А потом он принялся жаловаться, стонать и плакать и произнес такие два стиха:

И когда дядя его Салих услышал слова юноши, он ударил рукою об руку и воскликнул: «Нет бога, кроме Аллаха, Мухаммед — посол Аллаха, и нет мощи и силы, кроме как у Аллаха, высокого, великого!» И потом он спросил: «Разве ты слышал, о дитя мое, что мы говорили с твоей матерью о царевне Джаухаре и какие мы приписывали ей качества?» — «Да, о дядюшка, и я полюбил ее со слов, когда услышал то, что говорили, и мое сердце к ней привязалось, и не могу я вытерпеть без нее», — ответил Бадр Басим. И Салих сказал: «О царь, давай вернемся к твоей матери и осведомим ее о том, что случилось, и я попрошу у нее разрешения взять тебя с собой и посвататься к царевне Джаухаре, а потом мы простимся с ней и вернемся. Я боюсь, что, если я возьму тебя и пойду без ее позволения, твоя мать на меня рассердится и будет иметь право, так как я окажусь виновником вашей разлуки и ее ухода от нас. И город останется без царя, и не будет у подданных никого, кто бы ими управлял и рассматривал их обстоятельства. И расстроятся дела в царстве, и выйдет власть из твоих рук».

И Бадр Басим, услышав слова своего дяди Салиха, сказал ему: «Знай, о дядюшка, что, если я вернусь к моей матери и посоветуюсь с ней об этом, она мне этого не позволит. Я не вернусь к ней и не посоветуюсь с нею никогда!» И он заплакал перед своим дядей и сказал: «Я пойду с тобой, не осведомляя ее, а потом вернусь».

И Салих, услышав слова своего племянника, растерялся и воскликнул: «Прошу помощи у великого Аллаха при всех обстоятельствах!» И когда дядя Бадр Басима, Салих, увидел своего племянника в таком состоянии и понял, что он не хочет вернуться к своей матери и уведомить ее, а пойдет с ним, он снял с пальца перстень, на котором были вырезаны имена из имен великого Аллаха, и подал его царю Бадр Басиму и сказал: «Надень его себе на палец: ты будешь в безопасности от потопления и прочих бед и от зла морских животных и рыб». И царь Бадр Басим взял перстень у своего дяди Салиха и надел его на палец. И потом царь Бадр Басим и его дядя Салих нырнули в море, они пошли, и шли до тех пор, пока не пришли ко дворцу Салиха. И они вошли туда, и увидала Бадр Басима его бабушка, мать его матери, которая сидела со своими близкими, и, войдя, царевич с Салихом поцеловали им руки. Бабка Бадр Басима, увидав их, встала и обняла юношу и поцеловала его между глаз и сказала: «Благословенный приход, о дитя мое! Как ты оставил твою мать Джулланар?» — «Здоровой, во благе и благополучии, и она желает мира тебе и своим двоюродным сестрам», — сказал Бадр Басим.

И после этого Салих рассказал своей матери, что произошло между ним и его сестрой Джулланар и как царь Бадр Басим полюбил со слов царевну Джаухару, дочь царя ас-Самандаля, и сообщил ей всю историю с начала до конца.

«Он пришел лишь для того, чтобы посвататься к ней у ее отца и жениться на ней», — сказал Салих. И когда бабка царя Бадр Басима услышала слова Салиха, она разгневалась на него сильным гневом и встревожилась и огорчилась и воскликнула: «О дитя мое, ты ошибся, упомянув о царевне Джаухаре, дочери царя ас-Самандаля перед твоим племянником. Ты ведь знаешь, что царь ас-Самандаль — глупец и притеснитель, малоумный и сильно яростный и он скупится на свою дочь Джаухару перед ее женихами. Все цари моря сватались к ней, но он отказался и не согласился ни за кого из них отдать ее, напротив, отверг их и сказал: «Не ровня вы ей ни по красоте, ни по прелести, ни по чему другому». И мы боимся, что, если посватаемся к ней у ее отца, он нас отвергнет, как отверг других, а мы обладаем благородством и вернемся с разбитыми сердцами».

И, услышав слова своей матери, Салих спросил ее: «О матушка, как же быть? Ведь царь Бадр Басим полюбил эту девушку, когда я говорил о ней с моей сестрой Джулланар, и он сказал: «Мы обязательно посватаемся к ней у ее отца, хотя бы я отдал все мое царство», — и утверждает, что если он на ней не женится, то умрет от страсти и любви к ней».

