на мастера, а, наоборот, в благодарность за заботу начинали весело тикать.
Каждый раз, приходя к ним в дом, крёстный дарил детям необыкновенную игрушку. То крохотного кавалера-шаркуна с выпученными глазами, то коробочку-сюрприз, из которой со звоном выскакивает серебряная птичка. Интересно, что на этот раз мастерит, скинув жёлтый сюртучок и надев свой фартук, их затейник крёстный?
– Это конечно же будет крепость, – уверенно сказал Фриц. – И там будут маршировать крохотные солдатики с ружьями и длинными саблями. Они будут выделывать всякие штуки, а когда на крепость нападут враги, эти храбрецы встанут на защиту крепости и начнётся настоящее сражение. Будут палить пушки, свистеть пули и звенеть сабли.
– Нет, нет! – Мари так сердито замотала головой, что аккуратные кудряшки запрыгали над ушами. – Крёстный рассказывал мне о чудесном саде. Там в большом круглом озере плавают белоснежные лебеди с красными клювами. Шеи их повязаны золотыми ленточками. А маленькая девочка кормит их шоколадными конфетками.
– А вот и неправда! – захихикал Фриц. – Лебеди не едят шоколад. А крёстный, даже он, не сможет сделать целый сад, да ещё с прудом.
Стемнело. Дети, прижавшись друг к другу, прислушивались к звукам из гостиной. А там! Там в этот момент родители расставляют на отдельном столике под ёлкой множество чудесных подарков. Сейчас, сейчас распахнутся двери, и…
Динь-динь-дилинь! – пролепетал серебряный колокольчик. Можно! Фриц и Мари сорвались с места и кинулись в гостиную. Ах! Посреди комнаты, окутанная сияющей музыкой света, высилась великолепная ёлка. Пушистые ветки увешаны золотыми и серебряными яблоками, гроздьями обсахаренных орешков, конфет, облитых разноцветной глазурью пряников. В зелёной тьме хвои, как звёздочки в ночном небе, мерцали и переливались, озаряя комнату, сотни маленьких свечек. Но самое главное – рождественские подарки!
Нарядные куклы с фарфоровыми личиками и горка игрушечной посуды для восхищённой Мари. А праздничное шёлковое платье, в оборках и цветных лентах! И ей наверняка непременно позволят надеть его! Фриц тем временем верхом на гнедом деревянном коне галопом объезжал стол, на котором застыл в ожидании полководца эскадрон гусар в великолепных, шитых золотом красных мундирах с серебряными сабельками наголо.
Дети не знали, за что хвататься: то ли играть с куклами и барабанщиками, то ли листать чудесные книжки с разноцветными, будто живыми, картинками. Но тут снова зазвонил колокольчик. Настал черёд подарку крёстного Дроссельмейера.
Раздвинулась маленькая ширма, и на покрытом зелёным сукном столике, как на лужайке, вырос перед детьми замок. Заиграла музыка. Распахнулись зеркальные окошки, зажёгся свет в золотых башенках. И тут все увидели, что по залам замка парами гуляют крошечные кавалеры в белых чулках и камзолах и дамы в шляпах с перьями и платьях со шлейфами. В малюсеньких, с напёрсток, серебряных люстрах сияют спичечки свечек, и под музыку пляшут и прыгают дети в разноцветных курточках и панталончиках. А из окна выглядывает господин в изумрудно-зелёном плаще и приветливо кланяется Фрицу и Мари. Крёстный Дроссельмейер! Конечно же он. Только с мизинец ростом.
– Крёстный, пусти нас к себе в замок! – вскричал Фриц.
Но изумрудно-зелёный человечек ничего не ответил, а спрятался в окне. Впрочем, тут же показался снова и приветливо поклонился. И опять исчез. И вновь появился. И дамы с кавалерами прохаживались всё так же кругами. И дети в замке топали ножками как заведённые.
– Ну, – протянул Фриц, – это скучно! – И он занялся своими солдатиками.
Зато Мари вдруг присела на корточки перед ёлкой. Она увидела странного человечка, скромно стоявшего под разлапистой пушистой веткой. Не очень-то складный был этот деревянный человечек. Чересчур громоздкое туловище на тонких ножках и великоватая голова с тяжёлой челюстью. Но зато одет человечек был вполне пристойно и даже щегольски. Фиолетовый гусарский мундир, весь в пуговичках, опушках и позументах, узкие рейтузы и сапоги со шпорами. Всё сидело на нём так ловко, будто было нарисовано. Из-под круглой плоской шапочки выпрастывались белые букли нитяного парика, а завитки шерстяных ниток – щеголеватые усики над алой губой – не скрывали добродушной улыбки, сверкавшей жемчужным рядом ровных, крепких зубов. Мари тут же полюбила человечка, который приветливо и дружелюбно поглядывал на неё.
