Нагнись… Нагнись… Ну же, давай!

Она медленно, словно слыша меня, стала склоняться. Изображение перед глазами стало расплываться, мое время, выходило.

Давай же!

Перед глазами все расплывется.

Нет. Еще немного.

Я должна увидеть…

Его глаза были очень близко. Я видела лопнувшие капилляры, золотые крапинки на сетчатке и застывший в их глубине страх.

Рывком меня дергает назад. Пытаюсь хоть как-то зацепиться за воспоминания, остаться в этом моменте.

Успеваю заметить белую прядь волос и поднятый в улыбке уголок губ. И все.

Меня выбрасывает назад. В тёмную комнату, в которой теперь я не одна.

Даэль хватает меня и вздергивает на ноги.

— Совсем с ума сошла! — Трясет меня, как тряпичную куклу, зло сверкая глазами. — Ты хоть понимаешь, как опасно погружаться в эмоции, пропитанные смертью? Из них не выбраться без проводника.

От его тряски меня начало мутить. Перед глазами плыли тёмные мушки, в голове шумело, и кровь стучала в висках.

— Да хватит уже! — С трудом оттолкнула его и, согнувшись, прижала руки к животу. Сделала несколько глубоких глотков воздуха, глуша тошноту. — Я не специально в них провалилась, не надо меня совсем уж идиоткой считать. Все же обошлось и как всегда не без твоей помощи. Что следил за мной?

Он прищурился откидывая меня цепким взглядом.

— Как знал, что не повредит выставить тут нарушку, — не удерживаюсь и хмыкаю после его слов. — Просил же не соваться сюда одной. Да и нет тут ничего, мои люди всё тут прочесали и, кроме пыли с пауками, ничего не нашли.

— А я вот нашла. И кажется…

Договорить мне дает раздавшийся треск и скрежет. Здание качнулось и мы вместе с ним. Нас откинуло к стене с висящими на ней цепями, от которых до сих пор фонило смертью и болью.

— Нам пора убираться пока дом не рухнул.

Голос Даэля едва пробивается сквозь нарастающий гул. Кажется, дом стонет от боли, которая пропитала здесь каждую половицу и намертво въелась в стены.

— Уходим. — Его пальцы смыкаются на моем запястье. Они теплые, почти горячие, в то время как мои руки ппоходи на ледышки. И на этом контрасте меня прошибает колючими мурашками. — Быстрей, Лира. Дом сейчас рухнет.

Мы выскочили в коридор под звон цепей и глухой перестук кандалов. Похоже было на погребальный звон.

Пол под ногами ходил ходуном, штукатурка осыпалась с потолка и стен, запыливая пространство и мешая обзору. Я пару раз споткнулась едва не влетев лицом в пол. Спасибо Даэлю за реакцию, он успевал подхватить меня в последний момент.

Лестница, к которой мы рвались, прямо перед нами с громким треском падает вниз, отплёвываясь щепками и пылью.

— Быстро назад. — Василиск тянет меня за собой. — Будем прыгать, по-другому не выбраться.

Кажется, у меня глаз начал дергаться после слова прыгать. Даэль уже приволок меня к окну и одним мощным ударом ноги выбил раму.

Второй этаж. Внизу толстый слой снега, и, возможно, мы не расшибемся насмерть, а слегка переломаемся.

Даэль прыгает первым. Но приземляется не на ноги, а хвост, взметнув снежную крошку. Вокруг него еще клубится серебристая дымка после оборота и смутно вижу очертания его фигуры в сумерках.

Он торопит меня прыгнуть, обещая, что поймает, и я решаюсь. За спиной уже рушатся перекрытия. Сажусь на подоконник и перекидываю ноги. Отталкиваюсь руками и лечу вниз. Не успеваю испугаться, Даэль ловит меня, крепко прижимая к груди, и раскрывает портальное окно, в которое мы проваливаемся.

Портал схлопывается за нашими спинами, оставляя нас в кабинете Даэля. И в нем мы не одни. Шанна стоит у стола с разворошенными папками, а в кресле, что более странно, сидит экономка Ниарона.

Воздух в кабинете сгущается, становится плотным и почти осязаемым. Даже дышать становится тяжело.

Пытаюсь слезть с рук Даэля, но все мои попытки он игнорирует, продолжая прижимать к себе еще сильней.

