Пожалуй, это самое спокойное место, в котором я когда-либо был в Вегасе. Никаких грохочущих басов, выстрелов, лязга игровых автоматов. Просто сидим рядом с тихим ненастоящим каналом. Пока очень крупный мужчина в светло-сером костюме не опускается в кресло напротив меня.

Пока это продолжалось, было весело.

— Эрик Картер?

— Если спрашиваете, значит, работаете не в том месте, — говорю я. — Работаете на Дэвида Джуэла?

— Да. Он хотел бы поговорить с вами и попросил меня сопроводить вас в его казино.

— А сейчас он согласился? Он, случайно, не рассказывал вам что-нибудь обо мне?

— Только то, что вы с ним старые друзья и он был бы рад составить вам компанию.

Я чувствую, как за моей спиной собирается все больше головорезов Дэвида.

— Я бы с удовольствием, — говорю я, — но я наслаждаюсь своим эспрессо, а потом собираюсь прогуляться по казино. Мне кажется, здесь неплохо.

— Вы можете с таким же удовольствием прогуляться по казино мистера Джуэла.

— Видите ли, проблема в том, что это казино мистера Джуэла, — говорю я. — А мистер Джуэл мудак. Так что, спасибо за любезное предложение и скрытую угрозу, но я вынужден отказаться.

— Мне очень жаль, сэр, но я действительно вынужден настаивать.

— Ого. Он действительно ничего вам обо мне не рассказывал. — С тех пор, как этот человек сел, вокруг стало тихо пустеть. Теперь здесь нет никого, кроме меня, в светло-сером костюме и троих? Нет, по крайней мере пятерых, его дружков, которые стоят за моей спиной и ждут, когда я начну громить.

— Достаточно, — говорит он.

— Достаточно, чтобы привести с собой столько подкрепления? Стыдно. Тебе действительно нужно работать на кого-то получше.

— Он очень хорошо платит, — говорит он.

— Только не за это.

Я отталкиваюсь от маленького столика, пихаю его в лицо Светло-Серому Костюму и скатываюсь со стула, когда он переворачивается, лицом к остальной компании.

Пять человек, трое мужчин и две женщины. Светло-серый костюм не создавал впечатления особой угрозы, но эти люди, черт возьми, выглядят таковыми. Они одеты в одежду, сшитую на заказ, и видно, что под ней у них больше мышц, чем жира.

Одному из мужчин столько раз ломали нос, что он почти расплющился. У одной из женщин на лице шрамы, которые говорят о том, что она побывала в нескольких поножовщинах.

Я бы волновался, но я уже танцевал этот танец раньше. Мило с их стороны убрать всех гражданских. Я бы ужасно себя чувствовал, если бы пролил кровь невинного прохожего.

Убить их было бы проще всего, но мне кажется грубым заставлять других людей убирать за мной. Не убивая их, я все равно получаю большую свободу действий.

Один из мужчин надвигается на меня с удлиняющейся дубинкой. Я, должно быть, начинаю привыкать к этому, потому что не удивляюсь, когда вижу, что бритва уже у меня в руке, когда я делаю движение, чтобы отразить удар дубинки. Дубинка соприкасается с лезвием, и дубинка раскалывается надвое. Он не ожидает внезапного изменения веса и начинает спотыкаться. Нога в нужном месте — и он в канале.

Не успеваю я и глазом моргнуть, как две женщины оказываются рядом со мной. Одна из них бьет меня дубинкой в бок. Я отодвигаюсь от нее, но это открывает мне дорогу для того, чтобы другой ударил меня ножом по животу.

Мне удается подставить лезвие под ее удар, и результат тот же, что и с дубинкой. Я вкладываю много силы в отталкивающее заклинание и отбрасываю всех четверых на добрых три метра назад.

Я поворачиваюсь, чтобы направиться к выходу, и вижу, что там стоит Мистер Серый Костюм в моем кофейном костюме, с яростным взглядом и пистолетом в руке.

— Он хочет поговорить со мной или позлорадствовать над моим изрешеченным пулями трупом?

— Я уверен, что он в любом случае не будет против, — говорит он.

— Знаешь, я правда не хотел этого делать, — говорю я.

— Что, умирать?

— И это тоже. — Я бросаюсь на него. Пистолет выстреливает, пуля задевает меня в бок. Я сбиваю его с ног и, прежде чем он успевает меня сбросить, рассекаю ему лицо от виска до подбородка, вонзив лезвие на половину длины.

