Короче, с фига мне, простому вору (дожил, называется), такие почести? Не иначе, как ограбил кру-упную шишку в этом городке… или городе?

Был тут и мой знакомый, Ар Густаве; в данный момент он вёл почтенную беседу со священнослужителем за кафедрой, периодически бросая взгляды в мою сторону. Может быть мне показалось, но что-то у него рожа уж больно довольная… не иначе, как ему уже доложили об маленьком «инциденте»…

— …Будет уроком всем нам: не следует соблазняться дикими расами… — о, точняк обо мне: говорил, кстати, этот, в богатой сутане.

— …А я давно говорил королю, что ряды монашества и духовенства стоит почистить от разной грязи… Думаю, Сан[22] Георгино повеселит мой рассказ о монахе-тюремщике, решившим употребить стеллинга…

— …Право, не стоит утруждать самого Сан Георгино россказнями о нашей глубинке…

Пока высокопарные господа выясняли отношения, а господа рангом пониже суетились и волновались, я изучал изображение этого «Бога», по вине фанатиков которого меня собирались отправить на тот свет. И знаете что я вам скажу? Он мне очень своей композицией напоминал одного психованного медведа из японской шизы «Данганы»[23], которую я в своё время прошёл от скуки. Мозг вынес знатно, но весёлое «У-пу-пу» потом долго терроризировало моих знакомых. Решив отомстить богу (хотя бы мысленно), я в своём воображении поместил на его постамент двуцветного медведя[24], а в лапы выдал ему бензопилу… «Дружбу»… Мне показалось, или от статуи Шестирукого повеяло чем-то нехорошим?.. Да не, глюки…

Э? Это к чему сейчас было вообще?

Между тем, Священник (пусть будет под таким кодовым именем, вон Система тоже согласилась) в шапке и Рыцарь окончили торг, их внимание вновь вернулось ко мне.

— Во имя Тельпомеша[25], мы начинаем наш суд. И освятится всякий, кого коснётся его всепрощающая длань; Да погибнет тот, кому предназначен жест разрушения…

Вообще, я, как повторюсь, человек самый обычный. Но происходящее, эта молитва, эти люди, дружно усевшиеся на лавки и сложившие руки вместе… Меня тихо разбирало на га-га. Потому что жест, который был в левой руке статуи подозрительно напоминал фигу «Тигра» из Нарика, половинку, во всяком случае… Так вот… Какаши[26], оттуда же, весьма знаменит тем, что однажды этим жестом провёл суровое анальное наказание для одного блондина… Присовокупите к этому то, что говорил этот в шапке, и вы поймёте, что именно мне представилось…

— …Правый глаз Телопомеша освещает мир, наполняя его любовью и пониманием; Левый — дарует наказание злодеям, погружая в пучину их грехов… — гх! Точняк шаринган[27] юзает, вон, даже «Цукиёми» прописано…

Вероятно, я должен был проникнуться серьёзностью момента, но мне дико хотелось ржать, просто до посинения, вероятно, так действует отходняк от адреналина… Короче, с моей стороны, несмотря на все мои непомерные старания, прорывались какие-то булькающие звуки.

Хотя голос с кафедры и был достаточно громок, наполнен силой, пафосом и вообще, доходил до глубины сознания, но когда его сопровождает бульканье и хрипы, согласитесь, что-то портится в представлении…

Поморщившись, он кивнул моим стражам; те подтащили меня ближе, после чего стукнули палицей по башке. Не очень сильно, достаточно для того, чтобы я немного протрезвел мозгами.

— …И теперь, волею Тельпомеша Справедливого, мы будем выносить приговор этой нелюди, стерлингу! — вскинув руки, обратился Священник к залу. По толпе прошёл ропот. — Сторону обвинения будет представлять достопочтенный Ар Густаве, из рода Сильдорианов, чья верность королю не поддаётся сомнению!

Покуда суд да дело (в самом прямом своём смысле) меня поставили на ноги и повернули лицом к толпе. А я, быстро скользнув глазами вниз, снова убедился, что там ничего нет! Впрочем, что меня больше волновало в тот момент, трудно судить: вот представьте, вы немножко умерли, пришли в себя в помойной яме, потом узнали, что вас собираются вешать, потом один старый П захотел… в общем, состояние у меня было «весёлое», ничего не скажешь. А ещё мне, за мои фантазии в адрес Тельпомеша накинули очков для уровня! Короче, ещё раз удостоверившись в том, что верный друг меня оставил (а верная подруга даже не показалась на горизонте), я споро полез в свои статы, чтобы закинуть свободные очки. Выглядели они вот так:

Э?.. Воц а фак?![28] Где мои свободные очки?! Где моя плана раскачки?! Почему ХП не выросло?!

— …Клянусь перед Богом и королём нашим, Сан Георгино, что буду говорить правду и только правду, — между тем, Ар Густаве вышел к кафедре, поцеловал губами книгу, после чего начал зачитывать клятву. Закончив, он кивнул, после чего отошёл по левую (грозную) сторону статуи.

— …И как не может быть худа без добра, наказания без поощрения, так и не может быть суд без защиты; Есть ли кто в этом зале, кто согласиться стать защитником для этой заблудшей овцы нашего пастуха?

Опа! Закопавшись в статы, я чуть не пропустил момент, когда мне должны выбрать «адвоката» (по ходу, эти дикари развитей, чем кажутся на первый взгляд, читал я, что адвокатура появилась не сразу). Система подтвердила мои предположения… и тут же втоптала их в грязь:

И правда: что-то никто не торопился мне помогать. Даже наоборот, их лица напоминали оскалы пираний, приготовившихся сожрать случайную жертву: предвкушение расправы, вот что на них читалось.

— …И если никто не выступит в качестве защитника этой заблудшей души, то ею станет сам Всемилосердный владыка, ибо как сказано…

Ну уж фигушки вам, я в укешки не нанимался, пидорасты старые!

— М! М! — …правда, я немного забыл о том факте, что во рту у меня по прежнему был кляп. Мои охранники лишний раз меня тряхнули, мол, не дёргайся, вон какие люди говорят; а один даже мне сунул под нос палицу в качестве угрозы. Я только продолжил мычать и дёргаться.