— Для перерожденной она по возрасту не подходит.

— Значит, обмен искрами. — Без тени сомнения произнес Наэшь.

Теперь я была удивлена.

— Откуда такое предположение?

— У вас прекрасная библиотека, в которой я люблю коротать вечера и восполнять пробелы в знаниях. И, кажется, я тоже могу внести лепту в вашу проверку.

Сказав это он повесил пальто Азалы в шкаф и рванул по коридору. Дворецкий, который всегда двигался чинно с присущей ему неторопливостью сейчас буквально летел по нему.

Отвлёк меня звонок в дверь.

Это наверняка Мар.

Он ворвался в дом, принеся свежесть морозного утра, запах паровозного дыма и гари с вокзала.

— Спасибо за приглашение. — Его губы касаются моей щеки.

— Ты, смотрю, решил порисовать. Погода вдохновила?

Помимо тубуса у него в руках пенал с угольными карандашами и складной мольберт.

— Я выбрал более вдохновляющую натуру. Ты ведь обещала мне попозировать. Помнишь?

Помню ли я? Нет, конечно. У меня голова другим занята, но Мару я этого говорить не стала.

Меня от ответа спас дядя, покинувший кабинет и, пыхтя сигарой, направился к нам.

После приветствий и обмена любезностями я отправила их в столовую, сама же пошла за Азалой.

Мятная вода помогла. Она больше не чихала и не тёрла нос.

При виде нас мужчины встали. Я наблюдала за дядей. Мне была важна его реакция, ведь их с тетей брак был заключен по древнему ритуалу с использованием крови и соединения аур.

Он должен был почувствовать ее частицу в Азале.

Должен, но, видимо, не почувствовал.

— Дядя, Мар, знакомьтесь, моя хорошая знакомая Азала. — Подтолкнула застывшую в дверях девушку.

От мужчин последовали приветственные кивки и пожелания доброго утра.

По этикету гости сидят по правую руку от хозяина дома. Но я решила отступить от правил.

— Мар, нет. — Остановила его когда он отодвинул свободный стул рядом с собой. — Азала недавно переболела и лучше ей не сидеть на сквозняке. Пусть сядет напротив дяди.

Азала конечно сопротивлялась. Пришлось вести ее за руку и чуть ли не силой усаживать на стул.

За столом главной темой стала погода. Мар, ездивший на север империи, рассказал о замерзшем озере Раца, которое никогда не сковывалось льдом. Многие боялись таких странностей погоды и посещали действующие Храмы, моля богов о милости. Я сама читала в газете о трех затоптанных толпой в ходе одной такой службы. Кажется, с ужесточением морозов люди начинают терять голову. А до весны еще два месяца.

— Любите паштет? — Не выдержал дядя и задал, наконец, вопрос, заметив, как Азала уплетает тосты с паштетом и вареньем. При чем варенье она намазывала сверху паштета. Особый вид гастрономического извращения.

— Люблю — не то слово, — смущенно улыбается девушка и открыто смотрит на дядю, — я его обожаю. Знаете, раньше меня мама и кусочка не могла заставить съесть, а потом оторвать не могла.

— У вас вышло, как у моей племянницы с ее любовью к кофе. Она и глотка сделать не могла, чтобы ее не стошнило, а как поступила в академию, начала пить его литрами. — Где, кстати, вы с ней познакомились?

— В Палате. — После ее ответа удостоилась вопросительного взгляда от дяди. — Ваша племянница прирожденный защитник, никому из новичков ещё не удавалось перевести жертву в обвиняемые. И два последних дела она выиграла.

— Поздравляю, Лира. — Вслед за Маром бокалы подняли и остальные.

— Моя племянница все больше меня удивляет, — дядя говорит с гордостью в голосе. — Она буквально повернула свою жизнь на сто восемьдесят градусов, чему я очень рад. И даже скромно молчит о своих подвигах в суде.

— Было бы чем хвастаться.

Жму плечами и делаю глоток кофе. Некстати вспоминаю слова дяди о тошноте. Горло перехватывает спазм, и кофе едва не оказывается на белоснежной скатерти.

В этот раз в суде мне действительно просто повезло. В деле с кражей вазы как такого суда даже не было. Потерпевшая просто забрала заявление, толком ничего не объяснив.

