‑ К концу же известных событий в Западной Европе, численность подконтрольного Германии населения увеличилось еще на 50 миллионов и составило уже 169,5 миллионов человек. То есть вполне сопоставимо с численностью населения СССР. С учётом же стран‑союзников – Италии, Венгрии, Словакии и вполне возможно – Турции, Испании и части Франции подконтрольной Правительству Виши ‑ «главного ресурса» в распоряжении Гитлера даже окажется больше, чем…

Докладчик было замялся, но внимательно слушающий его Верховный Главнокомандующий завершил его мысль:

‑ …Больше чем в распоряжении товарища Сталина. Примерно в полтора раза больше.

Прокашлявшись и выпив стакан «Нарзана», Начальник Генштаба продолжил:

‑ …Это увеличение численности населения серьезно увеличило призывной контингент страны. Если в 1938‑м году мужчин призывного возраста в Германии было порядка 8,8 миллионов человек, то в данный момент их число оценивается в 11 миллионов человек. Причём это число можно значительно увеличить, направив в промышленность Германии иностранных рабочих. Трое таких высвобождают одного немецкого рабочего для мобилизации в армию, а по самым скромным оценкам, общий потенциал «свободных рук» в Европе – 22,5 миллиона. Таким образом за счёт привлечения иностранной рабочей силы, общую численность германской армии можно увеличить ещё на как минимум на семь миллионов.

‑ Но это ещё не всё, товарищи! Оккупировав Чехию, Польшу и страны Западной Европы, Германия не затратив и копейки захватила большие запасы готового оружия, боевой техники, боеприпасов, полуфабрикатов, сырья, топлива ‑ которое даёт ей значительную фору в развертывании своих войск перед нападением на СССР и позволит немецким войскам упредить советские войска в развертывании…

‑ У меня всё, товарищи.

Дав задание Вознесенскому проанализировать потенциальную военную угрозу исходившую с запада, Сталин даже намёком не предоставил ему информации из «Послезнания». И теперь просто диву давался: какая же всё‑таки разница в докладах «профессиональных» военных ‑ которые он прежде слышал в стенах Генштаба и, этого «штатского» ‑ на котором новенький мундир висел просто мешком.

И ещё раз убедился в правильности выбранной им принципа:

«Профессионалам» подготовку к войне доверять нельзя.

Лишь одно тёмное «облачко» на горизонте его беспокоило:

Николай Александрович Вознесенский «не сошёлся характерами» с Лаврентием Павловичем Берией. И хотя с глазу на глаз он поговорил с обоими – сделав им «отеческое внушение», они нет‑нет ‑ да и смотрят друг на друга волками.

Единственно чтоб объединяет этих двоих (кроме служебных взаимоотношений, конечно) так это словами потомков – «чувство лично неприязни» по отношению к Георгию Константиновичу Жукову. Тот надо отдать ему должное, отвечает им полной взаимностью.

Впрочем ещё со времён «Ленинской гвардии», ему не привыкать управлять «пауками в банке»…

Справится и в этот раз.

Вслух Сталин спросил:

‑ Поясните, товарищ Вознесенский, что Вы имеете в виду под «упреждением в развёртывании»?

Тот тут же ответил:

‑ К лету следующего года, когда в силу ряда причин вероятность советско‑германской войны станет наиболее велика, численность советских Вооружённых Сил не может быть доведена до более, чем пяти – пяти с половиной человек. Без риска краха экономики, конечно…

В «Реальной истории», редко вспоминаемый историками крах советской экономики наступил поздней осенью 1941‑го года, когда из‑за чрезмерного мобилизационного напряжения, на неоккупированной территории страны разразился самый настоящий голод.

‑ …Совокупный же потенциал Германии и оккупированных ею стран, позволяет без особого риска довести численность армии до восьми миллионов и даже выше.

***

Затем по предложению Верховного главнокомандующего, начались так сказать «прения».

