— Мама! Услышь меня, пожалуйста, — несмотря на то, что Леонорра Алмейра полностью игнорировала требование сына и говорила на родном языке, Алехандро упорно отвечал ей на английском. Каро даже улыбнулась, подумав, что если препирательства со свекровью продолжатся, он в отместку заговорит с ней по-русски. Заметив ее улыбку, сеньора неодобрительно поджала губы. — Если ты и дальше захочешь видеть не только меня, но и внука, а в будущем и других внуков, наших с Каролиной детей, тебе стоит принять сразу к сведению, что другой жены у меня не будет. Каролина Алмейра здесь не на правах гостьи, она будущая хозяйка всего этого, — Алехандро обвел рукой пространство коридора, махнул в другую сторону. — Если нет... мы просто съедем в другой дом, благо их у семьи достаточно. Можем даже вернуться в Россию. Я свободно говорю на родном языке супруги, ей там будет комфортнее, чем в чужой стране. А для меня теперь интересымоей, — это слово Алехандро старательно подчеркнул, — семьи важнее.
Сеньора молчала долго, Каролина даже немного пожалела женщину, которой сын указал ее место, да еще в настолько грубой форме. Она даже хотела сделать шаг, чтобы обнять поникшие плечи свекрови, сказать, что Алехандро никогда не выполнит своих угроз, а она... она постарается... Да только взгляд, подаренный из-под ресниц вовремя остановил ее порыв. Нет, эту скальную породу не обтешет даже ветер и непогода, а именно так Каролина представила себе в мыслях Леонорру Алмейра. Да уж, вряд ли они когда-нибудь найдут общий язык, но надеялась, что практически приказ ее сына остановит сеньору от необдуманных действий и угроз в адрес Каролины.
— Я услышала тебя, сын, — уже на чистом английском проговорила она, а затем уже повернулась к Каролине. — Я рада приветствовать тебя в нашем доме, — сказано так, словно ей сделали огромное одолжение. Что ж, она и не надеялась. — Я рада обретению дочери в твоем лице, Лина. Можешь называть меня сеньора Леонорра, — «М-да, это будет непросто», — подумала Каро, но вида не подала, продолжая улыбаться спокойно и даже вполне искренне. Но сделала себе зарубку быстрее освоиться в этом доме, в этой стране, чтобы не чувствовать себя унизительно, а еще глухонемой. — Надеюсь, ты тоже пойдешь нам всем навстречу и, как можно, скорее освоишь испанский язык. Все же, испанцы на нем практически не говорят, как верно и у вас в... на родине. Это элементарная дань уважения.
— Конечно, сеньора Леонорра, — медленно проговорила Каролина, выговаривая слова. Сеньора едва заметно поморщилась, но Алехандро уже утянул жену в просторную комнату, оказавшуюся их спальней. — Алехандро, мы же не...
Ей тут же заткнули рот поцелуем, о которого по венам кровь побежала стремительным потоком, сметая всю неуверенность и робость. Она отвечала не менее пылко, даже не пытаясь его остановить и понимая, что ему сейчас нужно успокоиться и прийти в себя. Но муж остановился, тяжело дыша и прижимая Каролину к кровати собственным телом. Она непонимающе уставилась в его черные глаза, так похожие на глаза матери. Алехандро скатился с нее, откинувшись на спину, а Каро приподнялась, чтобы оправить одежду. Внутри горчило разочарованием и жгло неудовлетворенным пожаром, но она молчала, старательно пряча обиду.
— Лина, прости, — Алехандро осторожно подтянул к себе девушку, устраивая ее на своей груди. Она немного отстранилась, чтобы лучше было видно лицо мужа, а затем прижалась ухом к тому месту, где бешено колотилось его сердце. — Никогда не позволяй обращаться с собой... так.
— Как? — тихо переспросила она, продолжая слушать размеренный стук. — Я не хочу, чтобы из-за меня ты ссорился с родными, Алехандро. Это неправильно. Ты угрожал своей матери, что... отнимешь у нее внука, разве это будет способствовать улучшениюнаших с ней отношений? Нет...
— Каролина, никто не смеет унижать тебя в моем присутствии, — попытался объяснить ей, как маленькому ребенку, он.