Со вторым делом тоже все разрешилось быстро. Присутствующие на той вечеринке закончившейся дракой дали показания полностью оправдавшие моего подзащитного. Как я и предполагала с дракой двух друзей было не все так просто. Менее удачливый позавидовал другому, получившему недавно повышение и наследство от почившего родственника. Спровоцировал драку с порчей имущества надеясь вытрясти с друга компенсацию, а тот отказался. Вот он и подал иск в суд, где разгромного проиграл. Так что хвастать мне нечем.

Мы уже заканчивали завтрак, а Наэшь все не появлялся.

Мар увлекает дядю в разговор о верфе. В обсуждение новых моделей кораблей включается и Азала. Оказывается, она неплохо знает тему, и ей удается удивить мужчин своими познаниями. Они активно обсуждают новые модели кораблей с кристаллической сетью для более быстрого хода.

От кофе меня правда начинает тошнить. Пятая чашка уже не лезет.

В коридоре что-то гремит. Слышатся торопливые шаги. Наэшь появляется неожиданно с подносом, накрытым клошем. Тот дребезжит, а из-под него доносится глухое рычание и скрежет когтей.

— Наэшь, мне кажется еда у тебя на подносе не совсем готова.

Со смехом дядя откидывается на спинку стула. Я кошусь на поднос, силясь понять, что притащил наш дворецкий. Пока идей никаких.

— Это подарок для нашей гостьи.

— Ты, уверен…

Договорить не успеваю. Меня оглушает визг Азалы и звон упавшего подноса. По столу мечется сине-желтое «пятно» с длинным шипастым хвостом, оно шипит и брызгает слюной. Не сразу соображаю, что это. Издав пронзительный писк, существо несется к Азале. Та в ужасе отшатывается становясь бледнее снега за окном. С грохотом падает стул. Дядя подскакивает, рисуя в воздухе магический аркан. Но накинуть его не успевает. «Пятно» кидается на шею моей гостьи, довольно урча и попискивая. Шипы с хвоста исчезают, уступая место розовой шерсти.

— Лира, в кабинет! — дядя тяжелой поступью покидает столовую. — Быстро.

— Наэшь, ты не золото… ты бриллиант! — Подмигиваю ему и хлопаю по плечу.

Надо же додуматься притащить магического питомца тети. Он создан из ее магии и мог отреагировать только на ее искру. Не будь ее в Азале, она бы стала его завтраком.

Глава 22

— Объяснишь, что за спектакль сейчас был в столовой. — Голос дяди громыхнул, словно удар кулака об стену. — Ты еще и Наэша втянула в свои игры. Зачем? Лира, зачем ты притащила сюда эту женщину и позволила ей разбередить мои раны.

Он метался, словно раненый зверь. В его голосе было столько боли, которая не могла меня не коснуться.

Возможно, я и правда перегнула. Не подумала, какую боль может причинить эта встреча. Но по другому я не могла.

— Во-первых, никого я не втягивала. А во-вторых в столовой был не спектакль, а доказательство того, что желания рано или поздно сбываются.

Дядя отошел к бару, звякнул пробкой от графина и плеснул в бокал тонса. Я бы тоже не отказалась выпить. Правда, чего-то покрепче. Жаль дядя крепких напитков не держал.

— Выслушай меня, — дала ему время опустошить стакан. Он всегда смаковал напитки, а тут залпом осушил бокал. — Ты ведь помнишь тот злосчастный день… Мы с тобой гуляли, любовались цветами, и мне повезло найти белоцвет. Помнишь?

Мне не надо знать его ответ. Уверена, он не мог забыть ни минуты того дня.

— И ты загадала желание, которому не суждено было сбыться.

Голос дяди звучал глухо, почти безжизненно. Его действительно подкосило знакомство с Азалой.

— А я думаю, суждено. Цветок рассыпался искрами, приняв мое желание, и поэтому искра тети слилась с угасающей искрой Азалы, дав и ей, и себе второй шанс на жизнь.

— Слилась… Ты сейчас о чем, Лира?

После моих слов он будто очнулся. В его глазах загорелся интерес и, главное, желание выслушать. Очень надеюсь, что он сможет не только понять, но и принять то, в чем я уверена как никогда.

До меня самой не сразу дошло, почему именно искра тети, а не чья-то другая, выбила себе второй шанс на жизнь. Все дело в моем желании. В тот момент, загадывая его, мысленно сформировала в голове образ тети с младенцем на руках. Именно ее, а не просто абстрактную женщину. А искра — ее часть, даже без телесной оболочки. И следовательно, шанс, чтобы мое желание было исполнено.