И потом Салих сказал своей матери: «Знай, что мой племянник — красивей и прекрасней ее и что его отец был царем всей Персии, а теперь он сам царь, и не годится Джаухара никому, кроме него. Я решил взять драгоценных камней — яхонтов и других — и поднести царю подарок, подобающий ему, и посвататься у него к царевне, и если он укажет, что он царь, то Бадр Басим — тоже царь, сын царя; если же он нам укажет на красоту своей дочери, то Бадр Басим красивей ее, а если он нам укажет на обширность царства, то у Бадр Басима царство обширней, чем у нее и у ее отца, и у него больше войск и телохранителей. Его царство больше царства ее отца, и я непременно постараюсь исполнить желание моего племянника, хотя бы моя душа пропала. Я ведь был причиной этого дела, и так же, как я бросил его в моря любви к ней, я постараюсь его женить на ней. Аллах великий поможет мне в этом». — «Делай что хочешь, — сказала ему мать, — и берегись быть грубым в словах, когда будешь говорить с царем. Ты же знаешь его глупость и ярость, и я боюсь, что он бросится на тебя, так как он не признает ничьего сана». И Салих отвечал: «Внимание и повиновение!» А затем он поднялся и, взяв с собой два мешка, наполненные драгоценностями: яхонтами, изумрудными прутьями, дорогими металлами и всякими камнями, дал их нести своим слугам и пошел с ними и со своим племянником во дворец царя ас-Самандаля. Он попросил позволения войти, и царь позволил ему, и Салих, войдя, поцеловал землю меж его рук и приветствовал его наилучшим приветом. И, увидав Салиха, царь ас-Самандаль поднялся и оказал ему величайшее уважение и велел ему сесть, и Салих сел, и когда он уселся, царь сказал ему: «Благословенный приход! Ты заставил нас тосковать, о Салих! Какая у тебя нужда, что ты пришел к нам? Расскажи мне о твоей нужде, чтобы я ее исполнил».

И Салих поднялся и поцеловал землю второй раз и сказал: «О царь времени, нужда моя — в Аллахе и в доблестном царе, льве неустрашимом, о ком прекрасную молву развозят едущие, и распространилась в климатах и странах весть о его щедрости, милости, прощении, извинении и благосклонности».

И потом он развязал мешки и, вынув из них камни и прочее, рассыпал их перед царем ас-Самандалем и сказал ему: «О царь времени, быть может, ты примешь мой подарок и окажешь мне милость и залечишь мое сердце, приняв это от меня». И царь ас-Самандаль спросил его: «Почему ты даришь мне этот подарок? Расскажи мне твою историю и поведай о своей нужде, и если я властен ее исполнить, я исполню ее сию же минуту и не заставлю тебя трудиться, а если я бессилен исполнить ее, то Аллах возлагает на душу только то, что ей вмочь».

И Салих поднялся и поцеловал землю трижды и сказал: «О царь времени, нужду мою ты исполнить можешь, она под твоей властью, и ты ею владеешь. Я не возложу на царя трудности, и я не бесноватый, чтобы говорить с царем о том, чего он не может. Ведь сказал кто-то из мудрецов: «Если хочешь, чтобы тебя слушались, проси о том, что возможно». Что же касается моей нужды, о которой я пришел просить, то царь, да хранит его Аллах, на нее властен». — «Проси о твоей нужде, изложи твое дело и требуй то, чего хочешь», — сказал царь. И Салих молвил: «О царь времени, знай, что я пришел к тебе как сват и желаю единственной жемчужины и драгоценности, скрываемой — царевны Джаухары, дочери нашего владыки. Не обмани же, о царь, надежды того, кто к тебе направился». И когда услышал царь слова Салиха, он так засмеялся, что упал навзничь, издеваясь над ним, и воскликнул: «О Салих, я считал тебя человеком разумным и юношей достойным, который старается только со смыслом и говорит лишь здравое. Что же поразило твой разум и призвало тебя на это великое дело и значительную опасность; и ты сватаешься к дочерям царей, властителей стран и климатов? Разве дошел твой сан до этой высокой ступени и разве уменьшился твой ум до такого предела, что ты говоришь мне в лицо подобные слова?»