— Теперь трон твой по праву — указала она рукой назад — Больше нет причин оберегать тебя, когда рядом с тобой адрида.

— Что? Как ты узнала? — прорычал я, тут же приходя в себя.

— Это неважно — как всегда, отмахнулась Лилит, покачав головой — Но будь уверен, что о ней знаю не только я. Я вижу тебе нужно время, чтобы прийти в себя. Замок в полном вашем распоряжении. Здесь кроме и одной моей старой подруги никого больше нет. Так что можете располагаться. Поверьте, здесь вы в безопасности. Мерил и в голову не придет искать вас здесь. Уж я об этом позаботилась.

— Лилит, неужели ты рассчитываешь, что мы так просто поверим тебе? — впервые заговорил Хейден, бросив на мою мать красноречивый взгляд — Не стоит принимать нас за идиотов.

— О, я и не думала, Хейден. Ведь только идиоты могут верить, что являешься первородным драконом — улыбнулась она — Конечно же, вы можете запереть меня в моей комнате или в камере. Где вам будет угодно — пожала она плечами, словно обсуждала погоду, а не свое заключение.

— В камере! — тут же выдал я — А потом мы решим, что делать с тобой дальше.

— Я не против, только не беспокойте мою подругу. Она… не очень любит гостей, хотя новость о существовании еще одной адриды ее обрадовала.

— Что значит еще одной? — спросила любимая, но мать, конечно, не ответила. Лишь загадочно пожала плечами и подмигнула ей.

Аглаида

— Вы ей верите? — после того, как Коналл лично запер свою мать в камере он вернулся к себе в комнату, где мы решили собраться.

— Я не знаю — покачал головой Хейден, а потом мы обратили свои взгляды в сторону демона — Коналл?

— Сложно сказать. Лилит казалась искренней, но она всегда умела хорошо врать. Пожалуй, у меня нет ответа.

— Может быть, нам стоит поискать ее подругу, о которой она говорила? — предложил Элджерон.

— Да, я хотела бы с ней познакомиться — начала я, но Эл тут же прервал меня.

— Нет, ангел! Только не ты. Сначала мы должны убедиться, что тебе не грозит никакая опасность и только потом ты сможешь поговорить с ней — я посмотрела на остальных мужчин и поняла, что все они поддерживают эльфа.

— Вы, наверное, забыли, что я могу постоять за себя — тяжело выдохнула я, потому что у меня абсолютно не осталось сил спорить — Но будь по-вашему. Я подожду здесь.

— Любимая, я удивлен, что ты так легко согласилась с Элом — усмехнулся Коналл и остальные тоже рассмеялись — Но все это только для твоей безопасности. Я осмотрю замок и поговорю с народом. Надо им показаться.

— А мы с вампиром тем временем поищем загадочную подругу Лилит — продолжил Хейден и Феликс, соглашаясь, кивнул — Элджерон останется с тобой.

Через несколько минут мужчины покинули комнату, но не забыли напоследок украсть мой поцелуй, каждый для себя. Я была ужасно смущена от того, что мне пришлось целоваться с каждым из них на глазах у других, а они в это время подшучивали друг над другом. Но теперь это стало моей жизнью. Я не хотела влюбляться в них, потому что знала, что мне предстоит в итоге сделать. Но, кажется, все случилось без моего согласия и от этого мне было ужасно тяжело на сердце. У меня не было другого выхода, кроме как пожертвовать собой, но мне так не хотелось расставаться с ними.

— Ангел, почему ты вдруг погрустнела? Еще минуту назад ты была в приподнятом настроение, а теперь…

— Тебе показалось Элджерон — покачала я головой и улыбнулась. Он не должен был ничего заподозрить, иначе он никогда не даст мне сделать то, что надо — Я просто беспокоюсь о них. Вдруг что-нибудь случиться, а меня рядом не будет?

— Ида, все будет хорошо. Они ведь не маленькие мальчики, чтобы ты так переживала о них. Каждый из нас отличный воин и мы доказывали это ни раз.

— Даже ты? — встретилась я с ним взглядом и уже не смогла отвести глаз от своего эльфа. Мы впервые с того момента на веранде дома Тита находились с Элом в такой близости друг от друга и я просто не могла не думать о его губах. Особенно после поцелуев с остальными, ведь он остался единственным, кому я не подарила такой ласки.