Ему требуется секунда, чтобы понять, что он мертв. Порез такой глубокий, что его мозг продолжает работать до тех пор, пока нервные окончания не сместятся. Он вздрагивает и обмякает. Крови на удивление мало.

Вся схватка длилась меньше тридцати секунд.

Я встаю, готовый ко второму раунду с остальными членами его отряда, но они стоят далеко от меня. Парень в канале, глубина которого всего несколько футов, смотрит на меня так, будто я дьявол.

— Уведи своего дружка отсюда. И передай Дэвиду, что если он снова пошлет тебя за мной, я убью вас всех.

Я вытираю кровь с лезвия о пиджак светло-серого костюма. В конце концов, это его кровь. Он должен ее вернуть.

Приятно знать, что я все еще небезразлична Дэвиду. Надо бы отправить ему корзину с фруктами. Вопрос в том, зачем он хочет меня видеть. Я могу предположить несколько причин. Но не думаю, что хоть одна из них связана с тем, что мы планируем. По крайней мере, напрямую.

Раз Бриджит выпустили из тюрьмы, он может подумать, что что-то происходит, но не знает, что именно. Наверное, он решил, что я помог ей сбежать. Не то чтобы я отказывался признать это. Если бы я знал подробности ситуации, я бы вытащил ее с помощью Рейчел или без нее.

Итак, он послал своих головорезов за мной, чтобы поговорить? Или чтобы убить меня? В любом случае, я не думаю, что он обрадуется, когда его люди обнаружат труп, который не принадлежит мне.

Никто не беспокоит меня, когда я выхожу из казино. Либо охрана была в курсе, либо им на самом деле наплевать на Дэвида. Возможно и то, и другое.

К черту этот город. Стоило мне вообще уехать из него, как только я уехал из Лос-Анджелеса. Интересно, насколько все изменилось бы сейчас, если бы я переехал на север, а не на восток?

Мой телефон звонит. Сообщение от Николь.

Возвращайся, готова обсудить план

Я отправляю ей смайлик, который, как мне кажется, изображает поднятый вверх большой палец, но оказывается чем-то вроде фиолетового фаллоимитатора. Как угодно. Я уверен, она поймет.

Я останавливаю кровотечение и накладываю на рану в боку повязку с помощью заклинания. Не очень хорошо, но это сойдет. Мой пиджак достаточно темный, чтобы скрыть кровь. Не то чтобы кто-то из них удивился, если увидит ее.

Все сидят в зале за столом. Распечатки расписаний дежурств, фотографии пропусков и что-то похожее на коды сигнализации прикреплены к пробковой доске, стоящей на мольберте.

Я не спеша прохожу по проходу между рядами кинотеатров. Отчасти потому, что я раздумываю, стоит ли мне рассказывать что-нибудь о пуле и бумажном амулете, который я нашел в грузовике Рейчел. Но в основном потому, что у меня внутри все горит.

Я внимательно рассмотрел бумажный амулет, но до сих пор не уверен, для чего он нужен. Ясно, что заклинание израсходовано, но что это было за заклинание?

Если я собираюсь встретиться с ней лицом к лицу, то сейчас самое время для этого. Когда все здесь, это снижает вероятность того, что у нас с ней будет напряженная беседа.

Но это также может лишить меня единственного шанса заполучить Джимми. Если это она стреляла в Руди, это не обязательно означает, что возникнут проблемы. В конце концов, она не стреляла в меня.

Я сажусь впереди и чувствую себя так, словно присутствую на презентации в старшей школе, где кто-то из ребят собирается показать нам картинки с облаками и рассказать о цикличности дождя.

— С тобой все в порядке? — Спрашивает Николь, когда я, поморщившись, опускаюсь на сиденье рядом с ней.

— О, как обычно, — отвечаю я.

— План довольно простой, — говорит Лукас, показывая план здания казино. — "Лиливайт", старое казино. Одно из старейших. Из-за этого в его структуре много странностей, которые не стали исправлять, чтобы не вносить изменений.

— Туннели между казино — это не новинка. Они есть во всех заведениях MGM, например, чтобы можно было легко перемещать наличные из одного в другое. Однако туннели в "Лиливайт", это закрытая система с несколькими точками входа и выхода.