После недолгих конструктивных прений было решено, что война с «объединённой Европой» начнётся нападением последней без объявления войны. И случится это не ранее следующего лета, в период с 15‑го мая (как только дороги просохнут) и до 15‑го июля включительно.
Далее речь зашла об боеготовности Вооружённых сил Советского Союза к войне с по сути – объединённой Европой. Ведь именно боеготовностью войск, авиации и флота определяется какого вида стратегия (оборонительная или наступательная) должна быть применена.
Первым выступил Начальник Главного управления Войск тыла (он же ‑ Нарком путей сообщения СССР (НКПС СССР)) ‑ генерал‑полковник Иван Владимирович Ковалёв, который рассказав об состоянии железных дорог на не так давно присоединённых западных территориях и в Прибалтике, резюмировал:
‑ …Полноценно снабжать находящиеся там войска, мы не сможем. Для этого нужна реконструкция и модернизация железнодорожных магистралей и всей инфраструктуры, которая может растянуться на полтора‑два года. Мало того, мы сорвём планируемое развитие железных дорог на территории Советского Союза, что негативно скажется на экономике страны и в первую очередь – на военной промышленности. Противник же (под которым подразумевается Германия), имеет преимущество в развитости коммуникаций в Польше и особенно – в Восточной Пруссии…
В конце своей речи он подчеркнул:
‑ …Исходя из вышеизложенного я считаю, что держать основную группировку на линии новой государственной границы – довольно рискованное мероприятие.
Выступивший с кратким докладом глава Наркомата боеприпасов СССР ‑ Дмитрий Фёдорович Устинов, что называется «вылил ушат холодной воды» на присутствующих:
‑ …Даже для войск и авиации участвующих в ограниченной локально и достаточно кратковременной Советско‑финской войне, наша промышленность не успевала производить боеприпасы и фактически мы воевали на накопленных за несколько лет запасах. Особенно напряжённая обстановка сложилась с производством бронебойных снарядов калибра 76 миллиметров – которых в войсках практически нет, зенитных боеприпасов, артиллерийских выстрелов калибром 152 миллиметра и выше и, авиабомб крупного калибра. И за оставшийся год такое положение не исправить, товарищи!
«Положение» потихонечку исправляется, конечно.
В частности произведены первые успешные опыты с бризантной взрывчаткой (так называемый «мокрый пироксилин») изготовленной из волокон дикорастущий чуйской конопли. Для этой технологии не нужен этиловый спирт, а для снаряжения боеприпасов ‑ не нужен лак шеллак, который поставляется в СССР…
Из Германии.
Достаточно покрыть их внутреннюю поверхность обыкновенным парафином.
В общем – сплошная экономия!
Практически уже готовы несколько составов для снаряжения артиллерийских снарядов, мин всех типов, авиабомб и так далее. Особенно многообещающим обещает быть «Сталинит» ‑ созданная на основе английского «Сенгита» (мокрый пироксилин, плюс до половины натриевая селитра) взрывчатка, с добавлением порошкообразного алюминия. Скорость детонации у неё такова, что позволяет создавать кумулятивные боеприпасы не хуже чем на основе гексогена.
Для последних кстати, в Академии наук СССР, под руководством её Президента – академика Владимира Леонтьевича Комарова разработаны и уже практически на подходе пьезовзрыватели. Правда, не на основе кристаллов цирконата‑титаната свинца – которые воспользовавшись «Послезнанием» подсказал Сталин…
А на основе кристаллов сегнетовой соли (тетрагидрат двойной натриево‑калиевой соли винной кислоты, KNaC4H4O6 4H2O) – достаточно широко распространённого в данное время материала, применяемого в частности в рупорах уличных громкоговорителей.
Имеются свои недостатки у этого словами потомков – «исходника», конечно, по сравнению с традиционными пьезоэлементами ‑ например с кварцем… Но и свои достоинства, главным из которых является наличие их под рукой105.
Кстати…
В той же Академии наук СССР, весьма сведущие в теме товарищи одобрили идею сверхмощной двухкомпонентной (порошок бериллия плюс жидкий кислород) авиабомбы.