— Даже я, ангел. Да, я в основном целитель, но все эльфы прекрасные воины и я не исключение. В молодости я много времени потратил на то, что превзойти всех своих учителей — не без гордости говорил Эл — Ангел, почему ты так смотришь на меня? Не веришь? — нахмурился эльф, совсем наоборот расценив мою реакцию.

— Вовсе нет, я верю. Просто… просто мне показалось не справедливым, что я поцеловала всех кроме тебя — наконец смогла выдавить я из себя, при этом ужасно нервничая.

Эл молчал, лишь удивленно моргал и ничего не говорил в ответ, поэтому я осмелела, и сама сократила, между нами, расстояние. Потом обняла его за шею и потянула его голову вниз, чтобы в следующее мгновение накрыть его губы в жадном поцелуе.

Я впервые целовала своего эльфа и теперь жалела о том, что не сделала этого давным-давно. Я думала, что относилась к нему скорее как другу, но моя реакция на его гарем показала, что он мне далеко не друг. Я ревновала его, ужасно, сама удивляясь глубине своих чувств.

Мужчины говорили, что они мне не истинные, что так сказала им Хранительница, но что-то подсказывало мне, что она нагло врала. Они мои истинные и только сейчас я это четко осознала.

— Ида, мне кажется, нам надо остановиться — отстранившись от моих губ, но, по-прежнему, обнимая меня за талию, говорил Элджерон.

— А, мне кажется, нам надо продолжить — улыбнулась я и снова поцеловала его.

И на этот раз Эл не стал отстраняться. Этот поцелуй снес крышу нам обоим, потому что в порыве страсти я даже не поняла, в какой момент Элджерон умудрился раздеть меня и устроиться на кровати рядом со мной.

— Эл! — стону я, когда он очерчивает мою грудь ладонью, а потом царапнув зубами, втягивает в рот мой сосок.

— Мне нравится, как ты стонешь моё имя — хрипло говорит он и проделывает тоже самое с другой моей грудью. Я выгибаюсь дугой и снова стону его имя, цепляясь пальцами за покрывало.

Потом он спускается ниже и целует мой подрагивающий живот, медленно вычерчивает на нем языком какие-то узоры, доводя до белого колена. Его поцелуи опускаются все ниже и меня бросает то в арктический холод, то в жаркое адское пекло. Он разводит рукой мои бедра, и я вижу, куда он смотрит. Его глаза становятся практически черными, и я думаю, что для эльфа это ненормально, но я обо всем забываю, когда он наклоняется и медленно проводит языком снизу вверх. Я сжимаю покрывало еще сильнее и чувствую, как ногти превращаются в когти. А это со мной не случалось с того момента, как я была с Хейденом. Я стараюсь контролировать себя и ни в коем случае не хвататься за Эла, но он словно и не замечает моих изменений, потому что им целиком и полностью владеет желание и голод.

— Ангел! — рычит он и в этот момент я достигаю вершины.

— Думаю, это стоило гарема любовниц — пытаюсь пошутить я, потому что давно уже простила его, но Эл хмурится.

— Никогда не упоминай их! Есть только ты — моя истинная! — рычит он мне в ответ и…

Тит не думал, что Мерил окажется права и до последнего надеялся, что он не встретит в царстве демонов ни адриду ни ее истинных. Но он ошибался. Тварь оказалась права и просчитала их ходы. Конечно, нельзя было отрицать, что они у нее были мозги, иначе бы она уже давно валялась в какой-нибудь канаве, но все же теперь Тит не знал, что ему предпринять.

Он не хотел подводить своих друзей, особенно Хейдена и госпожу Аглаиду, но его истинная была в лапах Мерил и у него просто не оставалось других шансов. Но у него был свой план, и он в корне расходился с планом Мерил. Чтобы ни случилось генерал понимал, что он не может отдать ей адриду, ведь она была единственной надеждой на спасение всего Саракеша.

Тит слышал все, что происходило в тронном зале, а после и в комнате демона. Как? Мерил позаботилась об этом. Он не знал, где она достала это зелье, но для всех он стал невидимкой. Никто даже не слышал его, что ему было на руку. Однако он никогда не думал, что сможет услышать из уст царицы демонов такие откровения, которые, естественно, не предназначались для его ушей. Он понимал и полностью разделял сомнения Коналла, потому что слова Лилит повергли в шок и его. Он никогда не думал, что в их мире мать способна любить своего ребенка, но Лилит говорила именно об этом, а значит еще не все потеряно для Саракеша, а значит осталось убрать только Мерил, потому что Лераиэль он придушит собственными руками.