— Слушай, — Егор вдруг остановился и повернулся лицом к девушке. — Я тут подумал… Знаешь, наверное, сегодня ничего не получится с кафе. Давай, я отвезу тебя в академию.

— Что? — не ожидавшая такого поворота, Лиз вздрогнула, широкл распахнула глаза. — То есть…

— Завтра заканчиваются наши невольные каникулы, — усмехнулся Егор, старательно игнорируя недовольное выражение лица Лиз. — И я подумал, что будет лучше, если я решу вопрос с выпиской уже сегодня. Смысла тянуть до утра нет никакого, все равно меня уже даже и не лечат толком.

— Но… — Лиз не знала, что сказать.

— Если все получится, то я уже вечером вернусь в общежитие. Думаю, так будет лучше, согласна?

И не дожидаясь от Лиз какой-либо реакции, Егор снова схватил ее за руку и уверенно потащил к стоянке такси. Быстро договорившись с первым же попавшимся водителем, даже не став спорить, когда тот заломил за поездку к воротам академии баснословную цену, Гардов уверенно усадил в салон ошарашенную его поведением девушку и забрался следом.

Неожиданная встреча со Шпоном сыграла свою роль, Егор насторожился. Нет, в том, что кто-то из студентов Грайна вдруг решил побаловаться наркотой, не было ничего особенного и странного. Егор прекрасно знал, что среди «золотой» и не очень молодежи хватает любителей дури. Сам время от времени снабжал некоторых из них запрещенными препаратами. Только стоит отметить, что сам по себе, Гардов это дело не любил и превращаться в торговца наркотиками не собирался. Если его просили достать что-нибудь этакое, он доставал, но промышлять торговлей запрещенными препаратами на постоянной основе брезговал. Слишком это ненадежный и, что греха таить, грязный бизнес. Хоть и денежный, тут не поспоришь.

— Егор, что-то случилось? — тихо спросила Лиз, когда такси уже выехало за пределы города и бодренько так катилось по направлению к академии.

— Нет, с чего ты взяла? — пожал плечами Гардов. Поглощенный своими мыслями он невидящим взглядом смотрел на проплывающий за окнами пейзаж. Приближение зимы было видно невооруженным глазом. Еще неделя, может быть, две и стоит ожидать снега.

Лиз передернула плечами и не стала больше ничего спрашивать. Тоже отвернулась к окну, не заметив, внимательный взгляд Егора. Парень только тонко улыбнулся, глядя на поджатые губы девушки и покачал головой. Кажется, их ожидает весьма непростой разговор. Очень непростой.

Таксист остановился аккурат напротив ворот академии, Егор жестом дал ему понять, что сейчас вернется и первым выбрался из машины. Уверенность в том, что разговора не избежать только укрепилась, когда Лиз не стала дожидаться и выбралась из салона самостоятельно.

— Лиз, — он догнал девушку уже у самой калитки. Осторожно ухватил за руку и развернул к себе лицом. — Ты обиделась.

— Вовсе нет, — упрямо мотнула блондинистым хвостом девушка.

— Обиделась, — уверенно заявил Гардов и наплевав на то, что по ту сторону ограды было довольно оживленно, обхватил ее лицо ладонями, заставляя смотреть себе в глаза. — Прости. Я… не слишком силен во всем этом… — признаваться в собственном несовершенстве, как и просить прощения, тем более, что своей вины он не видел от слова совсем. — Для меня эти отношения… в новинку, что ли. Я не всегда знаю, что и как делать, что говорить, как вести себя… Черт… — он резко выдохнул и отпустив Лиз, запустил обе пятерни в собственные волосы. — Я даже прощения просить не умею, если уж начистоту.

— Я не злюсь, — постаралась улыбнуться девушка.

— Злишься. И обижаешься… и я это вижу, но… не знаю, что сделать, чтобы исправить то, что уже успел накосячить.

— Все в порядке, — улыбка Лиз стала чуть более искренней. — Для меня тоже… это все в новинку. И я… наверное, перегибаю, да? — она подняла на Егора глаза, в которых уже блестели слезы. — Я люблю тебя, Егор.

— Эй, — парень просто обнял ее, прижимая к себе покрепче. — Только не реви. Когда я говорил, что не знаю, как строить отношения, то не шутил. И что делать вот конкретно в таких случаях, тоже не представляю.