— А без него? Если тебя не будет рядом? Алехандро, чего мы добьемся, если будем постоянно указывать сеньоре на ее промахи в отношении меня? — Каролина приподняла голову, заглядывая ему в глаза. — Она почувствует себя ненужной, отвергнутой. Разве оно стоит того? Да, я ей не понравилась, да она мечтает женить тебя на другой, — Каролина говорила спокойно, хотя внутри ее грыз червячок сомнений. Но Алехандро четко дал понять, что она его жена, и это должно примирить Леонорру Алмейра с тем, что какая-то Лорена не станет его женой никогда. — Мне просто надо попытаться выстроить с ней дружеские отношения, чтобы в семье не было ссор и недопонимания. Пожалуйста, не дави пока на маму, ей тоже непросто. Ну, а если не выйдет, мы можем переехать в ту квартиру, верно?
— Лина, — протянул с улыбкой Алехандро, заправляя ей за ухо тугой темный локон, — ты мой миротворец. И все же тебе придется учиться отстаивать свое мнение, потому что в этом мире, где живет семья Алмейра, одна из самых влиятельных и богатых в Испании, да и в некоторых других странах, твою лояльность могут принять за слабость, — со вздохом проговорил он, подтягивая жену ближе к себе, а затем улыбнулся, когда на покраснела, ощутив и его желание. — Да, и мне тоже не позволяй срывать на тебе злость, — он осторожно коснулся ее рта, где алела ранка, когда он прикусил ее нижнюю губу при поцелуе. — Прости, не смог удержаться, когда они так манят меня...
Он уже нежнее коснулся губами ее рта, обводя языком и целуя пораненное место. Каролина замерла, а затем оперлась на локти, меняя положение и оседлав бедра мужа. При этом узкая юбка неприлично задралась, отрывая восхищенному жадному взору стремительно темнеющих глаз, узкую полоску резинок чулок и краешек кружевного белья. Загребущие мужские руки тут же устремились к ним, плотно сжимая упругие ягодицы и перемещаясь по ткани вниз. Каро через голову резко сдернула мешавшую блузку, и тут уже демонстрируя кружевное бюстье, едва прикрывающее налитую желанием грудь с дерзко торчащими вишенками сосков. Девушка медленно начала наклоняться, чтобы поцеловать Алехандро, но в этот момент в двери постучали. Супруги одновременно замерли, мысленно посылая на голову самоубийцы за дверью все кары небесные, а Алехандро сквозь зубы еще что-то добавил эмоциональное на испанском. Если Каро правильно поняла его посыл, то...
— Никуда не уходи, — ссаживая с колен жену, пробормотал Алехандро, а девушка хихикнула. Заметив его мрачный взгляд, молча протянула ему халат, чтобы он скрыл от пришедшего последствия их «беседы». Сама же заползла под одеяло, хотя понимала, что дальше небольшой гостиной, примыкающей к их спальне, муж никого не пустит. Впрочем, наверное, стоит все же переодеться и сходить проверить, как там Эрни. Пусть он и находится дома, но они в последнее время редко расставались, и мальчик может заскучать. Да и в его обществе ей так же комфортно и надежно, как и рядом с Алехандро.
— Маме немного нездоровится, — вернувшись, Алехандро выглядел хмурым и недовольным. Каролина к его возвращению не только накинула халат, но и успела заправить постель. Она обернулась к мужу, который сжимал в руках какие-то бумаги. Наверное, документы ему вручил тот, кто побеспокоил их. — А вечером ужин, на котором нам с тобой предстоит познакомиться со всей родней. Придется тебе, милая, взять на себя роль хозяйки вечера.
Каролина опешила от его слов. Как — хозяйки? Встречать гостей, заботиться об угощении и развлекать их? При этом не зная никого из гостей не то, что по именам, даже в лицо? Видимо, сеньора решила таким образом избавиться от нее, как можно скорее. Чем не повод выставить новоявленную невестку невежей и неумехой?
— Не стоит переживать, маленькая, — улыбнулся Алехандро, незаметно оказываясь за ее спиной и заключая ее в крепкие объятия. — Я буду рядом с тобой — раз. Никто и не требует от тебя развлекать гостей — два, — видимо, про часть мыслей о развлечении гостей она произнесла вслух. — И родни не так много, мы просто ужинаем в тесном семейном кругу. Но, согласись, чтобы они приняли тебя, а потом у нас не было проблем в суде, будто ты появилась из ниоткуда, нам нужно представить тебя всем родственникам.
