Сеть наконец мигнула и замерцала зеленым.

— Все в порядке, — охранник вернул пропуск и деактивировал защиту на входе. — Можете проходить.

Кивнула ему, поправила мантию и прошла внутрь. Остатки защитного плетения невесомой паутиной коснулись лица.

Среди коричневых мантий защитников ярким пятном выделялись обвинители в небесно-голубых, с эмблемой лунного диска на груди. С завистью проводила взглядом двух прошедших рядом женщин-обвинителей. В руках несли объёмные папки и оживлённо переговаривались. По мне скользнули снисходительными взглядами, не удостоив даже кивком головы в знак приветствия.

В здание защитников решила пройти через улицу, не проходя через штабы ищеек и следователей.

На входе столкнулась с помощницей Вернона. Она торопилась на обед, но ее шеф, как она сообщила, еще не торопится уходить. Пришлось ускориться. Скинула на руку мантию и побежала по лестнице. Кабинет моего будущего начальника был на третьем этаже, перед его дверью немного отдышалась и глянула в небольшое зеркало на стене над диванчиком для посетителей. Заправила за уши выбившиеся из пучка волосы, поправила сбившейся ворот блузки и обновила помаду на губах.

Вроде все. Ни тени волнения на лице. Только щеки чуть раскраснелись после забега.

— Вернон, — толкнула дверь и вошла в кабинет. — Надеюсь, не сильно заставила себя ждать. Извини, задержалась на входе. Ваш охранник очень уж очень дотошно осуществляет проверку.

Худощавый, с каштановыми волосами и живыми синими глазами, мужчина стоял у окна. В руке сжимал часы на цепочке.

— Ты меня все больше удивляешь, Лирана. Сначала пришла просить место, теперь вот извиняешься, — щелкнул крышкой часов и спрятал их в карман жилета винного цвета. На спинке кресла висел такого же цвета камзол. — Знаешь, я ведь до этого момента думал, что все это шутка. Затянувшийся розыгрыш в духе вашей четверки.

— Пройти столько бюрократических коридоров, чтобы просто потом сказать, что это шутка. Даже для нас это было бы чересчур. — Засмеялась, бросая мантию и сумочку в одно из кресел, стоящих напротив стола. Сама опустилась в другое и хотела было закинуть ногу на ногу, но вовремя себя остановила. Демонстрировать разрез на юбке я планировала Даэлю, а не Вернону.

Мне повезло, что дядя эти дни отсутствовал и вернулся только вчера вечером. За ужином я и огорошила его новостью о своей работе. Он как раз открывал бутылку саарского, хотел отметить успешное окончание борьбы с прожором. И тут я… Пробка вылетела слишком быстро из горлышка и влетела в сферу. Та заискрила и осыпалась голубыми искорками на нас. Тишина стояла несколько минут. Дорогущее вино выливалось куда угодно, только не в фужер на тонкой ножке. Дядя легко поверил, что работать иду, чтобы быть поближе к Даэлю. Он, конечно, возмущался, просил меня одуматься и обратить внимание на других мужчин. Все чаще этим другим мужчиной он упоминал Мара. Но идею с работой все же одобрил.

Путь к ней был довольно тернист.

Оказалось, сдуть с диплома пыль — это только начало.

Вторым этапом надо было его заново подтвердить, проработай я хотя бы год после окончания академии, этого бы не потребовалось. А так пришлось пересдавать пару дисциплин, чем немало удивила магистров, появившихся на кафедре для повторной сдачи.

Дальше была медкомиссия, освидетельствование у психолога и беседа с советниками Палаты по профессиональной этике.

И вот я здесь. Злая, как стая рыксов, и накрученная донельзя.

— Раз уж мы выяснили, что это не шутка и не розыгрыш, я готова получить своё первое дело. Кто там жаждет моей помощи? Возьмусь за любого.

Вернон перебрал несколько папок у себя на столе, некоторые сразу убрал в сторону, а небольшую стопочку пододвинул ко мне.

— Можешь выбирать любое. Здесь почти все безпроигрышые. Мелкие бытовые разборки для начала подойдут.

Значит, мелочёвка. Не это мне нужно. С такими делами мне и в архив не попасть.

— А там что? — кивнула в сторону, куда он отложил наверняка что-то более сложное и нужное мне.

— Это ты ещё не потянешь. — Вот прям подстёгивает меня этим.