Лиз тихонько всхлипнула, уткнувшись носом ему в грудь. В этот момент Гардов едва сдержался, чтобы не выругаться. И вот что ему делать? Вот что? Да ему проще выйти один на один с еще одной бандой контрабандистов, чем найти слова, чтобы успокоить ее сейчас. И почему отношения — это так сложно? И главное — где найти того, кто подробно расскажет, желательно с примерами, чего и как надо делать?

— Прости, — Лиз всхлипнула еще раз, обхватывая его руками за талию.

— Все, заканчивай слезоразлив, — скомандовал Егор. — Ты совсем замерзла. Иди в общежитие греться. Не хватало еще простудиться. Я, если что, в медицине понимаю еще меньше, чем в отношениях, а сдать тебя Марианне на лечение у меня рука не поднимется. Залечит же до смерти, а ты мне живая нужна.

— Правда нужна? — в голубых глазах было столько надежды, что у Егора сердце дрогнуло.

— Правда, — тихо произнес он, легонько касаясь губами ее губ. — Очень нужна.

Скорее всего целоваться возле ворот академии было не лучшей идеей. Определенно, это было само худшее решение из всех, но ни Егор ни Лиз в тот момент просто не задумывались об этом. Первая ссора, первое примирение… первые признания и откровения… Каждый из них был растерян и сбит с толку, но они стали чуть ближе друг другу.

Егор стоял по другую сторону высокой ограды, засунув руки в карманы и внимательно следил за Лиз до тех пор, пока она не скрылась за поворотом общежития и только после этого, в очередной раз взъерошив волосы, направился к поджидающему такси.

Уселся в салон, назвал адрес и откинувшись на спинку сидения, прикрыл глаза. И нет, направлялся он вовсе не больницу. Все равно, сегодня было воскресенье, кроме дежурного врача и медсестер там никого не было. так что вопрос с выпиской при любом раскладе переносился на завтра.

А вот кое с чем требовалось разобраться уже сегодня. Терять время было нельзя.

Гардов глубоко вдохнул, резко выталкивая воздух из легких. Прислушался к собственным ощущениям. Раны зажили, синяки почти сошли, но… общее его состояние еще не вернулось в норму. К тому же, не стоит сбрасывать со счетов более чем двухнедельное отсутствие тренировок.

— Расслабился, — едва слышно прошипел себе под нос Егор, распахивая глаза и встречаясь в зеркале заднего вида с любопытным взглядом таксиста.

Проигнорировав желание таксиста «пообщаться за жизнь», молодой человек уставился в окно, раздумывая… И нет, мысли его крутились далеко не вокруг первой ссоры и примирения с Лиз.

Шпон. Мерзкий наркот, шестерка Крыса… слишком нагло он вел себя сегодня. Чересчур нагло.

Такие, как Шпон обычно боятся всех вокруг. Они не лезут на рожон, стараются не нарываться, лебезят и подхалимничают, особенно, если чувствую силу. Егор ни капли не сомневался в том, что за дозу дури, Шпон в состоянии продать родную мать, но все же, все же. Сегодняшнее поведение «шестерки» насторожило.

И с этим нужно было разобраться, как можно скорее.

Таксист, разочарованный тем, что разговаривать с ним никто не стал, лихо припарковался неподалеку от входа в одно из многочисленных питейных заведений Грайна. Обернулся, к своему пассажиру и назвал цену.

Услышав сумму, Егор не удержался от крепкого мата. Мда… его финансы уже не просто романсы спели, а целую арию. И с этим надо было тоже что-то делать.

Таксист сорвался с места, стоило только Егору покинуть салон и хлопнуть дверью. Гардов, чудом не угодивший под колеса, только выругался. Засунув руки в карманы, он перекатился с пятки на носок, рассматривая одноэтажное приземистое здание, расположенное прямо перед ним.

Заходить внутрь не хотелось. На самом деле, Егор с превеликим удовольствием вернулся бы в больницу и закончил вечер лежа на кровати с учебником по Щитам в обнимку. Ну или «Энергетическим построениям второго порядка» на крайний случай. Все лучше, чем то, что он задумал.

Однако стоять и дальше на тротуаре перед одним из баров Грайна было бы глупо, потому Гардов вздохнул, мотнул головой и, вытащив руки из карманов, решительно вошел внутрь.