— Цела, — выдохнула я, сжимая зубы, чтобы не показать, как дрожат пальцы. — Но эти цепи… Они словно крошатся.

Туман, стелившийся всё это время по земле, вдруг взвился вверх, закружился в вихрь, и из него выступили тёмные силуэты — не люди, не звери, а что-то между, с глазами, горящими тусклым огнём. Они тянули к нам длинные, изогнутые пальцы, и воздух вокруг стал густым, тяжёлым, словно пропитанным страхом. Куб дрогнул, и от этого движения земля под ногами отозвалась глухим стоном.

— Это что еще такое? — меня перетряхнуло, а голос стал похожим на писк испуганного животного.

Мой голос потонул в диком реве, идущем из тумана.

Туман вдруг сгустился, и красные глаза вспыхнули ярче, будто кто-то раздул угли. Тени зашевелились, их очертания стали плотнее, из мглы проступили когтистые лапы и длинные, изогнутые когти, похожие на клинки.

Даэль ждал. Не знаю, чего именно, но он не спешил нападать, будто позволяя теням сделать первый шаг.

— Мы кого-то ждем? — Вопрос прозвучал не без иронии.

У меня волосы на затылке шевелились при каждом красном всполохе внутри тумана

— Если это охрана куба и мы нападём первыми, не думаю, что сможем выстоять против них, а если это подопечные Магур, то, возможно, они всего лишь приманка, чтобы заставить нас попусту растратить силы.

Я закусила губу, пытаясь унять дрожь, и покосилась на цепи. Теперь они напоминали старые, истлевшие нити: на них бежали трещины, металл крошился и осыпался вниз тусклой пылью, которая тут же растворялась в тумане, не долетая до земли.

Похоже цепи скоро лопнут и без помощи ловцов душ. Жертвы ведь уже принесены, и они реагируют на ритуал быстрее, чем хотелось бы.

Я пыталась найти руны, те, которые видела во сне под кубом, но здесь была только гладь озера, а не запорошенная снегом ледяная пещера. То ли сон был обманом, то ли… Это ведь Лимб. Здесь всё наоборот, скорей всего, поэтому тут и спрятали куб с Тленом.

Вскинула голову, вглядываясь в дрожащие грани куба. Они мерцали тусклым, болезненным светом, будто изнутри их подтачивала тьма. И вдруг меня пронзила догадка — острая, как ледяной осколок.

Руны не под кубом. Они на нём.

— Они на гранях. — Прошептала себе под нос, сама не веря, что поняла это раньше Даэля. — Руны на самом кубе!

От моего радостного крика туман дернулся, огни внутри него вспыхнули ярче, словно готовясь к атаке.

— Это не упрощает нам задачу. — Даэль, как и я, устремил взгляд на куб. Он сразу поверил мне, не посчитав мои слова бредом. — Без ключа мы не сможем ничего сделать. Будем ждать твою бабку, надеюсь она будет скоро.

— Даэль, ты должен знать, на мне подчиняющая связь, она в любой момент может использовать ее против меня. Если она заставит меня ей помочь… я не смогу противиться.

Его плечи напряглись на короткое мгновение, черты лица заострились, выдавая охватившее его напряжение.

— Связь можно разорвать.

— Можно… ценой жизни одного. — Добавила я, и эти слова прозвучали как приговор, тяжёлый и неизбежный

Он глухо выругался, и в этом звуке смешались ярость и отчаяние. Потом резко шагнул ко мне, не обращая внимания на то, как тени зашипели, как красные глаза вспыхнули ярче, чувствуя всплеск эмоций.

— Даже не думай предлагать мне убить тебя. Мы заберём этот хорсов ключ и ты запрешь Тлена еще на пару сотню лет. Поняла⁈

Он так сильно встряхнул меня что зубы лязгнули друг о друга.

— Как скажешь. — Он прижался лбом к моему, тяжело дыша.

Ожидание выматывало. Туман становился гуще, за ним уже едва различались очертания местности будто Лимб нарочно стирал любые намёки на реальность, оставляя нас наедине с неизвестностью.

В этот раз Магур пришла не порталом. Ее и не выплюнуло озеро как ранее нас. Она появилась из тумана. Словно была его частью — будто мгла сгустилась, обрела очертания, и из этой густой, маслянистой тьмы шагнула она, спокойная, почти ленивая, будто не шла освобождать погибель для всего живого, а выходила на утреннюю прогулку.