— Что вы здесь делаете… При чем обе? Я кажется отпустил тебя на сегодня, — Даэль поворачивается к Шанне, а мой взгляд прилипает к ее запястью. Белесый шрам похож на след от когтей дикого зверя.

— П…П…простите меня, ирс, — она начинает бледнеть и заикаться, — просто фресса… Она очень настаивала на встрече. Вот я и решила связаться с вами и предупредить, что вас ждут.

Как доказательство показывает блокнот для сообщений, который лежит на столе. Вот только ручки ни у нее, ни рядом не наблюдается. Чем она писать-то собралась? Пальцем?

— Девочка не виновата, — вступается за нее экономка, — мне и правда надо с вами переговорить, и сами понимаете лучше, чтоб меня никто тут не видел. Это важно.

Она понижает голос на полтона и косится на дверь.

Странно всё как-то. У меня, конечно, нет повода не доверять словам женщины, но что-то меня настораживает. То она сидит в особняке и носа оттуда не кажет, то кидается горшками на незнакомых мужчин, а тут ее вдруг понесло в Палату поговорить.

— А что с вами случилось? — Шанна прячет блокнот в карман и обходит стол. — Вы все в пыли, и у фрессы кровь. На вас напали?

Она с жадным интересом скользит по нам взглядом. Губы сжаты в тонкую линию, а глаза подозрительно прищурены и даже кажется она начинает принюхиваться.

— Так ничего особенного, — небрежно бросаю опережая ответ Даэля. — В подвале Архива не очень прочные полки, как оказалось, парочка свалилась мне на голову. Спасибо Даэлю не дал мне погибнуть под их грузом.

Демонстративно целую василиска в краешек губ, наблюдая за реакцией Шанны. Я конечно не ожидала увидеть ревность в ее глазах, но уж точно не рассчитывала на неприкрытую злость. Она была почти на грани ярости.

Интересно!

Меня наконец сгружают на диван, одаривая вопросительным взглядом. Одними губами отвечаю Даэлю, что всё объясню потом. Он кивает и переключает своё внимание на Шанну. Выговаривает ей за то, что пустила в кабинет постороннего, хоть и по его настоятельной просьбе. Она, конечно, извиняется, клянется, что такое не повторится, но по ее лицу вижу, как ей наплевать на слова Даэля.

— А теперь вы, — не успела за Шанной захлопнуться дверь, он обратился к экономке. — Что вы хотели мне сообщить?

У женщины от такого быстрого перехода от свидетельницы к ответчице дернулся глаз, она открыла рот и тут же закрыла, плотно сжав губы. Выглядела она растерянной.

— Ну так что? — Продолжил наседать на неё. — Вы же сказали что это важно. Выходит не настолько раз забыли.

— Нет-нет, это действительно важно. Простите, я просто немного растерялась. Сами понимаете, давно не выбиралась из дома, вот и не могу собраться с мыслями. — Она тягостно вздохнула. Как мне показалось просто оттягивая время.

С мыслями она собиралась долго. Попросила воды и долго цедила ее, с каждым глотком вздыхая всё тяжелей.

Даэль стоял у стола, опираясь на него бедром. Руки сложены на груди, а его взглядом можно было глыбы льда морозить.

Когда наконец вода закончилась и пустой стакан стоял на столе, женщина заговорила. Казалось, она не может собрать всё в кучу, скачет с одного на другое, толком не заканчивая мысль. Словно не знает о чем говорить.

Может она и правда волнуется, а я подозреваю ее абсолютно беспочвенно.

Правда, как по мне, ничего важного она не сказала.

Ну вспомнила она про посещение приюта одним из советников императора, который в то время был его правой рукой, но ведь не тайно он это делал. Приезжал днем у всех на виду, говорил с воспитанниками и самой хозяйкой приюта, не прячась по темным углам, а собирал всех в гостиной, где их и видела женщина. Она подавала им чай с печеньками и его любимым ягодным пирогом, как он ей признался, по ее словам, съев тот до последней крошки.

— И это всё? — задаёт вопрос Даэль, после того как она замолчала, комкая в руках сумку.

— Да, я подумала, вам будет важно узнать об этом госте. Он бывал нечасто, но после его посещений хозяйка всегда куда-то уходила и пропадала на несколько дней.

— Возможно это и важно. Спасибо что рассказали.