Хотя все источники связывают название Кёнигсберга с богемским королём, все же было решено проверить, не восходит ли оно к орденской крепости Mont Royal (Королевская гора) в Сирии или к Кёнигсбергу в провинции Новая Марка, принадлежавшей маркграфу Отто. Заимствование названий не было чем-то из ряда вон выходящим. Хотя этим предположениям и нет доказательств, не исключено, что Орден, известный своим дипломатическим мастерством, при выборе наименования Кёнигсберг учёл все три интереса: пожелания своих двух знатных крестоносцев и собственную привычку.
Чьим бы то именем ни был назван Кёнигсберг, одно известно точно: со строительством крепости начинается новый отсчёт времени. Крепость орденских рыцарей лишь локально является преемницей языческого укрепления Твангсте, где гонимые находили пристанище»[1].
Через два года в Кёнигсберге началось строительство каменных укреплений. Любопытно, что с основания и до 1945 г. Кёнигсберг ни разу не подвергался осаде.
Во второй половине XIII века в Пруссию потянулись переселенцы из Германии. Крестьяне, переселившиеся в Пруссию к середине XIII века, имели право владеть земельным наделом примерно в 33 гектара. Подати за это они платили либо Тевтонскому ордену напрямую, либо владельцам земель – епископу или же отдельно взятому барону. Местные прусские крестьяне измеряли свои участки в «гакенах» (то есть мотыгах), что выглядело куда скромнее владений немецких переселенцев и составляло около 20 га.
Переселенцы из немецких земель могли передавать свои угодья по наследству всем своим детям. Местные же – только старшему в роду.
Местное население постепенно приняло христианство, хотя не менее ста лет существовало двоеверие.
Местных крестьян руководство ордена охотно брало на службу.
Пруссы медленно переходили на немецкий язык. Любопытно, что в 1454 г. комтур Тевтонского ордена докладывал великому магистру, что когда он читал послание от самого магистра подданным комтурства – землевладельцам разного ранга, – то мелкие собственники требовали перевод письма с немецкого языка.
С февраля 1261 г. по 1265 г. восставшие пруссаки несколько раз безуспешно пытались осаждать Кёнигсберг.
В 1257 г. началась перестройка замка Кёнигсберг. Первой была сооружена внутренняя кольцевая стена. Первоначально замок был резиденцией фогта (управляющего территориальной единицей) Земланда, а в 1312 г. замок становится резиденцией маршала Тевтонского ордена.
В 1260 г. в центре замка было построено здание Конвента (Конвентхауз), то есть место заседаний глав ордена. Дом представлял собой прямоугольник (104 × 67 м) и имел 4 угловые и 9 выступающих башен. Ансамбль венчала сторожевая (колокольная) башня Шлосстурм. Посреди двора вырыли колодец, выложенный камнем и кирпичом, глубиной 13,7 м.
Через пять лет после покорения Самландии главная крепость Кёнигсберг ещё не была достроена, но с её помощью уже можно было держать оборону – пруссы восстали против людей, представлявших опасность для их свободы и веры. Сигналом послужило поражение Ордена у озера Дурбен в Курляндии в битве против язычников-литовцев. Подготовленное в большой секретности восстание вспыхнуло в сентябре 1260 г.
Пруссы перебили всех попавшихся им под руку христиан, захватили врасплох множество крепостей и окружили те немногие, которые оказывали сопротивление. В отличие от прежних сражений, на этот раз нам известны имена их предводителей: самов Гланде и Налубе, эрмландца Глаппо и натангенца Геркуса Монте, который хотя и получил в Магдебурге христианское воспитание, но хотел, как своего рода прусский Арминий или Верцингеторикс, вернуть своему народу утраченную свободу.
После того, как восставшие разбили отряды крестоносцев в Самландии и Эрмландии, они окружили в феврале 1261 г. крепость и поселение Кёнигсберг. Им удалось захватить и разрушить недостаточно сильно укреплённый район Штайндамм. Часть населения укрылась в крепости, взять которую пруссам было не под силу. Другая часть была убита.