Даэль задвинул меня себе за спину. По его пальцам пробежали ледяные искры, и температура вокруг упала еще на пару градусов.

— О, как мило, — протянула Магур, и её голос звучал так, будто она говорила сквозь толщу воды — глухо, искажённо, но до жути отчётливо. — Простите что нарушая вашу идиллию, но мне пора завершить дело всей моей жизни.

— Мы тебя ждали. — Холодно обронил Даэль. — Если остановишься сейчас, Магур, гарантирую, что казни ты избежишь.

Она чуть наклонила голову, и в этом движении было что-то хищное.

— Какое заманчивое предложение, — промурлыкала и тряхнула рассыпавшимися по плечам волосами. — Но мне бы хотелось поговорить с той, в чьей крови живёт моя метка. С той, кто по одному моему слову встанет на мою сторону. Разве не так, Лира?

Внутри меня всё похолодело. Не от страха — от ясной, ледяной уверенности: она права. Связь, которой я так боялась, висела во мне, как натянутая струна, и Магур стояла у самого её конца. Одно движение — и она дёрнет.

— Мы всё уже друг другу сказали, — ее взгляд был прикован ко мне — тяжёлый, липкий, как смола. — Я не встану на твою сторону. Если ты действительно любила мою мать и меня, то ты становишься. Власть не стоит таких жертв. Не стоит и твоей загубленной жизни.

— Раз ты этого хочешь, — как-то слишком быстро она согласилась. Отстегнуоа от пояса ловцы душ и наклонилась кладя их на землю. — Но у меня будет просьба… Убей его.

В тот же миг связь внутри меня дёрнулась — не как струна, а как живая тварь, впившаяся когтями в рёбра. Боль была короткой, но острой, как удар ножом, и на долю секунды мир перед глазами потемнел. Пальцы обхватили холодную рукоять кинжала. Магур незаметно вытащила его из голенища сапога и кинула в мою сторону.

В этот момент всё вокруг замерло. Даже туман будто остановился, зависнув в воздухе.

Я была готова к этому. Ожидала, что будет именно такой приказ. Однако услышать его всё равно оказалось неожиданно.

Рукоять клинка до боли врезалась в ладонь. Сердце билось где-то в горле, мешая дышать.

Подняла глаза на Даэля никак не пытающегося мне помешать. Он просто стоял и ждал. Он не мог пошевелиться. Маруг и здесь подготовилась. Тонкие, почти невидимые нити опутывали василиска. Даэль медленно, с усилием, будто каждое движение давалось ему ценой невыносимой боли, чуть наклонил голову. Я проследила за его взглядом — рядом с носком его ботинка сверкал ледяной осколок.

— Бей сюда. — Прочитала по его губам.

И одновременно раздался возглас Маруг:

— Сделай уже это!

И я подчинилась. Не ней. Даэлю.

Не раздумывая, я метнулась вперёд — прямо к этому осколку. Кинжал в моей руке описал короткую, резкую дугу, и лезвие ударилось о лёд.

Звон прокатился по поляне, пронзительный и чистый, как крик птицы в морозное утро.

Осколок треснул, рассыпаясь на сотни мелких граней, и в воздухе взвился снежный вихрь — он кружился всё быстрее, будто сам воздух сходил с ума, а потом вдруг застыл на миг.

И в этом вихре проступили очертания огромного змея — Храна. Его чешуя мерцала, как иней на чёрном стекле, а глаза горели двумя зелёными огоньками.

Маруг побледнела так резко, будто превратилась в тень. Её рука, тянущаяся к лловцам душ, замерла в воздухе, а потом медленно опустилась.

— Как… Как ты смогла призвать дуала? — В ее голосе первый раз я услышала страх.

Хран чуть склонил голову, и от этого движения снежный вихрь вокруг него сгустился, закрутился тугой спиралью, а потом снова расступился, открывая его силуэт во всей пугающей величественности.

Он медленно повернул голову в ее сторону. Его хвост ударил по земле, и от удара она покрылась тонкой коркой льда, и эта корка поползла дальше, тонкими прожилками подбираясь к Маруг, беря ту в кольцо.

— Мы с ним своего рода друзья, — на мои слова дуал фыркнул выпуская морозное облачко из ноздрей. — Я же просила тебя сдаться, ты сама выбрала свой путь.