– Совершенно верно, Юрий Александрович. Чтобы не стоять здесь, может, пройдемся по набережной Невы? Разговор нам предстоит долгий. Не хочу, чтобы кто-то случайно его услышал.
– Я не против, давайте пройдемся.
Когда мы вышли на набережную и встали у парапета, глядя на закованную в лед Неву, Бутов совершенно спокойно спросил:
– Юрий Александрович, кто вы есть на самом деле?
– В каком смысле, Иван Петрович?
– В самом прямом. Я знаю, что Юрий Давыдов, сын промышленника Давыдова, студент Технологического института, был убит в июне пятидесятого года, когда возвращался из Никольского в Петербург.
– Но с чего вы взяли?! Да, на меня было совершено нападение. Погиб мой кучер. Но мне удалось отбиться от бандитов.
– Согласен, в полицейском отчете так и написано. Да только с такими ранами, какая была у вас, не выживают. При ударе ножом в сердце смерть наступает практически мгновенно. А вы не только выжили, но и перестреляли нападавших. И сейчас стоите передо мной живой и здоровый.
– Но почему вы решили, что моя рана была смертельной? Нож прошел по касательной, разрезав только кожу. До сих пор шрам остался.
– Верю. Но только эту рану вы нанесли себе сами. После того, как побеседовали со своим кучером и пристрелили бандитов. Причем кучера тоже пырнули ножом. Дважды. Ничего мне сказать не хотите?
А вот это уже интересно. Даже очень. Ганс с Ванькой сразу предложили брать клиента за шкварник, подсаживать в него Ваньку и продолжать светскую беседу дальше. Но я их придержал. Сначала выясним, что клиенту надо. Хотел бы он мне навредить – не ждал бы столько. Значит, рассматривает возможность взаимовыгодного гешефта. Насколько кому выгодного, это другой вопрос. Если планируется «дружба» Американских Соединенных Штатов с «банановой республикой» на аграрной планете, тогда предоставим слово Ване. И уточним, кто из нас «банановая республика». А вот если пятьдесят на пятьдесят… Тогда возможны варианты…
– Но что вы хотите от меня услышать, Иван Петрович? Что я Христа распял? Или Наполеону Бонапарту несчастный случай организовал? Пока что я слышу одни голословные обвинения, не подкрепленные ничем. У вас есть доказательства ваших слов?
– Конечно! Их есть у меня, как говорят в благословенной Одессе! Видеозапись высокого качества в инфракрасном диапазоне из нескольких точек съемки вас устроит? Там, кстати, легко определить место удара ножом вам в область сердца. Обильное кровотечение тоже. Но вот когда вы переодевали рубашку и попали в зону обзора камеры с обнаженным торсом во фронтальной проекции, раны в области сердца у вас уже не было. Странно, правда? Что касается бандитов, то их нейтрализация очень похожа на применение станнера. Причем парализующим, а не летальным импульсом. Поскольку с кучером вы потом довольно долго беседовали, прежде чем ткнуть его второй раз ножом. Если хотите, можно посмотреть. Но только не здесь, разумеется. Нужной аппаратуры у меня с собой нет.
А вот это Жопа… Большая Жопа… Кто же ты есть, Иван Петрович? Агент СГВ, которого сюда тайно забросили? Технически это возможно. Я ведь сюда добрался. И Женька могла об этом не знать. Или один из тех, кто ждал «Марлин»? Сколько же тебе лет в этом случае? Ладно. Клиент решил приоткрыть карты? Так пусть открывает их до конца…
– Иван Петрович, мы оба взрослые люди. Я вижу, что вам от меня что-то нужно. И вы рассчитываете на наше сотрудничество. Может, поговорим откровенно?