Однако попытка перегородить Прегель ниже крепости провалилась. Водный путь оставался свободным. Таким образом, окружившим крепость отрядам не удалось заморить осаждённых голодом. О том, почему была снята осада, ничего не известно. В 1265 г. пруссы без видимых причин отступили.
28 февраля 1286 г. основанное у крепости Кёнигсберг поселение получило Кульмское право. Сразу же была создана администрация во главе с бургомистром, муниципальным советом и судом. Тогда же был основан пригород Кёнигсберга Альтштадт.
«Языком общения горожан был, по всей видимости, нижненемецкий, однако не сохранилось ни одного документа, написанного на этом языке. Администрация пользовалась либо латинским, либо средненемецким – официальным языком Ордена.
Нет сведений и о том, был ли герб присвоен городу или он выбрал его себе сам. Герб представлял собой разделённый горизонтальной чертой щит, на верхней белой половине которого была изображена красная корона, а на нижнем красном поле – белый крест. Цвета красный и белый были, с одной стороны, общими для свободных городов, но, с другой стороны, и цветами Богемии. Красная корона была короной богемских королей, белый крест был антиподом чёрного орденского креста. На старейшей из сохранившихся печатей Альтштадта виден одетый в доспехи рыцарь с короной на голове и жезлом с лилией, не без основания считающийся изображением короля Оттокара.
<…>
По обе стороны дороги, ведшей через принадлежащую крепости нижнюю мельницу к Прегелю, то есть на землях Ордена, поселился мелкий люд, и среди них множество ткачей, переселившихся сюда, видимо, из Торна. Кёнигсбергский комтур пожаловал поселению своей грамотой от 27 мая 1300 г. городские права и хотел назвать его Нойштадт, то есть Новым городом, но верх взяло всё же прусское наименование Лёбенихт. Как и Альтштадт, новый город получил “Кульмское городское право”, кроме того, скромные земельные владения, право рыбной ловли и пользования лесом. Герб изображал золотую корону между двумя серебряными звёздами на синем фоне. Город лежал не на берегу Прегеля, а на склоне горы.
<…>
Лёбенихт был и оставался маленьким городком в тени могущественного Альтштадта; несмотря на то, что он имел свою администрацию: суд и муниципалитет, он не смог в то же время составить конкуренцию Альтштадту и зависел от него в политическом отношении.
Соборный капитул стремился в то время вырваться из тесноты альтштадтских закоулков. Этой своей цели он достиг спустя 22 года после основания Лёбенихта. 20 мая 1322 г. епископ Иоганнес Кларе и ландмейстер Фридрих фон Вильденберг обменялись в старом Кафедральном соборе грамотами, по которым Орден уступил епископу восточную часть острова Кнайпхофа для строительства нового собора. Настоятели собора получили право связать свои новые владения со старым пешеходным мостом через Прегель и отгородить свой надел от западной части острова частоколом.
Ещё до того, как приступили к возведению собора, в западной части Кнайпхофа возник новый город, третий по счёту город Кёнигсберга. По обе стороны улицы, ведшей от моста Кремербрюке к впервые упомянутому в 1322 г. мосту Грюне Брюке, поселились купцы. Своей грамотой от 6 апреля 1327 г. гохмейстер Вернер фон Орзельн пожаловал этому поселению “Кульмское городское право”. Новый город назывался Прегельмюнде, или Нойштадт, однако верх взяло старопрусское наименование Книпав в своей онемеченной форме Кнайпхоф»[2].
В 1355–1370 гг. было построено кольцо городских стен, причём каждый из трёх городов (Альтштадт, Кнайпхоф и Лёбенихт) был окружён своей стеной.
В середине XIV века Тевтонский орден попытался пробить широкий коридор от завоеванных прусских земель к расположенными на территории современной Латвии и частично Эстонии владениям Ливонского ордена, являвшегося к тому времени «филиалом» – ландмейстерством ордена Тевтонского. А между ними находились земли Жемайтии, захват которых сделал бы орденское государство хозяином всей восточной Балтии.