Правда, с оговорками:
‑ Такой боеприпас, товарищ Сталин, теоретически возможен. И он действительно по мощности, на порядок превзойдёт уже существующие взрывчатые вещества. Но вот практически создать его… Будет очень трудно.
Верховный главнокомандующий поставил вопрос ребром:
‑ Трудно, или невозможно?
‑ Ну… Почти невозможно.
‑ Значит, всё‑таки возможно?
‑ Возможно, товарищ Сталин. Но это будет… Очень трудно и не скоро.
Вождю не то чтобы позарез понадобилась эта проматерь «Кузькиной матери»… Просто стало любопытно, на что способен советский учёный при правильной мотивации:
‑ Героев Соцтруда всей группе, квартиры в «высотках», личные «Паккарды» и Сталинская премия… Тоже всем причастным. Ну и повышение учёных званий на одну ступень – это уж само собой.
Естественно при «правильной мотивации», к каждому «прянику» полагается и свой «кнут»:
‑ Ну а если до следующей осени не справитесь… Ну, что ж? Значит вы – плохие учёные и вам следует подумать об смене занятий.
Подойдя к карте мира, он ткнул пальцем куда‑то в лесотундру:
‑ В оленеводческом колхозе «Красный изюбр» не хватает учителей физики, математики, химии и труда. Вот туда и поедете всем творческим коллективом!
Так вот соответствующая группа была весьма оперативно создана и уже приступила к работе. И даже опытным путём установила, что вместо жидкого кислорода лучше использовать жидкий же озон. У того температура кипения выше: ‑112°C против ‑183°C, стало быть ‑ храниться уже снаряжённая «бериллиевая бомба» будет дольше. И плотность жидкого озона в 1,66 раза больше…
Значит, «бабах» будет громче.
Сталина же осенила новая «мысля»:
«Если к моменту создания такого боеприпаса заработает первый советский атомный реактор, то можно будет создать словами потомков – «грязную бомбу». Чтоб она не только громко «бабахала», но и оставляла после взрыва заражённую радиацией местность».
Однако, вернёмся в Ставку…
Вслед за Наркомом боеприпасов, «ледяной водой» окатил присутствующих Нарком авиации СССР, он же Главнокомандующий ВВС – маршал Берия Лаврентий Павлович:
‑ На словах и бумаге наша авиация выглядит очень грозно, товарищи! Самолётов в ней столько, что можно ими вооружить все страны мира и, ещё останется.
‑ Но согласно учению Маркса, Энгельса и Ленина, основополагающим является не надстройка, а базис! Точно таким же образом, боеспособность военно‑воздушных сил определяется не количеством самолётов ‑ а числом подготовленных экипажей, состоянием вспомогательных служб и наличием специальной техники – автоцистерн в первую очередь, а так же автостартёров, тягачей, снегоуборочной техники, полевых ремонтных мастерских, кислородных станций, средств связи…
Не сдержав тяжкого, как долг самурая вздоха:
‑ …И вот здесь, товарищи ‑ у нас грандиознейший провал!
Вождь знал, что например автостартёров (монтируемое на шасси грузовика ГАЗ‑АА устройство для раскрутки двигателя самолёта) на эскадрилью по штату полагается семь. А в наличии – всего один‑два.
Но с новыми самолётами такое положение будет исправлено. Ибо, с недавнего времени каждый новый двигатель должен будет оснащаться пятизарядным «пиростартёром» ‑ устройством для раскрутки коленвала с помощью пороховых газов, получаемых при выстреле холостого винтовочного патрона. Его по приказу Вождя, очень оперативно разработали советские оружейники Тулы и уже запустили в производство на предприятиях Наркомата вооружений СССР…
Вместо самозарядной винтовки Токарева.
Положение с автоцистернами должно улучшиться после закупок в Штатах и реконструкции Ярославского автозавода, в данный момент переходящего на выпуск 4,5‑тонного ЗиС‑6. Ну и его полноприводной версии.