— А я настаиваю! — Поднимаюсь с кресла и подтягиваю к себе папки с делами.

— Игнорируешь мнение своего начальника.

Вернон откидывается в кресле и улыбается.

— Даже не планировала. Хочу что-то интересней, чем бытовые споры. — Быстро пробегаю взглядом по содержимому дел в парках. — Например, вот это.

Забираю папку под номером пять.

Обвиняемый в изнасиловании Рикс Дэвар, двадцати одного года. С фотографии на меня смотрел смазливый юноша, по которому и не скажешь, что он способен совершить нечто подобное. Но все прекрасное внешне может быть гнилым внутри.

Но что-то цепляет в его взгляде.

— Не советовал бы начинать с этого дела, если не хочешь сразу начать с проигрыша.

— А я попробую, — с энтузиазмом произношу, не смотря на скептический тон, Вернона.

— Знал же, что с тобой будет не просто. — Вздыхает и тянется за печатью. Ставит ее в углу папки и размашисто расписывается. — Зарегистрируй дело у главного обвинителя и можешь приступать. Советую тебе сразу подать запрос на встречу с подзащитным.

— Спасибо, Вернон.

Чуть ли не вприпрыжку покидаю его кабинет прижимая к себе дело как нечто ценное.

По стеклянному коридору перехожу в Башню. На стенах висят портреты всех ее обитателей. Медленно перехожу от одного к другому, запоминая имена и внешность. Портрет Даэля висит по центру. Весь в чёрном, с тяжёлым взглядом и поджатыми губами. Один в один как момент когда оглашал мне приговор в той прошлой жизни. Передергиваю плечами, сбрасывая тяжелый груз воспоминаний.

Винтовая лестница ажурным узором распадается на ответвления открывая выход на нужный этаж. В приемной за громоздким столом восседает личный секретарь Даэль. Произношу слова приветствия и протягиваю свой пропуск. Темноволосая, черноглазая, с теплой улыбкой секретарь вписывает мое имя в книгу посетителей, номер дела и дату.

— Вот здесь распишитесь, — тонкий палец с ярким маникюром указывает на нужную строчку. — Не думала встретить кого-то из Эсс Арди у нас.

Смотрит с любопытством, вертит в руках очки-пловинки.

— Привыкайте, теперь будете часто меня видеть.

— Очень надеюсь. Чувствую, вы встряхнете наше болото.

Мои брови удивлённо ползут вверх. Неожиданное заявление.

Сжимаю пальцами ручку и уверено нажимаю. Вхожу без стука.

Сталкиваюсь взглядом с холодным прищуром зелёных глаз. Внутри рвется невидимая пружина, все это время не дающая мне дышать полной грудью.

— Лира, ты как прошла? — Вместо приветствия произнёс Даэль. Отложил в сторону бумаги, с которыми работал, и поднялся мне на встречу.

— И тебе доброго дня, Даэль. Не бойся, через охрану с боем я не прорывалась. Я теперь здесь работаю.

Показала ему пропуск и быстро спрятала обратно в сумочку. С него станется еще уничтожить его, новый мне потом неделю ждать.

— Неожиданно даже для тебя. Если решила развлечься, то ошиблась местом и лучше сразу сдай пропуск и забудь про свою блажь.

— Между прочим, я дипломированный специалист, если ты забыл. — Улыбаюсь, а внутри клокочет злость. Некстати вспомнилась наша с ним последняя встреча в допросной. Его тяжёлый взгляд и слова, бьющие наотмашь. Он назвал меня никчёмной девкой, позором древнего рода и бессердечной тварью, не знающей, что такое любовь. Вот только я знала. До последнего мое сердце не переставало любить его. Наверно, это какая-то извращенная форма любви, но она жила во мне тогда. — Хочешь или нет, но видеться нам с тобой придется часто. У меня уже и дело есть. Зарегистрируй.

Все еще сомневаясь в моих словах, потянулся за папкой. Пробежался взглядом по листку обвинения, усмехнулся и глянул на меня с затаённой угрозой.

— Решила защищать маньяка и отморозка.

— У всех есть право на защиту, Даэль. Его вина еще не доказана, суд будет решать, виноват он или нет. Или по твоему, он не достоин защиты?

Теперь я ещё больше хочу помочь этому парню. Нас учили, что не всегда жертва может быть таковой, у преступления может быть двойное дно и главное, разобраться не в том, что на поверхности, а обратить внимание на несущественные на первый взгляд детали.