— Хандро, Хан, но... я слышал, последнее немного другое означает, верно? — Каролина кивнула и улыбнулась. — Ну, Саша мне не очень нравится. Тогда — Алекс. Меня так только Егор называет. Кстати, как только он вернется, мы улетим домой. Нужно будет передать ему новые контракты, да и адвокату необходим дать время на подготовку к заседанию. Вас познакомить, чтобы он понимал, что между нами все серьезно, и уже потом в этом убедил судью.

Каролина только вздохнула. Нет, она не была против того, чтобы Алехандро выиграл дело и забрал себе Эрни, но вот категорически не желала знакомиться ни с его родными, ни с адвокатом, который, кстати, готовил их брачный контракт. И хотя Алехандро убеждал Каролину, что в нем нет необходимости, девушка настояла на своем. Не хотела, чтобы на нее смотрели как на охотницу за его деньгами и положением, ведь она сирота, да еще и безработная. Кстати, об этом тоже стоит поговорить с Алехандро. Становиться домоседкой она не желала, а чтобы устроиться куда-то, необходимо знание языка. Причем не только уметь говорить на испанском, но и писать.

Понимать отдельные фразы, как и произносить элементарные слова, она уже могла. Помогало общение с любимыми мужчинами. Эрнандо так и вовсе мог часами болтать, перескакивая с английского на испанский, а вечерами Алехандро учил ее другим словам. Правда, вряд ли где-нибудь Каро решится произнести хоть одно из них, ведь сразу вспомнит, каким способом ее учили произносить слова «губы», «шея» или... другие части тела, как впрочем и некоторые другие слова. Но после таких «уроков» она уходила спать взъерошенная и неудовлетворенная, так как Алехандро всерьез решил, что у них все будет, но только после свадьбы. Теперь, как выяснилось, после двух.

Вот только... соглашаться она на такое условие не намерена, а потому, стоило им оказаться в полутемном коридоре дома, решительно развернулась и, встав на цыпочки, повторила поцелуй, который стребовал с нее Алехандро в зале свадебного салона. Мгновение ничего не происходило, а затем мужчина прижал ее к себе крепче, углубляя его. Каро задохнулась от пронзившего ее наслаждения и легкой щекотки страха, будто перед прыжком в бездну, когда боишься шагнуть в пустоту, но точно знаешь, что эйфория от адреналина еще долго будет бурлить в крови.

— Лина, не стоит торопиться, — задыхаясь, словно от долгого бега, шепнул Алехандро, оторвавшись от ее губ. Девушка тоже смотрела на него чуть захмелевшим взором, но тут же потянулась к его губам. — Пожалуйста, я не хочу, чтобы утром ты пожалела об... о нашей...

— Думаю... мы оба пожалеем, если... этого не произойдет, Хандро, — с расстановкой, переводя дыхание, прошептала она, а затем неосознанно потерлась грудью об его грудь. Внизу живота уже полыхал пожар, а погасить это пламя мог только один мужчина. Придется его соблазнять, — мелькнула в голове дикая мысль, но тут же пропала, когда Алехандро, не выдержав звука ее хрипловатого голоса, прижал ее к себе, впиваясь в манящие вишневые губы.

1 Каро, ты будешь моей мамой? Правда?

Он с улыбкой наблюдал, с какой непосредственностью Каролина и Эрни рассматривали ночной город, растекающийся на многие километры внизу и похожий на гигантского светового осьминога. Его щупальца были разбросаны в разные стороны, захватывая все больше и больше территорий вокруг. Алехандро же рассматривал светящееся восхищением лицо жены, которая что-то тихо говорила мальчику на ухо. При этом в глазах обоих было столько радости и счастья, что ему и самому стало интересно, о чем они там шепчутся.

— Дядя Хан, а правда я буду носить твою фамилию и фамилию Каро? Можно, меня уже будут называть Эрнандо Алмейра-Лани н? — Каролина спрятала улыбку в кулачок, стоило Алехандро с укоризной посмотреть на нее. И хотя он сам не собирался скрывать, что они уже женаты, пусть пока только по российским законам, все же просил остальных пока молчать об этом.

— Можно, — кивнул он, потрепав темные вихры мальчика, — но лучше немного повременить, пока мы..., — тут он заметил, как гаснет улыбка на губах жены, и сказал совсем другое, — пока мы не приедем домой. А то, боюсь, если ты начнешь всем подряд называть свою новую фамилию, туда мы доберемся нескоро.