Главнокомандующий Сухопутными войсками СССР маршал Советского Союза Булганин, высказал общепринятую точку зрения:

‑ Гитлер не решится начать войны с Советским Союзом, не разделавшись сперва с Британией. Начало бомбардировок английских городов можно считать подготовкой десантной операции на Острова.

Ему возразил Главнокомандующий военно‑морским флотом адмирал флота Советского Союза Носенко:

‑ Такая операция невозможна, пока не уничтожен британский флот. А последний не только не уничтожен, но и в ходе битвы за Норвегию сам сумел утопил немецкий тяжелый крейсер «Блюхер», легкие крейсера «Карлсруэ» и «Кенигсберг», восемь подлодок и десять транспортов общим водоизмещением 250 тысяч тонн.

Из его дальнейших объяснений присутствующим стало понятно, что десантная операция на Британские острова невозможна не только по причине противодействия «Гранд флит»:

‑ …Хотя у Гитлера хватает тоннажа ‑ 155 транспортов общим водоизмещением 700 тысяч тонн, но это крупные морские(!) суда для разгрузки которых необходим должным образом оборудованный порт. Из‑за неспособности подойти к самому берегу, им придётся встать на якорь вдали от места высадки и разгружаться шлюпками в течении суток, а то и больше. Высадка же с помощью барж, совершающих переход минимум в 40–50 миль со скоростью два‑три узла в проливе, где скорость течения в узком месте пролива ‑ направленного наперерез движению буксиров, достигает пяти…

Он махнул рукой:

‑ …Полностью безнадежное дело!

Сталин переспросил:

‑ То есть Вы утверждаете, что Гитлер не решиться на десантную операцию против Британии?

‑ При существующих условиях и в преддверии приближающейся осени с её штормами, эта операция была бы сущим сумасшествием. А Гитлер на сумасшедшего не похож. На авантюриста – это да! Но не сумасшедшего.

После «прений» походив молча по кабинету вдоль висевшей на стене огромной карты Европы, Верховный изрёк:

‑ Не подписав мир с Британией, германское руководство не решится приступить к демобилизации вооружённых сил, численность которых оказывает сильное давление на экономику. Но судя по всему, на мир на условиях Гитлера правительство Британской империи не пойдёт, ибо чувствует за собой всё крепнущую поддержку Соединённых Штатов.

Ещё немного походив под взглядами членов и советников Ставки, продолжил:

‑ Исходя из этого, я вижу два варианта развития дальнейших событий. Вариант первый: Гитлер воздушным наступлением принудит Черчилля подписать мир, после чего начнёт войну с СССР. Вариант второй: оставив Британию в покое, германская армия, авиация и флот – все своей мощью обрушатся на Советский Союз…

Сделав довольно‑таки продолжительную паузу, он уточнил:

‑ …Во второму варианту Гитлер должен расправиться с нашей страной быстро – в течении одной летней компании. То есть ещё до того, как Черчилль с помощью Рузвельта восстановит после Дюнкерка британскую армию и сам станет угрожать Германии воздушными налётами и вторжением на материк.

Разум большинства собравшихся отказывался в это верить и единым выдохом, вырвалось:

‑ «В течении одной летней компании»?! Это невозможно, товарищ Сталин!

Но тот и бровью не поведя:

‑ Совсем недавно, про вероятность разгрома Франции за месяц(!) мне тоже говорили – «невозможно». Но этот разгром всё же произошёл и, причём ‑ буквально на наших с вами глазах. Так что в таком жизненно‑важном деле как безопасность государства ‑ лучше перебдеть, чем недобдеть.

Следом, на заседании был заслушан доклад Заместителя Начальника Генерального штаба ВС СССР, Начальника оперативного отдела ‑ генерал‑майора Иссерсона Георгия Самойловича, в котором он в частности заявил:

«Война вообще не объявляется. Она просто начинается заранее развернутыми вооруженными силами. Мобилизация и сосредоточение относятся не к периоду после наступления состояния войны, как это было в 1914‑м году, а незаметно, постепенно проводятся задолго до этого»¹⁰⁴.