– Я не против, давайте поговорим откровенно. В конце концов, этот разговор все равно бы когда-то состоялся. Так почему не сейчас? Юрий Александрович, мне кажется, что вы видите во мне шантажиста. Но это не так. На самом деле мы оба в одной лодке. Я догадываюсь, что вы из Российской империи, а не из Штатов или Европы. Штатовцев и их европейских холуев я не спутаю с русскими. И судя по тому, что после появления здесь вы стали действовать на благо этой Российской империи, а не сбежали в Европу, то вы не вырусь, продавшийся англосаксам. Поначалу я принял вас за агента МГБ, СИБ или глубинной косморазведки. Грешным делом подумал, что явились по мою душу. Но понаблюдав длительное время, понял, что вы такой же робинзон, как и я. Не знаю, как и почему вы появились в этой «кальке». Но явно не по своей воле. Либо вас вынудили бежать и скрываться. Место для этого идеальное, согласен. Но если мы оба – робинзоны во времени, то почему бы нам не объединить усилия? Поверьте, мне есть, что предложить.
А вот это сюрприз! Всем сюрпризам сюрприз… Но сначала кое-что выясним.
– Иван Петрович, раз уж мы решили говорить откровенно, то ответьте сначала на один вопрос. Вам говорит что-нибудь название «Марлин»? А затем хотелось бы услышать вашу историю.
– «Марлин»? Если вы имеете в виду малотоннажный гиперпространственный транспортник, выпущенный фирмой «Боинг», то да. Давно его жду.
– И когда же он должен был прибыть?
– В 1747 году по здешнему летоисчислению. В царствование Елизаветы Петровны…
Если бы еще вчера мне сказали, что сегодня услышу приключенческий роман с невероятными поворотами сюжета, который произошел в реальности, то я бы не поверил. Куда там Александру Дюма с его графом Монте Кристо. Или Жюлю Верну с его капитаном Немо. Рассказ Ивана Бутова затмил бы все произведения знаменитых авторов, если бы кто захотел его издать. Да только самому главному герою этого ненаписанного романа всемирная слава была совершенно не нужна.
Иван Бутов, который раньше был Виктором Каминским, родился и вырос в Санкт-Петербурге, в Российской империи. С детства увлекался химией, а после окончания химико-технологического института стал искать высокооплачиваемую работу. Как у всех молодых инженеров, только получивших диплом, хотелось всего и сразу. А что губит фраера? Правильно, жадность. Специалистом он оказался неплохим, и на него положил глаз криминал. Появились «друзья», сорившие деньгами. И просившие время от времени «сварганить» кое-что… Благо для толкового химика это было несложно, а нужное оборудование можно собрать хоть в гараже. Платили за товар исправно, и наивный Витя думал, что «жизнь удалась». Все закончилось в один далеко не прекрасный день, когда его взяли в момент передачи товара. То, что это было специально подстроено, он понял гораздо позже. Продажные полицаи (называть их полицейскими язык не поворачивался) сначала, как и положено, нагнали на него жути, а потом предложили выход из создавшейся ситуации. Делу не дают ход, но Каминский соглашается сотрудничать с некой «фармацевтической компанией», имеющей филиалы на различных аграрных планетах. Его задача – работать по специальности, не задавать глупых вопросов, не болтать и получать за это хорошие деньги. Как говорится, выбор сделать нетрудно.
Поначалу так оно и было. Виктор отработал два года на удаленных аграрных планетах, подконтрольных Российской империи, где власть императора была чисто номинальной. А фактически всем заправляли местные дельцы, делившиеся прибылью с генерал-губернатором, который закрывал глаза на все творящиеся безобразия (с такими мне тоже приходилось разбираться во время службы в ОСО). Но Виктор никуда не лез, лишнего не болтал и исправно делал то, что от него требовалось. С деньгами не обманули. О таких заработках раньше он и мечтать не смел. В итоге его признали «ценным спецом» и предложили трехмесячный контракт на удаленной аграрной планете, не сказав даже ее названия и координат. Но поставили условие – базу в джунглях покидать только по предварительному разрешению и за пределы обозначенной зоны не выходить. Внутри зоны, а она довольно большая, – радиус чуть больше сотни километров, пожалуйста. А вот за ее пределы – нельзя. Зарплату предложили такую, что Виктор понял – если откажется, то живым отсюда вряд ли уйдет. Поэтому согласился, решив собрать побольше информации. А там, как знать. Может, и удастся соскочить, сымитировав свою гибель в этой глухомани. Поскольку понимал, что добром это вряд ли кончится. Пока он нужен, с него пылинки сдувают. А как только станет не нужен, там же, в этой глухомани, и прикопают. Никакого доверия к своим работодателям у Каминского не было.