— Нет, я скажу ее только бабушке и своим друзьям, — гордо объявил мальчик, но тут же сник, — когда они у меня появятся. Никто не хочет дружить со мной, потому что я — сирота.

— Значит, они не настоящие друзья, — бодрым тоном проговорила Каролина, отвлекая мальчика от неприятных воспоминаний и переключая его внимание на себя. Алехандро улыбнулся жене, а затем решил, что нужно сделать несколько важных звонков, в том числе и семейному адвокату. — Для настоящих друзей нет разницы, кто твои родители или их нет, они просто дружат и любят тебя таким, какой ты есть.

Мужчина бросил быстрый взгляд на Каролину, но она уже спрятала свои эмоции, закрылась, словно раковина, и это ему не понравилось. Неужели, она боится, что снова останется одна? Да еще и в другой стране? Не верит ему?

— А у тебя есть друзья, Каро? — повернулся к мачехе Эрни, пытливо рассматривая ее лицо. — Много у тебя их? — пока Эрнандо было сложно разговаривать с ней по-английски, но Алехандро знал, что девушка уже упорно учит язык, чтобы скорее влиться в новую семью и стать полноправным членом общества. Мужчина со своей стороны тоже всячески помогал ей в этом, но предстояло еще много работы.

— У меня есть подруга, самая лучшая и... она мне как сестра, — с улыбкой призналась девушка, заправляя непокорный завиток темных волос за ухо Эрнандо. — Ее зовут Тина, и она самый лучший кондитер.

— Кон-ди-тер? — по слогам проговорил Эрнандо, словно само слово было сладким на вкус. — Она умеет печь печенье?

— И не только, — снова принялась увлеченно рассказывать мальчику Каролина, что даже суровые охранники незаметно, словно их это нисколько не интересует, прислушивались к ее словам. Кстати, надо будет сказать Каролине, чтобы она пригласила подругу на праздник по случаю их свадьбы, — сделал себе зарубку в памяти Алехандро, — он обещал, что этот праздник станет самым незабываемым для жены.

Стоило ему озвучить свое пожелание Каролине, как она тут же с писком повисла на его шее, целуя в щеку, а потом еще минут на двадцать была потеряна для него, общаясь по телефону и объясняя ошеломленной подруге, что не только выходит на днях замуж, но еще и жить теперь они будут в Европе. Валентина, судя по голосу, была немного обескуражена, так как Алехандро было слышно, с каким волнением в голосе она расспрашивала счастливо улыбающуюся Каролину о предстоящем торжестве.

Наконец, они сели в черный тонированный джип, который должен был отвезти их в его квартиру. Ехать на ночь глядя в особняк Алмейра Алехандро не захотел. Во-первых, не желал беспокоить мать поздним приездом, а во-вторых, не хотел, чтобы его жена пока встречалась еще с одним человеком. Да и сеньору Алмейра стоило подготовить к тому, что у него теперь есть жена.

Его взгляд снова обратился к сидящей рядом девушке. Каролина прижимала к себе мирно сопящего Эрни, который сразу засыпал, стоило автомобилю тронуться с места, и рассматривала освещенные ночными огнями здания и то, что еще можно было рассмотреть, и о чем-то сосредоточенно думала. Алехандро отложил планшет, в котором были важные документы, в сторону и осторожно, чтобы не разбудить ребенка, притянул к себе молчаливую невесту.

— Что не так? О чем задумалась? — спросил он, проводя носом по виску девушки и вдыхая цветочный аромат, исходящий от ее кожи. — Что тревожит тебя, малышка?

Каролина только вздохнула, все еще робко провела пальчиками по мужской груди. Наверное, сложно сразу поверить, что они теперь семья, но Алехандро не собирался позволять ей отдаляться от него, пусть даже в мыслях.

— Вдруг... я не понравлюсь твоей маме? — прошептала она, наконец, решив обнажить перед ним свои страхи. — Она никогда прежде не видела меня, да и... Эрни говорил, что у тебя есть... то есть, была здесь невеста. Что, если она решит, что я тебе не подхожу? — в зеленых глазах застыла тревога, а еще они странно блестели, словно весенняя зелень, омытая росой.